Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

Питер. 2 - 7 мая 2017. 22

Если произведение искусства не может быть идеальным, то стоит ли им любоваться? Нужно ли стремиться дух свой сформировать в соответствии с нормами, заданными картинами, скульптурами, музыкальными сочинениями? Бога нет, то все можно? Иначе: все можно - и только тогда появляется «высокое» искусство. Слово, звук, изображение беднее реальной жизни. Говорят: «Чтобы сыграть «Ромео и Джульетту» или Раскольникова, нужно подняться до сложности этих образов». Верно и обратное: живому человеку необходимо «опуститься» до образа Чичикова, Астрова или Гамлета с их неизбежным схематизмом и бедностью. Человек, даже самый тупой, способен «влить» молодое вино в «старые меха». Жуковский Василий Андреевич соблазнил будущего императора Николая Первого и его жену творчеством мрачного немецкого романтика Каспара Давида Фридриха, и теперь его «Парусник» стал одним из символов музея. Когда художник в старости обнищал, Василий Андреевич уговорил императора приобрести собрание рисунков мастера. Непомерный труд нескольких сотен крепостных крестьян, овеществленный в сумме, направленной в Дрезден за работы Давида Фридриха, впечатляет.
Входим в залы с французской живописью. Отчего-то они не убраны роскошной лепниной, паркетом, мебелью. Темноватые стены, а на них работы Делакруа и «Дуэль после маскарада» Жерома. Его же дьявольски соблазнительный «Бассейн в гареме» был заказан Александром Третьим. Сладостная рафинад-картина выставлялась в Салоне в середине семидесятых.
В России отдают предпочтение импрессионистам, восставшим против салонного искусства. Бывшим банковским чиновникам и почтальонам, поддерживающим революционное направление, не хватало мастерства художников, выставлявшихся в Салоне. Император (будущий) Александр Третий разместил полотно Жерома в кабинете, в Аничковом дворце. Демократизм Ватто как бы струится с его полотен. Но есть во мне нехороший червячок. Слабенький я сладкоежка. Мне бы Семирадского да букеты Анри Фантена-Латура лицезреть беспрерывно (хотя Латур был близок к команде экспрессионистов). Но хрустальную рюмку с тюльпанами, яблоком и лимоном (из собрания Кребса) мастер изобразил отменно.
Принял участие в формировании эрмитажных коллекций последний русский самодержец. Чтобы загладить перед великим князем вину за кровавый инцидент, произошедший в японском городе Оцу, император Японии Мейдзи одарил наследника престола уникальными произведениями искусства. Все они хранятся в музее. Будучи уже императором, Николай Второй приобрел эротичную «Марию Магдалину в гроте». Лефевр, салонный мастер, изобразил не Магдалину, а шикарную чаровницу. Парижская пресса, отмечая итоги Салона 1876 года, метко уловила: не раскаяние здесь, а откровенный соблазн. Прямо из Салона вызывающее полотно приобрел Дюма-сын. Когда в 1895 году в Петербурге проходила Французская художественная выставка, русский царь купил картину.
Зря думают, что Александр Третий (мужчина здоровый) был груб, пил, а интересовался лишь военными вопросами. Если бы был дурак, не имел бы такой замечательной жены. Душа гиганта тянулась к изящным искусствам. Два музея создал (один - Русский). Александр Боголюбов, главный «морской» художник России, давал Александру Александровичу ценные советы относительно художников. Он же учил его жену, датскую принцессу Дагмару, рисованию. Благодаря Боголюбову царь приобрел для страны богатейшую парижскую коллекцию Базилевского, отставного русского дипломата. Третий Александр в Зимнем дворце не жил (предпочитал Аничков дворец на Фонтанке, рядом с конями Клодта). В Зимний дворец отправлял прикладное, восточное (рог из слоновой кости «Олифант»). Себя же тешил французской салонной живописью. Кабинетные художники (понятно отчего) сегодня вновь в моде, и картины царя Александра «Бассейн в гареме», «Дуэль» Жерома постепенно превращаются в «жемчужины» музейного собрания.

Питер. 2 - 7 мая 2017. 21

У великого есть «подкладка». Могу сколько угодно восхищаться «Амуром и Психеей», но чем восхищаюсь! «Женский портрет» Корреджо и Канова оказались в музее благодаря Екатерининскому вельможе, татарину по происхождению, Николаю Борисовичу Юсупову. При Екатерине Великой под его началом был Эрмитаж (организация создания копии Лоджий Рафаэля) и императорские театры. Прием нехитрый, применявшийся еще в Риме: вельможи народов, попавших под влияние мощного государства, включались в элиту метрополии. Богатеев из татар немало. Русские крестьяне обеспечивали дорогостоящую страсть инокровных вельмож к искусству. Немка, не русская, держала «бразды правления» в русской империи. Государство российское держится на бессребренничестве, великом терпении коренного русского населения и некоторых других народов, которые в «первые ряды» не лезут, а терпеливо пашут год за годом, десятилетие за десятилетием, столетие за столетием. В сегодняшней Россиянии - та же песня. Чем же отплатил татарский род Юсуповых стране, кормившей их столетиями? Феликс Юсупов организовал убийство русского мужика Григория Новых. Травили Гришу с Пуришкевичем, под надзором неких англичан, в подвале Юсуповского дворца, где расположено несколько залов, выполненных в мусульманском стиле. В кабинете дворца алчный, вертлявый Феликс устроил тайник, да большевики схрон обнаружили. Татарский отпрыск бежал, прихватил несколько выдающихся произведений искусства. В итоге из того, что было стибрено благодарным Юсуповым младшим, две картины Рембрандта оказались в Музее «Метрополитен» в Нью-Йорке.
Строгановы - с севера, коренные русские. Купчины толстопузые. Проникли в Сибирь. Неофициальные владельцы огромных пространств. Сколько у них рабов-крепостных - и сами не ведали. Однако, купеческое семейство, за счет труда сотен тысяч униженных и бесправных, превратились в образованных, утонченных европейцев. Качественное образование, искусство мирового уровня (если пощупать подкладку) - явления хищные, беспощадные. Поговаривают, создатель Казанского собора - Воронихин (из крепостных) - был внебрачным сыном Александра Сергеевича Строганова. Этот Александр давал деньги на возведение собора. Благодаря собирательству Строгановых и бесплатному труду крепостных, закрепленных за заводами, в Эрмитаже оказались «Благовещение» Симоне Мартини, а также «Поклонение младенцу Христу» Филиппо Липпи. Тут задумаешься об истоках русского авангарда. Малевич с Гончаровой, люди не дворянского происхождения, крушили привычные формы страстно, по-революционному. Они знали, что реликварий Беато Анжелино тонет в крови и слезах легших в землю безвестных работяг. Халтурина, столяра с динамитом, не осуждаю. Образно: геометрические композиции революционеров живописи - это обломки дворцовых перекрытий, оставшихся после взрыва 5 февраля 1880 года.
На Урале шуровали Демидовы, заводчики, купчины. То же самое рабовладение, что у Строгановых и Юсуповых. Царский музей приобрел коллекцию античной скульптуры (но только половину). Метрополитеновскому музею досталась вторая половина Демидовских сокровищ. Анатолий Николаевич Демидов, особо приближенный к императору Николаю Первому (Анатолий Николаевич заказал итальянцу Тадолини бюст самодержца). Тот же Анатолий спонсировал Карла Брюллова, и тот создал «Последний день Помпеи». Картина хранилась в питерском дворце, но затем между музеями пошло разделение, и шедевр Брюллова оказался в Михайловском дворце, в музее, созданном по велению Александра Третьего.
Кушелевы-Безбородько одарили страну полотнами Йорданса («Бобовый король»), Делакруа, Жерома. Кружили с сыном вокруг фарфоровой фигурки Этьенна Мориса Фальконе «Грозящий Амур». Наклонившись к В., тихо говорю: «Чудесный мальчик попал в музей благодаря канцлеру Екатерины Второй, Александру Безбородко».

Питер. 2 - 7 мая 2017. 20

Мюнхенская Пинакотека задумана для демонстрации новейшей живописи. Плоско и немудрено. В Новом Эрмитаже - «большие просветы» с итальянцами и испанцами: Сурбаран, единственная картина Гойи, Каналетто, Тинторетто, Тьеполо, Мурильо. Николай Первый пожелал сделать крыши залов из стекла для естественного освещения полотен. Лео фон Кленце заказ выполнил, и с В. мы видим сквозь чистое стекло потолка ярко-голубое небо, растворяющее тяжелый свет проклюнувшегося сквозь облака майского солнца. Немец (денег-то на строительство дали немерено) заложил в план следующее. Сногсшибательная парадная лестница: греческий стиль, шоколадного цвета колонны в дорической манере (русские мастера достигли совершенства в создании стюка - искусственного мрамора). Каменный пол с геометрическим узором из черных и белых шашечек. Желтые стены, распахивающие перед посетителями «ущелье», по дну которого бежит, словно белый поток, лестница на второй этаж. Именно эта лестница, а не барочная, Иорданская, считалась главной при входе в Эрмитаж. Скульптор Теребенев создал грандиозные фигуры мраморных атлантов, поддерживающих Эрмитажный балкон. С этих прекрасных изваяний начинается вход в Эрмитажные покои. Сегодня его двери открывают редко, а посетители попадают в музей со двора Зимнего дворца.
После «больших просветов» - зал крупногабаритных полотен голландских портретов (зал Ван Эйка, где предполагалось сначала разместить картины русских живописцев, расположен с другой стороны лестницы). Затем Шатровый зал (Малые голландцы). Малый итальянский просвет. Лоджии Рафаэля. Рыцарский зал. Наряду с залом Ван Эйка, с другой стороны лестницы, - зал Снейдерса, противоположный - зал Рубенса, двенадцатиколонный зал с запоминающимся интерьером. Лестницу Нового Эрмитажа называли не только Теребеневской. Была она и Халтуринской (при Советской власти), в честь Степана Халтурина. Миллионная улица, идущая вдоль здания музея, называлась именем знаменитого террориста.
На первом этаже залы античной скульптуры. Самое ценное изваяние - «Афродита Книдская». Копию скульптуры Праксителя раскопали в Риме в 1718 году, и царь Петр пожелал ее приобрести. Деньги были уплачены, но Папа Римский отказался давать разрешение на вывоз. Понтифику русские пообещали мощи Святой Бригитты, которые хранились у шведов. В итоге глава католической церкви подарил каменную голую женщину русскому императору. Петр приказал сделать в Летнем саду укрытие для Афродиты, и зеваки могли увидеть обнаженную красавицу. Но не с близкого расстояния, поскольку изваяние оберегал вооруженный патруль. Потрясение: голую бабу охраняют бравые гвардейцы. Бритье бород, камзолы, табак и кофе были менее революционны. В XYIII и в XIX веке обнаженные изваяния уже не вызывали протестов. Хотя старообрядцы и называли Петра антихристом, а то и дьяволом во плоти. Кленце, на втором этаже, придумал длинный неширокий зал, расписанный в античной технике энкаустики. Здесь великие творения Кановы и Торвальдсена. Потолок разделен плафонами. В центре их - сцены из античной жизни. Паркет наборный, украшенный геометрическими фигурами. Только теперь это круги. Зал бело-зеленый, и освещение, бьющее в плафоны, сочетается с обнаженными нежно белыми изваяниями скульпторов. Многочисленные бюсты.
В. приближается к шедевру. Антонио Канова. Франция. 1790. Амур и Психея. Писал об этом восхитительном творении. Идеальное лицо крылатого бога любви несколько оценивающее. Он, обладая огромным опытом в подотчетной области, разглядывает лицо на все готовой женщины. Кажется, легкокрылый в раздумье. А может, оценивает: как поточнее впиться в губы млеющей жертвы. Мягкость идеально обработанного мрамора нереальна. Известен вес мрамора. Творение тяжелое. Но громоздкости не чувствуется. Амур, хорошенько исследовав лицо Психеи, может взмахнуть крыльями и улететь. Закрываю глаза, вижу, как уверенный в неотразимости соблазнитель планирует в нешироком зале и скрывается за дверью. Чего голому-то не летать! Эрмитаж наполнен теплым сухим воздухом. Молодец Кленце: правильно понял предпочтение царя Николая Первого. Прямое развитие, а не застой, как в Мюнхене: Египет - Византия - Россия.

Питер. 2 - 7 мая 2017. 19

Мебель хороша. В Зале Снейдерса диваны и стулья обтянуты красным бархатом, стройные ножки и спинки из позолоченной липы. Стиль ампир. В музее обостряются ощущения не бытовые, иного свойства.
На улице устал от ходьбы, плюхнулся на лавку, отдохнул. В Эрмитаже ног не чувствуешь. Периферическая нервная система важна, а здесь, среди агрессивной роскоши, значимость ее сходит на ноль. Искусство гонит вопреки исчерпанности физического ресурса, подгоняет ударами кнута. Стимуляция болью. Зевака, не имея сил, тащит камень, пока не потеряет сознание. Но хлесткое воздействие прекрасных образов, не слабее кнута. И тоже до потери сознания.
В шестьдесят девятом году, в Севастополе, безумно понравилось: море, солнце, каштаны, военные корабли. Мама говорила: «Давай сядем, отдохнем!» Но сила непрекращающегося восторга гнала вперед, и на Графской пристани я грохнулся на дощатый причал, пробыв в беспамятстве около минуты. Родители испугались.
В старших классах школы, за ночным чтением, безмерно утомившись, отключался на несколько мгновений, а затем медленно возвращался в реальность. Если бы повелительный хлыст красоты оставлял на теле рубцы, был бы без кожи, в красных буграх шрамов.
Готовить взрыв дворца тяжелее, чем взрыв человека. Может, двери подновлял столяр-краснодеревщик Степан Халтурин. Или ремонтировал вот эти стройные ножки стульев. Он, проходя по залам, видел «Возвращение блудного сына», «Скорчившегося мальчика», «Союз земли и воды». Хлыст красоты, действующий не через боль, а через удовольствие, так же страшит некоторых, как извозчичий хлыст. Вот Степан и рванул. Стекла в Зимнем вылетели. Перекосился «Блудный сын», рухнул «Авраам с сыном». Когда подгоняющие удары музейной плетки становятся ощутимее, глаза стекленеют, ног не чувствуешь, словно они отвалились, и уже не дышишь воздухом, ионизированным великими произведениями, а глотаешь его, кушаешь, как желе - дрожащее и дряблое. В каких-то залах стулья и диваны отгорожены от зрителей толстыми веревками: садиться нельзя. А вот в Галерее двенадцатого года, в Гербовом зале, бело-красные низенькие диванчики - сиди, отдыхай. Как разноцветные птички на проводе, сидят на мягких скамеечках посетители. В величественных залах с внушительными работами испанцев и итальянцев - столы, с синими столешницами из уральских самоцветов, каменные канделябры, глубокие диваны. Под полотнами Тьеполо рассаживаются изнемогающие посетители, не способные поднять цифровые фотокамеры для съемки. А нам с В. все нипочем - ног-то будто и нет, так их «отходили». Ходят по Эрмитажу толпы любопытных. «Ходит» и сам музей.
Средства были, и Екатерина Вторая могла бы скупить в Ватикане лоджии Рафаэля. Строительная техника той поры не позволила этого сделать. Католические попы против. По указанию царицы роспись лоджий была скопирована бригадой Христофора Унтербергера, который учился у выдающегося немца Менгса. Копии картонов исполняли темперой. Потом изображения переносили на холсты и расписывали маслом. Кваренги обмерил в Риме, в Ватикане натуральные лоджии, и в России, под боком у Зимнего дворца, началось строительство собственных лоджий. Расчеты оказались не совсем верны, и окна пришлось расширять. Копии росписей Рафаэля выполнили за четыре года, перевезли в Санкт-Петербург и «положили» на стены готового помещения. Напротив окон разместили высокие зеркала, поразительных, для XYIII века, размеров. Папские символы заменили на отечественные (в своде главного компартимента изобразили российского двуглавого орла с вензелями императрицы). Когда строили музей, всю роспись и лепнину сняли, помещение разобрали и переместили в сторону на десять метров. Но от нас с В. Галерея не «убежала». Прошли туда и обратно по роскошному желто-коричневому паркету с геометрическими рисунками.

Питер. 2 - 7 мая 2017. 18

Однажды летал над дельтой Волги. Протоки, рукава, старицы. Самолет спустился пониже. Разглядел заросли камыша, тянувшиеся на многие километры. Греки добирались до устья. Но сверху видеть сложность переплетения земли и воды не могли. Не догадывались.
Европейская культура зародилась на острове Крит. Кносский дворец. «Сердце», работающее до сих пор на Европу, - лабиринт Минотавра. Не столь сложен, как водная система Волги, впадающей в Каспийское озеро (а может, и море). Но ведь догадывались. Если народ хотя бы догадывается о чем-то более сложном, стремится, предчувствуя, «застолбить» догадку в образе, - он жив. Как рывок скалолаза: выкидывает руки вверх, находит зацепку, пробует подтянуться, хотя тело еще не готово полностью довериться «информации», идущей от рук. Случаются падения. Но, если удается подтянуться, доверившись неведомому, - выживешь. Видел с высоты «союз земли и воды», а Рубенс увидел на несколько столетий раньше, создав мифологический образ единения в картине, помещенной в «Зале Рубенса». Европа-скалолаз «раскинула» руки на «скале» неведомого в разных направлениях. Проникла во «внутренности» духа. И дальше - в его «кишки» (экзистенциализм, Жан-Поль Сартр, «Тошнота»).
Итальянцы - заложники мифов и христианства. Но кто проник в дебри обычного быта и лишил живопись ореола святости? Как тянулась «рука» любознательной Европы в черные дебри экзистенциального? Мысль спорная, но без картин Виллема Хеды, Виллема Калфа, Якоба ван Рейсдала, Питера Класа не появились бы Марсель Пруст, Джойс, да и сам Кафка. Еще более спорная мысль: без «Купальщицы» Герарда Доу не ползли бы по холстам исковерканные уроды англичанина Бэкона. А началось-то все с Петра Первого.
Россия «руки» тянула по другим направлениям, но зорко следила за потугами соседей на Востоке и Западе.
Эрмитаж - перекресток культур. С В. миновали «Зал Рубенса». Красные стены, узорный паркет желтый, а потолок поделен на квадраты. В центре каждого стилизованные цветы. Раньше в зале располагались картины русских мастеров, потом (до перемещения в «Шатровый зал») повесили голландцев и Рембрандта. В те времена развеска была шпалерной: произведения от пола до потолка, между ними никаких «просветов». Оттуда - в зал Снейдерса. Опять потолок, разделенный на квадратики с сиреневыми узорами, снова цветы. Стены, обтянутые красным шелком. Коричневые тона преобладают в окраске пола. Изощренный узор, основанный на изображении розы ветров. По центру - малахитовые вазы и подсвечники, серые, бесподобные.
В., до этого смирный, совершил несколько неожиданных прыжков, пытаясь попасть в центр паркетного узора. Остановился, напугав стареньких японцев, внимательно слушавших здоровенную русскую девицу. Юнница вещала поразительно тонким голоском. Странное впечатление! Увидела, что к ней подпрыгнул молодой мужчина, симпатично воскликнула: «Ой, не сшибите нас!» Стала сразу близкой русачкой. Когда покинули зал художника - охотника и любителя свежего провианта, сын удовлетворенно хмыкнул: «С тобой, отец, совсем прокиснешь. Размялся. А с филологинями так и надо. Пугливые они. В Нижнем мы из части всегда в женскую общагу пединститута наведывались. Там вот такие здоровые, сладенькие кормили отменно. Мы в долгу, конечно…» «Не болтай! - грубо прервал я В. - Для создания уникального пола использовано четырнадцать пород ценной древесины. А ты топчешься, как слон. Привык по общагам девок смущать!»

Питер. 2 -7 мая 2017. 17

Простой текст: «Идет бычок, качается, вздыхает на ходу…» Отдых для слуха и души. Лукавство. Простота - на сложности. Для ее восприятия необходимо понимать речь и формулировать вопросы. Главный принцип педагогики - вроде, понятно, ничего сложного, но рождается великая жажда знания. Малыш хочет сам научиться читать про «бычка». Научился - тут и начинаются настоящие проблемы. Тексты сочинений, оформляющих сложности в образы, слова, рифмы, на самом деле халявны. Прискакали на «готовенькое». Бродские, Рильке. Честнее было бы «гениям» сначала пройти путь до «бычка», вместе с «бычком», после «бычка», а потом чиркать: «Ни креста, ни погоста не хочу выбирать…». Творческие люди - ленивы. Хитро «специализируются»: вот «полянка» Агнии Барто, а вот - Хорхе Луиса Борхеса. Культурный человек обречен проходить принципиально разные местности - детские, юношеские, молодежные, зрелые, старческие. Границы преодолевать нелегко. Примешиваются «региональные» особенности.
В Эрмитаже изначально господствует Петр Первый. И это - Голландия и, немножко, Англия. Екатерина Великая - немцы и итальянцы. Остальные (Александр Третий) - господство французской Академии и Салона. Ну и разная буржуазная мелочь - импрессионисты с другом Роденом. Высокое искусство оперирует категориями и образами сформировавшегося сознания, а оно предполагает цельность (относительную). Петр Первый увлекался приобретением картин голландских и фламандских мастеров. Универсальность этого российского императора - в комплексности: рабочие навыки корабельного мастера, знание технологий, станки, инженерное дело, градостроительство, медицина и - искусство живописи. Все несло на себе печать Голландии. Как строили Новую Голландию в Санкт-Петербурге? Сначала Петра по левую руку от Адмиралтейства возвести. Архитектор Чевакинский. Фасад оформлял Жан-Батист-Мишель Деламот. Потом Иван Коробов. В окончательном варианте Новую Голландию воплощал в жизнь инженер Иоганн Герард. Сначала Герард задумал воплотить собственный проект. Якобы «потерялись» проекты Деламота. Но нашли чертежи Чевакинского, и Герарду пришлось кропотливо их перерабатывать. Так и с особым видом изобразительного искусства - производством эмалей. Белая эмалированная плитка с голубыми рисунками при Петре Первом считалась особой роскошью. Идите в Меншиковский дворец (филиал Эрмитажа), любуйтесь на изразцовые печи. Красота и тепло огня - вот суть искусства эмали. Ломоносов трудился над созданием мастерских, способных производить эмаль в промышленных масштабах.
С В. жадно набросились на витрины, за которыми сияли жаркой прелестью эмалированные пластинки с разноцветными изображениями. Русская эмаль характерна белым фоном. Голландцы предпочитали преобладание синего цвета. Цвета живописи - синий, белый, красный. Но масляное изображение на доске или холсте интересно «размытыми» сочетаниями цветов. Эмалированные изображения не допускают цветовых переходов. Там - цвет и граница, разделяющая цвета. Характерная особенность символов: звезда, орел, лев, змея. У китайцев эмали - с преобладанием красного. Западная Европа - золото на синем.
В зале с эмалями свет коварно приглушен, и лучи маленьких лампочек направлены на каждое изделие в отдельности. Полное господство мастерства, сложности. Никаких «качающихся бычков». Искусство зрелых людей, способных принимать знаковые решения. В этот раз особое внимание привлекли Лиможские расписные эмали. Почувствовал тепло пламени, струящегося через каждый образ.

Питер. 2 - 7 мая 2017. 16

Упрекают недоумки большевиков: продали «рафаэля» и купили на вырученную валюту в предвоенной стране технологии, строительную технику, станки. Надо же было восстанавливать и увеличивать площадь Империи. Если бы Петр, Екатерина встали из могилы, они бы одобрили. Вырученные средства шли не на личные нужды руководителей, а на благо страны. Считаю, что Вторая Мировая война началась в 1933 году, Япония навалилась на Китай. Сколько миллионов людей погибло на Дальнем Востоке - никто точно не считал. Родня же первого премьер-министра Великобритании лорда Уолпола, погрязшая в безделье и долгах, также решила расстаться с коллекцией картин и скульптур. Хотели сбыть сокровища в Великобритании. На маленьком островке ни у кого денег не нашлось. В 1775 году наш посол в Туманном Альбионе - граф Алексей Семенович Мусин-Пушкин. Так в России очутились шедевры и среди них (а приобретены сотни полотен!) - «Непорочное зачатие» Мурильо, «Лавочки со снедью» Снайдерса, «Жертвоприношение Авраама» Рембрандта. На подхвате - английские маклеры, готовые мать родную продать. Визг на весь мир был знатный. Для страны толку никакого, зато Уолполы расплатились с долгами, избежали позора и долговой ямы. Англичане ненавидят русских, но в 2013 году потомок лорда Уолпола, лорд Чамли, упросил Пиотровского младшего устроить из картин своего предка выставку в своем имении. Был бы я Министром культуры - не позволил бы вывозить ценности из страны. Слишком много мерзостей совершил этот осколок некогда могучей Империи в отношении России. Говорят: «Улучшаем взаимопонимание». Ага, улучшили! Более мелкие приобретения и отдельные шедевры: русские дипломаты и сногсшибательно богатые вельможи буквально «выскребали» бесценные сокровища.
Дворяне в России подарили разночинцам не только навыки работы в «кружках», но и первые начатки партийной работы (Северное и Южное общество декабристов). Отчаянные вояки, боевые офицеры, не побоялись выйти на Сенатскую площадь. Навыки местной политической жизни хорошо усвоил дворянин Ленин. Во всей полноте шедшее вперед российское общество унаследовало богатейшее культурное наследие.
Питер задуман Петром как европейская столица. Уже при Екатерине Великой «сердцем» Северной Пальмиры становится Эрмитаж. Во второй половине XYIII века музей превращается в средоточие лучших образцов просвещения. Коллекции и подарки шли не только с Запада, но и с Востока: Индия, Япония, Китай. Идя по залам Зимнего дворца, каждой клеточкой ощущаешь гул истории, гремящий, как горная река в ущелье. С дураками, оравшими, что надо бы сбросить Пушкина с «корабля современности», разобрались быстро. Преемственность развития государства была обеспечена. Почти все территории, утраченные с подписанием Брестского мира, были возвращены осенью 1918, когда Брестские соглашения были денонсированы. Екатерина делала покупки и для себя. Коллекция Зимнего дворца пополнилась «Паралитиком» Греза, «Геркулесом» Рейнолдса. Создавали личные коллекции землевладельцы. Все приобретения оказывались в царском дворце.
Не только в Англии государственные мужи, ради личного интереса, торговали культурным достоянием своих народов. Граф Генрих Брюль, министр курфюрста Саксонского Августа, также сбыл свою коллекцию картин и рисунков в Россию. Так появился в отечественном собрании великий итальянский мастер Тьеполо («Меценат представляет Августу свободные искусства»). Картин много, и Екатерина построила рядом с Зимним Старый Эрмитаж. Мебель, лестницы, комнаты, залы – проектировали Растрелли, Кваренги («Эрмитажный театр»), Росси.

Питер. 2 - 7 мая 2017. 15

С чего бы Европе любить Россию! Во второй половине восемнадцатого века мудреные деятели Франции, Англии, Пруссии, Баварии писали книжки, а денег было мало. Их «вишневые сады» как раз в то время повырубили. Вскормили на «навозе» протестантизма алчную буржуазию. Этой космополитической публике важен был полновесный золотой и доходная облигация. Тот же Гоцковский, продавший свою коллекцию Екатерине из-за неудач с поставками зерна. Ситуация описывалась просто: «Что ж вы такие бедные, если такие умные?» Россия богата не только территориями и полезными ископаемыми, но и народным терпением, а порой, и глупостью. Франция - стряпчие, присяжные, маклеры, клерки, торговые компании. Жуки-короеды. Наполеон против России был обречен. Человеческий фактор подвел. Обречены и шведы, и пруссаки, и турки. «Сбой» произошел в Крымскую кампанию. Извлекли уроки. Быстро восстановились. Провал в Японскую, осечка в Первую Мировую, да большевики, а затем Сталин все вернули.
Стоим с В. у «Данаи» Рембрандта (буквально три минуты). В. говорит: «В Европе воцарились жуликоватые, упорные проходимцы. Третье сословие, буржуазия. Не то, что коллекции, которые дворяне копили столетиями, душу за деньги продадут. Вот Екатерина Вторая - немецкая нищая аристократка. Воцарилась. Но, это же Западная Европа и есть. Она у алчной западной сволочи, используя русский неисчерпаемый ресурс, огромными кусками «выхватывала» сокровища - скульптуры, картины. С Петра началось. Тот мастеров, архитекторов оттуда экспортировал. Екатерина следом пошла. Выходит, спасала лучшее, что было в Европе. Неплохо устроилась!. Землевладельцы из Франции «профукали» власть, а Империя наша их же лучшее и переняла, и спасла». Подхватываю мысль: «И они нас за это ненавидят! Терпеть не могут людей их же крови и происхождения. Говнистая публика, пошедшая плесенью на теплой сырости Гольфстрима».
Основа экспозиций Эрмитажа - коллекции, купленные за рубежом. В Екатерине Второй совместились западная культура, немецкая сухость, русский размах. И как не обалдеть от материальных и духовных возможностей, подаренных великим государством! Скупка западных собраний поставлена на поток. Подобрались советники, в частности, Дени Дидро (бывал в России, оценил масштаб). Дидро насоветовал: «Купи-ка, государыня, коллекции Брюля, Уолпола, Кроза - не прогадаешь». Дмитрий Голицын дружил с Дидро, занимал пост посла в Гааге, в Париже, вел с семейством Кроза переговоры о приобретении. В Россию «уплыла» бессмертная «Даная», а также картины Рубенса и «Юдифь» Джорджоне. Говорю В.: «Юдифь» - вещь бытовая. Это - дверца шкафа. Художники, даже Леонардо, утверждали: мы - ремесленники. Богатый человек приобрел платяной шкаф. Нанял ремесленника Джорджоне. Он шкаф расписал. Много их по Италии ездило в поисках заработка. Никто не знал, что Джорджоне - выдающийся. Дверка оказалась у Кроза. Кроз, через Голицына, продал «элемент мебели» Екатерине. Делали дело тихо. Когда французы узнали, что «Даная» и «Юдифь» оказались в России, поднялся вой. Бессмертные творения в лапах у варваров! Спрашивается: Дидро варвар или немецкая принцесска лесная лахудра? Вот так и работали. СМИ и пропагандисты - боевики и в те времена. По сути, ничего не изменилось и сегодня. И причем здесь варвары? Сделка заключена по французским законам. В Париже, в Национальной библиотеке, сохранился торговый каталог коллекции Кроза, а также сопутствовавшие сделке документы. Нечего зубами щелкать! Кто успел, тот и съел. Все вопросы - к обнищавшему французику.
«Данаю» перемещали с одного места на другое. Картина имеет такую же трагическую судьбу, как и Репинский «Иван Грозный». Репина резали, а в 1985 году ненормальный мужик напал на холст с ножом и кислотой. Стопроцентного восстановления произведения не получилось. Но случились открытия: очищенное полотно засияло новыми красками, вскрылись неведомые ранее нюансы. Мое личное наблюдение (очевидно, неверное): служанка, приоткрывшая полог ложа с обнаженной красавицей - вовсе не пожилая женщина, а сам живописец».

Питер. 2 - 7 мая 2017. 14

Мечта - на старости лет жить в Ленинграде, в уютном пригороде. Эрмитаж делает несколько десятков выставок в год, пусть небольшими тиражами, издает глубоко профессиональные книги о различных направлениях искусства. В магазинчиках, находящихся в музее, выставлены уникальные издания. Раньше хватал подряд один том за другим, листал, глубоко вдыхал запах печати на мелованной бумаге. Как-то нюхал страницы издания о царских парадных экипажах, хранящихся в запасниках. Признаю, привычка для окружающих малоприятная. Мне плевать. Труслив и робок, но могу разгневаться по глупости. Сделали замечание: «Мужчина, прекратите нюхать страницы. Это вам не сено». Взорвало, зашипел: «Хотите сказать, что я конь?» Вовремя удержался (чего дураку бросаться на девчонку: «Девушка, вы встречали книжных наркоманов? Я - из этих»). Но принюхиваться перестал. Листал издание без носотыканья. Теперь - иначе: выберу фолиант о смыслах, заложенных в полотне Рембрандта «Возвращение блудного сына», читаю. В. не сердится. Договоримся, где встречаемся, и он уходит бродить в соответствии с собственными предпочтениями. Чтение кусков «вкусного» текста занимает минут сорок, иногда час. Издания по литературоведению или искусству откровенно, вызывающе расплывчаты. Вот алгебра - это да! Логика, четкость. Теперь-то знаю: и математическое знание относительно. Чопорная строгость сочинений по точным (так называемым) дисциплинам лишь удачно маскируют слабые места мироведения. Построили сверхмощный объект в Люцерне. Лишь для того, чтобы обнаружить еще одну россыпь, то ли частиц, то ли волн. Говорят: «Мы о них знаем, но они невидимы, показать не можем». Так какого же рожна щеки надуваете? От скульптур и картин исходят волны мощнейшего воздействия. Пусть их чувствуют индивидуально, но зато каждый. Грамотеи из Ватикана облюбовали великий музей на реке Нева. В полотнах великих чего только не находят! От идеи Троицы до сущности Божества. Видел таких в католических сутанах. Часами стоят перед «Мадонной Литта», лопочут на итальянском. Проходит час, другой. Девица ведет группу теплолюбивых старичков. Спрашиваю у нее: «Чего попы лопочут?». Переводчица: «Они любят изучать смыслы произведения в изменяющемся освещении. Наблюдают с утра до вечера, обмениваются впечатлениями. По слухам, «Блудного сына» Рембрандт написал последним. Творил резко. Пытался подправлять краски не кистями, а прямо пальцами. Богословы пишут книги об одних лишь жестах, выражениях лиц. Ватикан того же «Блудного сына» провозгласил главным символом перехода в третье тысячелетие после Рождества Христова. Просят отдать картину, хоть ненадолго, в миссионерских целях. Кардиналы проводят возле картин да Винчи и Рембрандта долгие часы в закрытом, специально для них, музее».
В шестидесятые годы Бриттен написал оперу по мотивам картины Рембрандта. В 2013 ее исполнили в Эрмитажном театре. Убеждаюсь, вслед за умными людьми: доверяй лишь собственным чувствам и при работе с цифрами, и при работе с образами. Искусствоведческое исследование может быть более конкретным, нежели учебник по механике. Попы не зря зациклились на «Мадонне Литта» (какой скандал был в Италии, когда дворяне из рода Литта продали картину царскому правительству!). Пухлый Христосик держит в руках птичку с красной головкой: цвет смерти. Мадонна необыкновенно величественна, но и двойственна: смотрит на сына и как мать, и как чужая женщина - сивилла, уже знающая об ужасном конце дитяти. Когда «раскусил» своеобразный «стереоэффект» изображения - зачарованно обомлел.
На старости лет хотел бы жить в Ленинграде. Мечтать, как говорится, не вредно.

Питер. 2 - 7 мая 2017. 13

Взбежали с В. по Советской лестнице. Пробежали, не останавливаясь, «Зал Рембрандта». Вот и Малый Эрмитаж. Маленькие деревца и кустарники второго этажа, превращенного в сад, покрыты зелеными росточками. Знаменитый сад под открытым небом. Клумбы вперили в синее небо черные мозоли взрыхленной земли. Скоро появятся ростки тюльпанов. Со всех сторон, от холодных ветров, обширное пространство с клумбами и кустами ограждено стенами с полукруглыми окнами. Их прогревает скупое светило, почки лезут на волю стремительно. Кажется, растительность окутана изумрудным туманом. Зимой дорожки расчищены, сугробы с клумб убираются. Как удаляют ледяные заносы - загадка, но сад хорош, аккуратен и зимой, мраморные фонтаны и скульптуры накрыты белыми кожухами. В январе, в сумерках, площадка напоминает дорогое кладбище. В могилах захоронены фантастические существа, изливающие из преисподней мрачную торжественность. Посетителей Эрмитажа в удивительное по красоте место не пускают ни зимой, ни летом.
Не можем миновать Павильонный зал. Как раз здесь раньше размещался Екатерининский Эрмитаж. Хотя он перестраивался, скажу одно: подобных помещений в мире раз-два - и обчелся. Восточные мотивы пронизывают убранство сверхъестественной изощренности. Служители музея, ежедневно погружаясь в светлую «воду» прелести Павильона, начинали чувствовать себя богами. Белые, стремительно убегающие к хорам колонны коринфского стиля. Опоры стройны, не толсты. Хоры кажутся воздушными и «пускают» к позолоченному потолку совсем уж изнеженно стремительные колонны, соединенные блестящими золотом перилами. На первом этаже углубление в виде ротонды, полукупол которой поддерживают колонны мавританского стиля из темного редкостного камня. Мастер Омар, создавая в Бахчисарае знаменитый фонтан, вдохновивший Пушкина на создание поэмы, не ведал, что точные копии Фонтана слез воссоздадут в Павильонном зале. Есть в нем паркетный пол, выложенный в виде геометрических фигур. Есть и серый камень, а в центре - знаменитая восьмиугольная римская мозаика с головой Медузы Горгоны. Есть изображения морских чудищ: тело человека, рыбий зеленый хвост, а верхняя часть - конь. Мозаика огорожена медными перилами.
Торжественные двери-ворота ведут в висячий сад, и В., встав к ним, задумчиво смотрит на зеленую дымку распускающейся листвы. Говорит: «В кино - блокбастеры: наводнения, ураганы, пожары. Гибнут люди в селях, каменных обвалах, пещерах. Человек устает от ужаса. Неужели и раньше боялись? Вот искусственный кусочек природы закинули на крышу. Приятно. Можем обуздать, справиться. Чудеса с прирученной травой, деревьями - результат страха. Релакс, одним словом. Подкупает. Смотрю - кажется: человек властвует над природой. А блокбастеры убеждают: люди - ничтожные букашки?»
На хорах полукруглые балкончики. К одному из них, вделанная в стену, убегает ввысь узкая мраморная лесенка. Не можем миновать стеклянный шкаф, в котором разместились часы «Павлин» мастера Кокса. Китайцы были падки до английских механических игрушек. Им их и поставляли. Вот важный павлин, собирающий и распускающий хвост. Составленное из позолоченных дисков, хвостовое оперение намекало на восход солнца. Павлин помещается на дубовом пеньке, от которого отходят толстые ветви, усыпанные металлическими желтыми листьями. Хвостатая птица (что странно) восседает не на магнолии, а на подушке из листьев дерева средней полосы. Белочки, какие-то кроты или мышки суетятся на земляном холмике. Сделано из тонких листов меди и позолочено. Сами часы скромно (можно и не заметить) разместились в шляпке грибка. Грибок тут же, на искусственном пригорке. Всю эту механику приобрел Григорий Потемкин, фаворит Екатерины Второй. Часы не ходили. Но русский механик Кулибин разобрался с устройством Джеймса Кокса. Часы пошли. Кулибин же прославил имя свое на века.