Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

Заметки на ходу (часть 411)

Мужчина, с идеальным, что есть в мыслях и чувствах, стартует к звездам – от ног, от того, что между ног, с мягких и больших грудей, через свет глаз к красоте. Красота рождается из животного рыка страсти. Через красоту идет зона любви, лучше – альпийские луга любви. Где ангелы, там ветер свободы.
Collapse )

Деловая переписка

Депутату Государственного Совета Чувашской Республики
И.Ю. Молякову


КАБИНЕТ МИНИСТРОВ
ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

Уважаемый Игорь Юрьевич!
Кабинет Министров Чувашской Республики, рассмотрев обращение индивидуального предпринимателя, директора Центра детского развития «Солнечный город» Л.Н. Ладиной об оказании помощи в приобретении оборудования для детского центра, сообщает следующее.
Collapse )

Деловая переписка

Депутату Государственного Совета Чувашской Республики
И.Ю. Молякову


МИНИСТЕРСТВО ТРУДА И СОЦИАЛЬНОЙ ЗАЩИТЫ ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

Уважаемый Игорь Юрьевич!
Министерство труда и социальной защиты Чувашской Республики (далее - Минтруд Чувашии), рассмотрело обращение Усановой Наталии Анатольевны, совместно с Министерством строительства, архитектуры и жилищно- коммунального хозяйства Чувашской Республики и администрацией г. Новочебоксарск, и в пределах компетенции сообщает следующее.
Collapse )

Заметки на ходу (часть 402)

Любви все возрасты покорны. Про стариков. И про детей. Ромео и Джульетта – дети. Я в восемнадцать был ребенок. Любовь детей - вещь опасная. Экстракт любви. Чистый спирт. И это хлещет ребенок.
Странно - Малер написал «Песни мертвых детей», но они не страшны, а душевны и радостны. Шостакович с «Песней о встречном» прямо-таки.
Collapse )

Мелочь, но неприятно

В Цивильске возмущались: некто продал гараж, и прямо в нем житель города Жигулевска Самарской губернии возвел двадцатипятиметровую башню сотовой связи. В ста метрах – жилые дома, детские площадки. Обратившиеся потребовали: убрать железного монстра. Ничего не поделаешь. С Сергеем Беккером взялись за дело.

Питер. 28 декабря 2016 - 7 января 2017. 132

Экспериментирую: спать в шубе и под одеялом - залог хороших снов. Да еще надел шапочку, чтоб не чувствовалось, что от окна холодом веет. «Капсулирую» тело. Получилось, но не очень. Снился И. с маленьким ребенком. А мы - Л., неизвестный и я - идем между невысоких зданий. Неизвестный - велик, толст и, видимо, недавно сожительствует с Л.. Она - в джинсах, короткой шубке, сапожках, модных еще в конце семидесятых. Между тем, «неизвестный» придурковат. Кричит на всю улицу: «Восьмидесятые года», - хохочет. - «А мы, - резвится, поглупевшая от мужского присутствия, Л., - всю ночь на дискотеке. Вот с этим странным, который мне нравится». Говорит, а сама вопросительно смотрит в мою сторону. Знаю: злит меня. Она давно любит (и очень сильно) мою школьную кудрявую шевелюру. Л. - умная, хорошая, честная, но мне она не нравится. Сон раскрепощает. Никогда не показывал Л., что дружу с ней, но не обожаю. Думаю: «Врут. Дружба между парнем и девушкой возможна. С первого класса дружу с Л.. А вот ее «занесло» - втюрилась. Что делать? Подло ухмыляюсь в вопросительные глаза гуляющей с нами девчонки. Вижу: они наполняются тяжелыми горькими слезами. Злорадно думаю: «Вот дура-то. Плачь - не плачь, люблю другую». Неизвестный здоровяк ничего не чувствует, веселится: «Здорово! Наплясались, сели под утро на поезд и вот - в Москве». При этом доверительно, намекая на случившуюся интимность, толкает бедром стройную Л.: «Э-э, - думаю, - как далеко зашло. Знаю: из-за меня». Накатывает еще волна наслаждения: «Вот, довел девушку, а причина страдания - я».
Вот тут и появляется И.. Чтобы Л. не разрыдалась, бодро вскрикиваю: «А вот и он! Ты как здесь, дорогой?» И. отпускает коляску на полозьях, бросается обниматься. Мы, старые друзья, радостно смеемся, целуем друг друга в щеки, в голову. Слезы Л. высыхают. Неизвестного И., конечно, не обнимает, но спрашивает: «А это кто?» Л. церемонно подводит здоровяка к долговязой фигуре И.: «Знакомься, это - неизвестный». Деликатный И. не может скрыть мгновенно промелькнувшего смущения: «Ну, вот. Несчастная Л. Допрыгалась. Ведь балдеет от Моляка. А ему - плевать. Вот, от обиды, меняет одного хмыря на другого. Эх, Моляк, Моляк! Девка - золотая, а он…». Понимаю ход мыслей друга, с легкой обидой спрашиваю: «А это кто ж такой, в коляске?» И.: «Мой наследник. Снимаем с женой комнату в Кривоколенном переулке». Л.: «Когда же женился? Почему не пригласил?» И.: «Вот, чем оканчивается неожиданно вспыхнувшая страсть. Страсть проходит - дети остаются». Неизвестный ржет. Л.: «Мы, И., так воспитаны. Детей не бросаем. А ведь есть негодяи. Любишь - не любишь, а малышей растить надо. Вон, какая коляска у «плода любви» красивая. Прямо карета». Все окружаем посапывающего малыша. И. аккуратно приоткрывает пеленочку, чтобы малышу легче дышалось. И, с нежностью: «Гэдээровская. Всю ночь в очереди стоял».
Проснулся. Тепло. Уютно. С головы стянул шапочку. Дышится легко. Урчит телевизор. М. смотрит на ОРТ фильм, в котором Садальский играет следователя-негодяя. Волосы у актера причесаны, на носу тяжелые квадратные очки. - «Вставай, давно жду, когда проснешься. Забыл, что ли? Идем в Инженерный замок. Там - Паоло Трубецкой».
У мамы завтрак готов - оладушки со сгущенкой. Пью чай, рассказываю: «Странный сон. Москва. Тихо. Мягкий снег, и И. с маленьким сыном. Огромный город, а мы встретились. Договаривались как будто. Но вышло-то случайно. А коляска у него наша, гэдээровская, в которой М. возили. А он врет, что ночью в очереди за ней стоял».
Мороз - за двадцать пять градусов. И - влага. Холод так расчистил воздух, что никаких снежинок не осталось. Если и летало что по небу, то осыпалось. Дома, деревья - в прозрачной четкости. Похмелье. Плохо. Перетерпел, и разум, прояснившись, стал спокоен и чист. Послепохмельная чистота, пришедшая от многоградусной жидкости стужи. А на набережной Невы ветерок - урывками. Перебежками. Взивается, не успевает «проскакать» и ста метров, как его прихлопывает холод. Сворачиваем в Гороховую улицу. Мраморный дворец, а во дворе, перед парадным входом, странный памятник Александру III скульптора Трубецкого. Еще один наш бросок - и вот он, «надраенный» мелким снегом, полыхающий дворец Павла I.

Деловая переписка

Уполномоченному по правам ребенка в Чувашской Республике Романовой Е.В.
Прокуратура Чувашской Республики

Депутата
Государственного Совета Чувашской Республики Молякова Игоря Юрьевича


Обращение
Направляю копию школьного расписания, которое раздавали детям в школах г. Новочебоксарска.
Прошу ответить, насколько законно данное издание.
Приложение на одной странице.

С уважением,
И.Ю. Моляков

Заметки на ходу (часть 387)

С романом Иванова и Семеновой разбирался в зимние каникулы. Надоели заявления: «Семенова моя!» Спорили на пыжиковые шапки. Шли в танцкласс к Семеновой и Седову. Ирка заманила лаборанта к себе в ансамбль, и Юрка исполнял народные танцы.
Collapse )

Заметки на ходу (часть 385)

Перекладывают выбор на родителей, на матерей. Мама, конечно, выберет. Как правило, получается чушь. Нет счастья. Зависимость хуже рабской: мать считает, что сын зависим от матери, поскольку дважды благодарен: родила – раз, выбрала удачную половину – два.
Collapse )

Заметки на ходу (часть 379)

Грудь соотносится с плечами. Плечи женщины не должны быть слишком широкими. Во всяком случае, не шире бедер. Девушка не должна быть выше тебя. Если она выше, здоровее и тяжелее, то как спать с ней. Будешь, как птичка-поползень, шмыгать по ней, как по дереву? Поползень на дубе! Муравей на слоне. На всю жизнь! И чем дальше, тем замена возлюбленной обойдется дороже. Время, время!
Collapse )