Category: общество

Деловая переписка

Депутату Государственного Совета Чувашской Республики
И.Ю. Молякову


КАБИНЕТ МИНИСТРОВ
ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

Уважаемый Игорь Юрьевич!
Кабинет Министров Чувашской Республики, рассмотрев обращение индивидуального предпринимателя, директора Центра детского развития «Солнечный город» Л.Н. Ладиной об оказании помощи в приобретении оборудования для детского центра, сообщает следующее.
Collapse )

Деловая переписка

Депутату Государственного Совета Чувашской Республики
И.Ю. Молякову


МИНИСТЕРСТВО ТРУДА И СОЦИАЛЬНОЙ ЗАЩИТЫ ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

Уважаемый Игорь Юрьевич!
Министерство труда и социальной защиты Чувашской Республики (далее - Минтруд Чувашии), рассмотрело обращение Усановой Наталии Анатольевны, совместно с Министерством строительства, архитектуры и жилищно- коммунального хозяйства Чувашской Республики и администрацией г. Новочебоксарск, и в пределах компетенции сообщает следующее.
Collapse )

Москва. 22 - 25 апреля 2017. 9

«Легион» закрыт. Сквозь глухую московскую подворотню мелькнуло стройное, желтое. Стою средь сияющих стен: в какую сторону двигаться? Блестят никелированные поручни. Пологий подъем для инвалидов. Прозрачные двери, за ними – глубокая тьма. Два бугая в черном, с галстуками, лысые. С пятидесяти метров на вывеске разбираю надпись: «Московский промышленный банк». С промышленностью в Москве дело швах. С правлениями компаний и меняльными лавками все в порядке. Как люди попадают в руководство финансовыми организациями - вопрос простой. Чем проще и постыднее событие, тем больше его скрывают. Достаточно нехитрые операции по получению различного рода компаниями финансовых средств. Для своих, которых немного. Всем остальным - банковский продукт. Суть - получение прибыли с так называемого ссудного капитала. По сути - жульничество. Возня вокруг бумажек (банкноты, акции) глубоко противна. Но именно она составляет суть жизнедеятельности общества. Люди, по непостижимым причинам, словно наркоманы, подсаживаются на денежку. Пусть там и сидят. Ожидающим (девяносто процентов ждут чего-то впустую) - церковь и дородные попики.
Бугаи, охраняющие вход в финансовую церковку, даже издали почувствовали в моем взгляде недоброе. Молодцы! Правильно натасканы. Издали кричат: «Не подходить! Банк не работает. Частная территория». Хотел надерзить. Но только что собачился с попами. Не молоденький. Дальше идти не хотелось. Вернулся на Полянку. Каменный забор с чугунными решетками, ворота на церковный двор закрыты, но калитка распахнута. По сторонам (один - направо, другая - налево) расположились попрошайки. Молодой мужик стоит, а старуха сидит на складном стульчике. В больших городах нищими прикидываются здоровые парни. Над головой грязного, неприбранного мужика - доска: «Храм Успения Пресвятой Богородицы в Казачьей Слободе». Глаза у нищего мутные, но с остатками праведных размышлений. Видно, бывший литературный критик, не желающий ехать в провинцию преподавать русский язык и литературу. Старуха объемна, расползлась, как сдутый шар. Одета тепло - в две дешевые китайские куртки. Ноги закутаны тряпками, гладкие, полные, как столбы. На шерстяных носках - сандалии. Вокруг стульчика расставила несколько одноразовых тарелок: в одной - бумажные купюры, в следующей - темно-желтые металлические десятирублевки. Завершает парад миска со светло-серыми монетками. Справа от старухи - костыль. Наблюдаю. Вошли в церковь полицейские, кинули в светло-серую кучку денег несколько десятикопеечных монеток. Страждущая бурчит под нос, выбирает недостойные монетки, кидает за желтую ограду. Там начал зеленеть газончик. «Правильный маркетинг. Не позорится перед сердобольными жертвователями. Пусть и нищая, но унизить себя до мелочи не дает». Спрашиваю у «литератора», у которого в единственной мисочке ничего нет: «С вами граждане делятся? А между собой взаимопомощь существует?» Мужик с трудом пытается понять, о чем спрашивают: «Почему спрашиваешь? Лучше подай, - с трудом считывает что-то в пересохшем горле. - Нищие жестоки. Друг другу не помогаем. Мне дадут, а я не дам». «А если вот у этой бабки немножко отнять? Вон сколько ей накидали». Страстотерпец борется с сушняком, выдавливает сипло: «Нельзя. Грех. И - костыль у нее. Огреть может». Из калитки выходит охранник лет шестидесяти, пузатый, под глазами мешки: «Шел бы ты, Юра, домой», - мирно уговаривает он попрошайку. Юрий: «Нет дома. Сам знаешь». «Знаю, - продолжает охранник. - Трешка у тебя, «сталинка». За дикие деньги сдаешь, одеваешься в рванье, пьешь, не просыхая. А дешевле пятисот рублей за водку не берешь. И квартиру ни в жизнь не пропьешь. Ох, и поганые москвичи стали, беда!»

Деловая переписка

ОТДЕЛ ПОЛИЦИИ №6 УПРАВЛЕНИЯ
МИНИСТЕРСТВА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО ГОРОДУ ЧЕБОКСАРЫ

гр. Молякову И.Ю.

УВЕДОМЛЕНИЕ

На основании ст. 145 ч. 2 УПК РФ уведомляю, что материал проверки КУСП № 538 от 09.01.2020, вх. 58 от 09.01.2020, по заявлению гр. Андреевой К.В., в отношении клеветнического характера со стороны ООО «Базис» Егорова В.Н., в ОП № 6 УВМД России по г. Чебоксары проведена проверка и для принятия решения направлен по подследственности в ОП № 4 УМВД России по г. Чебоксары.
В случае несогласия с принятым решением Вы вправе обжаловать его прокурору или в суд согласно ст. 124 и 125 УПК РФ (порядок рассмотрения жалобы прокурором, руководителем сдёдственного органа, судебный порядок рассмотрения жалоб).

Начальник
Ванин Н.Д.

Когда б вы знали

Сомневаться без толку - вот ноша для ветхих,
Старикам и старухам слова непонятны,
Заблудились их мысли в прозрениях редких,
Их явленья простые смешны и занятны.

Глупость высекут в камне надолго и лихо:
Как же, как же, ведь в них гениальность!
Только в вечные фразы въедается тихо
Ненасытным червем ледяная фатальность.

Тетка брякнула спьяну про мак на помойке,
Будто книжникам внове подгнившая мерзость:
«Стих на мусоре зреет, он сочный и стойкий,
Ей, заплывшей, мила его гнойная дерзость».

Я совсем не поэт, эта участь позорна,
Лишь в глубокой тоске этот прыщ ковыряю.
Но терпеть не могу, если фразочка вздорна,
Старикам и юнцам лабуды не прощаю.

Аккуратно промямлю, что, в общем, неплохо,
Про себя ж испинаю позор самозванства.
Но сдержать не сумею глубокого вздоха,
В память собственных лет рифмоплетного пьянства.

Слово лезет в строку не с небес, не из грязи -
Не дыра вещества, а бездонная точка.
В точке нет ничего, как в надраенном тазе,
И его не увидеть ни в яме, ни с кочки.

Москва. 22 - 25 апреля 2017. 6

Историю человека, страны, мира можно представить в виде кино. Неразвитость общества в краткости кинолент. Ограничение задано возможностью целлулоида, электронных носителей (компакт-диски, флэшки). Убожество. И - нетерпение, желание поскорее выложить узкую колею существования на всеобщее обозрение. Некие существа живописуют, что едят, как спят, отправляют естественные надобности. Много подглядывающих. Интерес к чужому - свидетельство дремучести. Отдельные сериалы (с песнями, декламациями) - о верованиях. Как о войнах. Впечатляющие зрелища - битвы, беженцы. А эпидемии? Долго слово отражало грандиозные процессы. Жалкие обрывки, неимоверно искаженные, в силу прихотей победителей, отчаянно проигравших. Немое кино. Сценарий, который пишется одновременно с кинозрелищем. Воспринимающими выступаем все. Суетливость кинопостановок характерна для восточного славянства. Чуть южнее (степи), севернее (тундра, тайга, океан) - и тысячелетиями ничего не происходит. Живущие там народы ничего не предпринимают. Неестественное детище Гольфстрима. Запад в любой момент (чуть остынет теплый поток между северных морей) может прекратиться. Носителем киноспектаклей выступает грубая, шершавая, как наждак, пленка природы. У мелких народцев была возможность построить рационально просчитанное существование. Они называют сей способ смешных потуг наукой. Но это не характерно для народов пограничья. Много придурковатого. Ускоренный показ случившегося. Успеть бы непостоянным летом собрать урожай. Может не быть и его. Сценарий у каждого сезона свой. Летом вламывают до обморока. Чтобы не остаться без хлеба и сена, стихийно жмутся в неудобные, но жизненно необходимые общины. Осенью тоскуют. Зимой, распавшись на атомы из надоевшего «мира», дрыхнут или болтаются на отхожих промыслах. Весной играют свадьбы (можно и осенью, после того, как закончена горячка лета). Много пьют весной. Особенно на Пасху (так язычество, затаившееся по углам, напоминает о себе). На юге Италии или Франции нет снега, отсутствует сезонность, собирают по три урожая. Скука. Остается одно - лениво тесать камень, веками возводить жилище, готические монструозные соборы. Накопив пушек и пороха, отправляются герои индивидуализма (Америго Веспуччи, Колумб, Кортес) резать беззащитных ниггеров и краснокожих, разленившихся в тепле. Энергия, направленная в халявные края. Нашим славянам среди каких-нибудь бельгийцев или швейцарцев жить невыносимо. Бабы (да и то не все) иногда приживаются. Большинство тоскуют и бегут из Швеции (Яковлева, «Интердевочка»). Но нет терпения возводить каменные хоромы. Баловство это. Дерево да топор. Или, как у Биллингтона - «Икона и топор». Пожар - временное выгорает. Ничего не остается. Но не горюем. Подсуетимся - и вот новый город из дерева с резными наличниками, петушками, конскими головами.
Любим огонек! Языческая страсть одолеет христианские фантазии. То пожар, то бунт, то дикая любовь к идиотам, то всеобщая апатия, перерождающаяся в ненависть. Интересное кино! Для нас - важнейшее из искусств. Могли ускорить перемотку, не доводя дело до конца, понимая заранее, чем все кончится.
О Григории Неокесарийском знаю немного. Хороший крючок загнал в брюхо торопыгам русским. Ученик Оригена, учился в Александрии, вернулся в Новую Кеосарию. Неожиданно ушел в пустыню. Постился. Конкретизировал учение о Святой Троице. Шел третий век нашей эры, но уже тогда отец Григорий заложил основу противоречий, которые расколют христианство на католицизм и православие. Мало пускали черные люди «красного петушка», так еще в самую гущу духовных противоречий «засунули» иноземца Егория. Строили храм быстро (несколько деревянных церквей, посвященных ближневосточному книжнику, предварительно сгорело). Карп Губа, Иван Кузнечик. Изразцы для украшения обжигал некий дядька по прозвищу Полубес. Получерт хуже черта. И вот принимается за украшательство московской церкви.