i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Крым. 2015. 47

Парки - купальники бикини, которые пытаются натянуть на дикую природу в тщеславной надежде укротить ее. Парк на берегу реки – прекрасно. Еще лучше - море, затевают прибрежные парки. Наиболее откровенны затеи садовников (портные природы) во французском стиле. Более стыдливы мастера садовых ножниц в английских (ландшафтных) попытках укротить леса и поля. Профессия садовника столь же рискованная, как и у пожарников. Шутка ли - головой лезть в пасть ко «льву» первозданной дикости!
Природа, с высоты неба и гор, из далекого Космоса, удивленно смотрит на затеи лилипутов. Пока не прихлопнула «улучшателей» своего внешнего вида. Человек вряд долго продержится на земле. Аквариумы, океанариумы, обзорные дорожки в пещерах, заповедники - все производно от первой делянки пшеницы или риса. «Ноги растут» от первого огорода с капустой. Прирученные волки, одомашненные лошади - несут печать корыстного интереса. Красота - порождение тщеславия.
В ресторанчике, где торгуют рыбой (И. не удержалась, купила пучок соленых морских бычков) - солидный аквариум, вмурованный в стенку. Плавает форель средь кислородных пузырьков. Звучат грузинские песни в исполнении Тамары Гвердцители. Человек с акцентом бойко предлагает жареную рыбу, выловленную из аквариума (ее там мечется много). Рыбины жирные, отсвечивают серебром: «Выбирай, уважаемый, какую хочешь. Через полчаса будет готово. И вино, и рыба есть, девушку угостишь», - ласково уговаривает южанин.
Столики под белыми скатертями в ресторанчике пусты. Грустно смотрю на мою «престарелую» девушку. Жена смотрит на меня с озорной усмешкой (ну, что - раскошелимся!). В руках - бычки. Одну рыбку она уже доедает. Форелька (несмотря на глубокую приязнь к «девушке») дороговата будет: «А хочешь, - обращаюсь к ироничной И., - вместо глупой форели каждый день бычков покупать буду? Дешевле выйдет. Удовольствия - больше. И - релаксация под успокаивающую музыку с утра. Жареная рыба - канцерогенов-то сколько!» - «Так и знала, пожадничаешь, - опытным тоном заявила И., - пойдем, не позорься».
Идем вдоль синих перил. Вход на пляж санатория метрах в пятистах от нижнего входа на территорию. Лестница с набережной - к серой, мелкой гальке. Вверху - белый домик из пластика. Медсестра говорит: «Шторм. Закрыто, - хотя проверяет наши санаторные книжки. - Приходите под вечер. Может, уляжется». На берегу, свободном от отдыхающих, пронзительно белеют шезлонги. Спрашиваем о цене. Медсестра: «Шезлонги для клиентов санатория - бесплатно». Лежаки прислонены к серой стенке набережной. Море, словно взбесилось. Ветра нет, но волны, высотой метра в 2-3, зарождаются далеко. Кто-то прошелся по синей глади гребенкой, взлохматил белые барашки.
Мощь валов осязаема возле скал. Адалары в белом обрамлении, словно в огромных плиссированных воротниках. Грохот серо-зеленых валов, обрушивающихся на прибрежную гальку, так силен, что трудно разобрать, что говорят рядом стоящие. Грязный цвет взбаламученной воды простирается метров на двести от берега. Дальше вода светлеет: светло-зеленый отлив воды будто пронизан солнечными лучами. А в километре и дальше цвет превращается в темно-синий, и, насколько высоки волны, разобрать трудно.
Валы рушатся на берег, но гасятся бесчисленной мелочью камушков. Галька шипит неутомимо, зло. В борьбе с морем - вспотела, блестит на распахивающем все секреты солнце. Волны из толстых, лохматых «жгутов» расплетаются в богатое кружево. Когда льют на сковородку жидкое тесто, и оно растекается, пузырясь, то очень похоже, как кто-то растягивает воду прибоя в тонкую пленку. «Вася! - кричит медсестра. - Убери шезлонги. Вчера, в «Пушкинском», три штуки волнами унесло».
Tags: Крым
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments