i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Крым. 2015. 16

Кондовый, советский лифт. Обит коричневым пластиком, с вставками алюминия. Устройство надежное. Что только ни выделывают в кабинках (и с кабинками), если она установлена в шахте многоэтажки в Челябинске или Новосибирске! Но механизм, обоссанный, покореженный, битый, поджигаемый, действует. Упорно тягает дикарей туда-сюда, перерабатывая гарантийный срок в два-три раза. В «Бриге» ветераны-механизмы чисты. На шестом этаже - ковровые дорожки, напольные вазы с красивыми сухими растениями. Стоит трюмо на тонких, кривых ножках. Колесики чемодана беззвучно катят ручкастое чудище, тонут в ворсе, как в сливочном масле. Дверь номера обита светло-желтым шпоном, покрыта лаком. Вес ее солидный, что и выясняется, когда она, чуть скрипнув, распахивается.
Щелкаем выключателем: обширная прихожая с трюмо, шкафом, потертым пуфиком. Освещение идет от матового плафона, нашлепкой распластавшегося по потолку, покрытому большими ребристыми плитками. В зале люстра тяжела. Что-то изогнутое, под медь, а витиеватые плафоны (целых шесть штук) украшены розовыми цветочками. Два кресла, сервант, мощный раскладной диван, журнальный столик, тумба под телевизором корейской фирмы «LG».
Два стула. В серванте, за стеклянными дверками, несколько тарелок, вилки, ложки, чашки, почему-то три фужера, ножик. Все чистое, блестит. Торшер похож на строительный кран, чья стрела с абажуром нависает над диваном. Большое окно, закутанное тюлем, плотными синими шторами с золотым тиснением. Дверь в спальню. Она также просторная, украшена ковром, точно такой же тяжелой люстрой, что и в зале. Из двери спальной - выход в лоджию. Окно с выходом на балкон также укутано тюлем и портьерами.
Кровати величины особой. В каждую можно уложить лошадь. Разбегаюсь и, с разбега, плюхаюсь на мягкий ипподром. Покрывала на постелях того же цвета, что и шторы. После моего шумного приземления из-под покрывала выскакивают большие подушки в белых наволочках. Зарываюсь в них лицом. Наваливается усталость и запах чистого, проглаженного утюгом, белья. И. щелкает выключателями, пробует лампы, что поставлены на прикроватных тумбочках. Из спальни еще одна дверь выходит в маленький коридор, в котором расположен вход в ванную комнату, а затем в основную прихожую. Гастон Башлар размышлял о поэтике пространства. Заявил, что философские раздумья над поэтическими фантазиями напрочь отвергают все, что было наработано рационализмом. Все идет от отдельно взятых образов, что рождаются спонтанно. Восторг, новизна - вот корень поэзии. Она рождается из весьма простых вещей, которые «обжиты» человеком (когда б вы знали, из какого сора).
Жизнерадостный француз настаивает, что обжитое пространство - счастливое пространство. Пространство восхваления. Выяви человеческую ценность места - и ты поймешь, что тебе нужно защищать, а от чего бежать без оглядки. Умей полно, всесторонне пропускать пространство и его объекты через воображение - может, что-нибудь и срифмуешь. Предлагается осмыслить нужность погреба, крыши, ящиков, сундуков, шкафов, углов. Легче будет понять границы внутреннего.
Начинаю пропускать объекты нового места через воображение: вновь и вновь вдыхаю запах чистых подушек, резко поворачиваюсь на спину, вижу мягкий свет прикроватных светильников. Дверь в лоджию запуталась в портьере. Слышен возглас И.: «Да тут холодильник! Какой большой! Здорово! А в шкафу и вентилятор припрятан». Почти три недели предстоит, следуя заветам Башлара, выяснять: станет ли санаторный номер в тяжеловесном, советском стиле источником поэтического вдохновения. Ящиков в помещении достаточно, да и углов немало. Приятно чувство безвестности - что там, за входом на балкон, что увидим с высоты, стоя рядом.
Не спешу. Раскрываю чемодан. Достаю книги и укладываю на тумбочки. В ящики прячу документы, деньги. Снимаю перстень и часы. Кладу к изголовью. Первые «жесты» обживания в незнакомом месте. Шевелится что-то древнее, рудиментарное. Дикий охотник, нашедший пещеру и на ощупь пытающийся выяснить ее размеры. Тапки, майки и платья жены.
Вот бритва. Неохотно встаю с кровати, отправляюсь в ванную. Раковина, большое зеркало, освещаемое тонкой трубкой неонового светильника. Все остальное, нужное для утробы, в двух экземплярах. Обычная ванна, занавеска с голубоватыми рыбками. В ванну забираться трудно, ее впаяли в бетон и кафель высоко. Резиновые коврики. Полотенца для лица, ног. Пол, стены сияют белой плиткой оттуда же, из семидесятых. На каждом квадратике - бледная роза.
Tags: Крым
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments