i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Питер. Май. 2015. 41

Великое - многослойно. Джованни Бернардене получил прозвище Франческо, что означает «французистый». Смельчак, забияка, щеголь. Отправляясь на войну, кричал на весь родной Ассизи: «Я вернусь великим вождем». Тоскана в том, двенадцатом веке, дала много великих. Из Умбрии и Перуджино, и Пьеро делла Франческа, и Рафаэль. Великие «жонглеры» Девы Марии. Бернард Клервосский оскопил сходившего с ума по Элоизе Абеляра. Пьеро мучительно выбирал: идеальное стремление к земной девушке или абсолютная любовь к Богоматери. Выбор пал на непорочную Деву, по просьбе Абеляра друг Бернард лишил взвинченного монашка мужских достоинств.
С Абеляром - Доминик де Гусман. От него, от учителя, Альберт Великий и, позже, Фома. Франческо вернулся с войны не знаменитым, а больным. Надел хламиду, нищенствовал, сочинял песни и стихи. Рождались великие мифы: король Артур, братство круглого стола, прекрасная Дама, чаша Грааля.
Учение Бонавентуры: в педагогике провел черту между усердием и одаренностью (дурака и упорного, хоть сколько учи - толку не будет, а Пушкин - велик, хотя и не особенно прилежен). Евангелие от Иоанна: «Мир мой даю вам не так, как мир дает». Время выдавало «на гора» (особенно в Италии) людей мира, данного евангелистом. Еще немного - и Возрождение (не люди мира, который кто-то дал, а того мира, что создали сами). С 12 века «мир» начинает одолевать Бога.
С тех пор историю выстраивают не только по событиям и царям мира сего, но и по гениям. Это - заблуждение. Историю делает народ. Он прост. «Тело» истории - есть «тело» простолюдина. Есть замечательная книжная серия «Жизнь знаменитых людей». А надо бы создать книги на тему: «Жизнь незнаменитых людей».
И кто-то сознательно вдалбливает: «тело» истории - это тело и (самое важное!) голова массового идиота. «Долбежка» началась в конце восемнадцатого столетия в Англии. В девятнадцатом веке убеждение в исторической бессмыслице окрепло, а традиционные исторические представления издыхали в экономических и социологических новеллах.
Все одно: история духа прервалась. Сопротивлявшиеся сходили с ума. Не доучившийся богослов и торговец Винсент Ван Гог прислал брату Тео фразу, поразившую его. Жалуется брату, что хотел бы уйти от всего, поскольку сам причина всего и доставляет другим лишь неприятности. Он один навлек беду на себя и на других.
Музей Собчака показывает историю человека нечуткого, неспособного видеть в себе причину бед окружающего мира. Герои экспозиции тупы и самовлюбленны до одури. История великой страны, убеждены выскочки, вершится ими. Их ложь - простительна (ложь Собчака о событиях в Тбилиси, поклеп на генерала Родионова). А в «чужом глазу» соринки видят.
Во втором зале омерзительные рожи питерских «образованцев». Безответственная шелупонь растянула плакаты: «Фашизм не пройдет!» (и где это на Дворцовой площади в девяносто первом году они отыскали фашизм?). На площади Тяньаньминь китайские товарищи хорошо объяснили идиотам, кто оказался фашистом. Или: «Нас не наПУГаешь», нас не уЯЗВишь» (намек на жертвенных коммунистов Пуго и Язова). Людишки – «собчанята». Убогие. Плоские. История в их делах и на устах серая. Саморазрушение представлено подвигом. Дальше - никакого возрождения. Лишь слякоть биржевой суеты и море поддельной водки. Мерзость тотальной продажности и ужас глупости.
Художнику Уралову, наверное, стыдно сегодня за похабный агитлисток под названием «Вой», что он слепил в ночь на двадцатое августа девяносто первого года. Кривой почерк Собчака. В записке требует телевизионного эфира. Вызвал мэр на Дворцовую площадь больных, обманутых, ушибленных. В телике «Лебединое озеро». Издеваются над Янаевым - руки тряслись. Может, не от страха у мягкого человека тряска, а от обиды и стыда за народ? Народец-то наш, российский, в такую пропасть рухнул вместе с Кашпировскими и Чумаками, что обидно за него стало до дрожи. Сидит этот «народ», объедки с барского стола жрет. Совсем одичал на рублевом поводке.
Собчак из Мариинского дворца на Дворцовую двинул не сразу. Приглядывался, «уминал бутерброд» - а как народ? Обращался к толпе из здания Ленсовета. Наблюдая по телику этого пошляка, у меня, как у Янаева, руки тряслись от возмущения. Трясло всего. Такого чувства отвращения не испытывал никогда. И вот на экране питерский Арлекин, а я, словно Карабас Барабас, хватаюсь за плетку, чтобы врезать посильнее охальнику, загнать в пыльный ящик юрфака ЛГУ. А плетки нет. Украли. Добрый Язов вывел танки (ну, наконец-то, с облегчением подумал), они постояли да ушли в ангары. Пыжился Иоанн, делал новый мир. Пока не получилось - мир дает, народец охотно гребет его под себя.
Tags: Питер
Subscribe

  • Между прочим

    В деловом ключе обсудили проблемы Ибресинского района с его руководством. Больная тема: отремонтировали районную поликлинику. Глава республики…

  • Между прочим

    Праздник праздником, но и у урмарских спортсменов есть проблемы и просьбы. Попытаюсь помочь их решить.

  • Между прочим

    Встреча с руководством Урмарского района.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments