i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Питер. 2014-2015. 43

Речку Карость измучили в Ораниенбаумском парке основательно: плотины, образующие озера, перепады и каскады. Шум Карости, впадающей в парк через гранитную плотину, стихал. Новая дорога сменилась Ямбургской. Лес стал мрачен и глух. Забор, ощетинившийся хищными остриями, не имел ни одной дырочки. В двух-трех местах бесконечной ограды были попытки изогнуть прутья, сделать возможным бесплатное проникновение в парк. Но дырки заделывали, периодически спрямляя прутья. Вдоль ограды бежала глубокая канава. Дождь смыл с ее откосов снег. Валялась желтая трава, кем-то причесанная в одном направлении. За оградой высились черные ели. Засветились фонари вдоль аллей. Засиял драгоценный камень Китайского дворца.
Слепа ли моя душа? Это - невозможно. Как забилась, затрепетала она при виде этого архитектурного чуда! Только коснуться стены. Постоять перед входом - и Новогодний праздник состоится. Буду стоять у закрытых дверей, вспоминая непередаваемую красоту стеклярусного кабинета. Прыгуны и бегуны-спортсмены. Но кто хаживал по паркету Китайского дворца фантастической привлекательности, тот знает, что значит парить над поверхностью. Если бы прыгал в высоту, отталкиваясь от плавных изгибов деревянного пола, то улетел бы метра на три. Проходя километры по этому чуду, нисколько не устаешь. Всем духовным устремился к каменному тритону, белеющему на Китайском пруду. Американцы недоумевают, отчего европейцы потешаются над их идеологической глухотой. Америка - примитивная, дикая страна. В годы второй мировой случился безобразный взлет затхлого мещанского благополучия в этой теплой пустыне. А потом - рок, хиппи, ЛСД. Контркультура. Решили, что сытым шестидесятым - конец. Дальше люди превращаются в роботов, и начинается исчезновение человечества: «Искусство пришло в упадок, воображение отвергнуто; война правит народами». А им на это: «Пробудись, о, молодежь Новой Эры! Упритесь лбами в невежественных наемников!»
Я - не молодежь, но в трепетном ожидании прекрасного мне нет равных. Готов упереться лбом в невежество. Не одолеть, но хотя бы подвинуть его. Кое-кто думает, что любое слабое колыхание в механическом раю - событие великое. Чушь, говорят европейцы. Сотни Сэлинджеров не смогут потягаться с тенью Достоевского. Фонтана, Растрелли, Ринальди оседали на берегах речушки Карость, слушали гудение стволов в финском буреломе под ураганными ветрами с залива. Меньшиков размахнулся - возвел дворец пороскошнее, чем у Петра. Петр - терпел. Наследники не простили. Глупость, но битого в войнах Сашку обвинили в «измене Родине». Не так прост был и Петр Федорович - в Картинном доме выставлял напоказ скрипки Страдивари и Амати. Известно - был недурной скрипач. С разрешения императрицы Елизаветы, строил потешные крепости. Но в «Петерштадте» - чудо, дворец Петра III. Никто не узнает, чего взъелась на него Екатерина. Ведь мирно же (по великокняжеским меркам) жили. Гуляли вот по этим аллеям.
Петергоф фашисты разбили. Царское Село разломали. Били в места, где русский дух лбом упирался в «невежественных наемников». Керчь, Севастополь, Ленинград и - залитый кровью Ораниенбаум. Здесь стояла «Аврора», а орудия, снятые с легендарного крейсера, уничтожали гитлеровскую сволочь. Мистическое место русской истории. Нога иноземного захватчика не ступала на легендарный паркет Китайского дворца. Все натуральное. И то, что дворцами владели небогатые дворяне Мекленбург-Стрелецкие, - удача. Не было средств, чтобы что-то перестраивать, что-то покупать и продавать.
Во мне бродит вожделение прекрасного в ненастной зимней ночи. Неожиданно открываются сетчатые ворота. Легкие половинки болтаются под ветром. Широкая колея дороги ведет в парк. Огромная поляна в ямах. Корчевали пни. Вывозили на грузовиках. Готовятся высаживать саженцы взамен сухостоя. Но это - весной. Сейчас забыли закрыть ворота. Ноги мои в ботиночках, защищенных ваксой, летят по аллее. Крыльцо Китайского дворца. Китайская кухня. Вольеры и Кавалерский корпус. Наконец, по-эллински легкий, уходящий ввысь, словно голубая ракета, павильон Катальной горки. Сажусь на каменные ступени. Спиной прислоняюсь к белой колонне. Свистят. Бегут охранники. Топая, задыхаясь, шипят: «Как попал? Нельзя». Я: «Не тыкайте. Попал через хозяйственные ворота со стороны Ямбургской дороги. А шел лесом». Охрана успокаивается. Меня выводят через парадные ворота.
Tags: Питер
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments