i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Крым. 2014. 74

С Ленина по улице Десантников скатился светло-зеленым шуршащим комком на улицу Короленко. Тапки хлюпают, вода по канавкам шумно, как в горных ручьях, несется вниз. Дома вокруг добротные, в садах, у ворот - иномарки. Всюду объявления о сдаче жилья в наем. На юге не видел предупреждений о том, что в доме имеется злая собака. Очевидно, хозяева в двух ипостасях: и собак, и людей. Есть деньги - оближут. Нет - покусают.
Улица кончается черным полем в редких кустиках полыни. Вересаев, у которого дача была в Коктебеле, описывая местные достопримечательности, наряду с Волошиным в греческом балахоне и без порток, упомянул местную полынь: мелкая, тонкая, нежно-сизая: «Полынька», - так написал Вересаев в воспоминаниях о Волошине. Этой «полынькой», сплетя стебельки в веночек, подвязывал голоногий путешественник свои русые крутые кудри.
Поляна плохо видна из-за дождевой завесы, но уходила вверх. Начало склона крутизной намекало на что-то грандиозное. Слева, у окончания дороги, стоял черный «Джип», и молодой парень закидывал в багажник дорожные сумки. Хлопнул дверцей, громко сказал в железные ворота: «Готово. Едем». Выскочила девица. Вскочили в авто, шелестя шинами, отъехали.
Остался один, но тишины не было. За туманом ворочалось что-то огромное. Казалось, слышу вздохи громадного зверя. Интерес и ужас морозцем побежали в груди. Вздохи невидимого монстра были медленны, как движение лунатика, и плавны, как извивы кнута, откинутого в сторону сонным пастухом: «Вот оно, чудо. Только я и оно».
В тесненькой Бретани художник искал отдыха от парижской зажатости. Полотна: «Борьба Иакова с ангелом». Священник, только что произнесший проповедь, женщины в белых чепцах - видят ангела с оранжевыми крыльями и красную траву. Резвится озорная корова. Само видение чуда означает больше, чем его содержание. Это из-за «тесноты» Франции и из-за странности ее художников.
Да, время молчать и дивиться. Но это женщины увидели акт фантастического противостояния, а не ангел с Иаковом явились людям. Немое чудо. Безразличное к живому чудо. У Гогена, западного чудотворца, просто: красный, желтый, синий. Отдаленность чуда в простых противопоставлениях - трава в реальности зеленая, так сделаем ее красной. Люди лицезреют сказочное, но фантастическим персонажам нет дела до наблюдающих. Так отгородим сказку от реальности - и картину разрезает на две части толстая ветка дерева.
У меня - земля черная. Отгороженность от небывалого не конкретная, а размазанная, податливая: дождь и туман. Максимилиан Волошин впервые увидел Марину семнадцатилетней. Там тоже была «ветка дерева, разрезающая полотно»: Цветаева гладко выбрила голову, надела чепец. Огромными ручищами поэт снял с девочки чепчик. Толстыми пальцами сдвинул, чуть не раздавив, очки с носа дурнушки. Сказал, что ему нужно видеть форму черепа. Она верный признак глупости или ума. Решил, что девчушка талантлива (если судить по черепушке и по первой книге стихов «Вечерний альбом»). Дети, подобно Гогену (и юной Цветаевой), чудо созерцают, боясь стать его частью. Волошин, со своими бронзовыми икрами, вздыхал и возился, как то, что сейчас вздыхает и возится за поляной.
Цветаева сказала, узнав о смерти друга: сущность Макса - полдневна, солнечна, необъятна. Девчонку сразило, что на следующий день после знакомства Макс написал: «К вам душа так радостно влекома - О, какая веет благодать - От страниц Вечернего Альбома - Почему Альбом, а не тетрадь?»
В узкопереулочной Праге (маленький Париж), пропахшей кнедликами и пивом, как горевала поэтесса по другу-гиганту!
Казалось: чуть вверх, по стелющейся полыни, по желтым травинкам, по мелким фиолетовым цветочкам, и мне откроется нечто великолепное, потрясающее, похожее на фонтанирующего энергией русского грузного поэта в легких сандалиях. Заметил - черной была не земля. То, что росло на склоне, цеплялось кое-как за мелко покрошенный камень. Осколки остры, как бритвы, и, если бы не хлюпающие от сырости кроссовки, идти по этим поблескивающим лезвиям было бы невозможно. Мы, с молоком матери впитавшие ощущение влажной тяжелой глины, с содроганием видим почву иного рода. Почву, способную сопротивляться, вспарывая все мягкое до кости.
Tags: Крым
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments