i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Заметки на ходу (часть 152)

Разгорелся скандал. На длинном доме по улице Солнечной разместили надпись «Новочебоксарск – город энергетиков». Химики возразили. Это неправильно, ведь Новочебоксарск изначально был городом химиков. Энергетики на такое заявление обиделись. Судили и рядили долго. В итоге надпись сняли. Но и о том, что Новочебоксарск – город химиков, лозунга не повесили.
В школьной кухне, насыщенной борьбой кланов и группировок, огромную роль играют девчонки. Они как бы в сторонке от этой внутренней политики, но всегда все знали. Еще милиция не выяснила, кто кого бил и кто кого порезал. А девчонки знали. И всюду совали свой нос. Много глупостей, но и шикарных поступков делалось ради них. Здесь же были и учителя со своими интересами. Была и внешняя политика. Отношения с другими школами. Официальная политика – это городские чемпионаты, олимпиады, конкурсы. Неофициальная – где и по какому поводу намечается очередная драка. Что не поделили. Внимания девчонок? Имущественные соображения, кто на чьей территории сшибает деньги? И так далее.
Здесь школа ориентировалась на главных: школьных авторитетов или на того же Моляка. Он же у нас главный комсомолец, то есть начальник. Вот ты, начальник, и попрыгай, ответь, почему наш 8«А» класс проиграл городской турнир по баскетболу. Ведь неплохо же начали, дошли до полуфинала – и такой позор в конце. А еще школьные вечера, конкурсы строя и песни, ежегодный прием в октябрята и пионеры. Этот роящийся клубок людей должен был быть приведен хоть к осмысленному, хотя бы и примитивному устройству. Ведь собрались вместе ради учебы. Некоторые люди учиться категорически не желают.
Во этой каше Юра Седов занимал особое место. Во-первых, старший брат – спортсмен. Чтобы кто-то на Юру поднял руку? Расплата следовала немедленно. Володька не был хулиганом, но вокруг него сгруппировалось несколько ребят, которые в нашей школе олицетворяли светлую силу – силу справедливости. Эта группа наводила порядок быстро.
Были в школе и центры темной силы. И Володя с друзьями активно не нравились. Противоречия обострились после того, как Володя побывал в Артеке, а это, по его рассказам на специальном общешкольном сборе, была сказка.
Я размышлял, почему Володькина команда – парни «светлые», а группировка из Иваново – темная. У Седовых дома много книг, четко организована Володина жизнь – уроки и тренировки в секции. Песни у них добрые и смешные. Мне нравилась песенка про ежика с «дырочкой в правом боку».
Но ведь и «темные» ребята – тоже не промах. Отличные спортсмены. Правда, в большинстве своем двоечники и троечники. Володя и его команда никогда не ругались матом. Володька, сейчас он уже Владимир Анатольевич, уважаемый человек на «Химпроме», не ругается до сих пор. Он такой же мягкий, голубоглазый, улыбчивый, как и сорок лет назад. Только лысый.
Через месяц пребывания в школе я знал, что такое мат. Ребята с «темной стороны» виртуозно ругались. Это было ужасно. Как можно громко, при людях, называть половые органы такими хлесткими, точными по звучанию словами? А они эти слова произносили. Громко, вызывающе. «Темные» парни унижали младших и даже собирали с них деньги у входа в школу. Нехороший материальный интерес – чужое и не заработанное.
Мне давали на день 15-20 копеек. Коржики (6 копеек), пирожки (5 копеек). Отец и мать на работу уходят рано, возвращаются поздно. За это им дают деньги. А они дают свои заработанные деньги мне. Я должен расходовать их бережно. А эти ждут тебя у школы и отнимают родительские денежки. Они сильные, их много, и они эти деньги не заработали. Если сопротивляешься, тебя бьют. Вокруг «неправильно сильных» толкутся праздные прихлебаи. Несколько раз видел, как Володя с друзьями разговаривают с ребятами «неправильной логики» отрывисто, грозно. Эти разговоры «на пределе», когда еще чуть-чуть – и вспыхнет драка, знают все мужчины. Случалось чудо. Деньги (серебряную и медную мелочь) отдавали Володе. Володя отдавал их ограбленным пацанам. Но Володины силы были не беспредельны. Он словно знал, что зло огромно и его не одолеть. Иногда проходил мимо творящегося грабежа, не вмешивался.
Меня у школы обчистили несколько раз. Но жаркую ненависть к сволочи сохранил. В лицо знал всех «темных» и их прихлебаев.
Однажды ненависть пролилась через край. Был декабрь 68-го года, у школьной ограды меня остановили. Спросили денег. Я вдруг устал бояться. Нервное напряжение порвалось. Не говоря ни слова, дал по роже мелкому прихлебаю, высланному для понтов и психологической обработки. От моего неожиданного удара он шлепнулся на землю. На этом мое преимущество закончилось. Сзади подтянулась взрослая сволочь. Вдесятером на одного. Истинный закон жизни.
С первого по третий класс я был борцом против этого мерзкого закона ублюдков. Позже понял, что самое страшное в жизни не это. «Вдесятером на одного» - тоже идеализм. Некоторое упрощение. Мерзкий закон не абсолютен. Если бы жизнь строилась по этому закону, то и здесь люди бы приспособились, пришли к извращенной простоте. Но как только жизнь начинает налаживаться по этому закону, нужно ждать: скоро и эта пакостная упорядоченность рухнет. Потом все пойдет в обратную сторону. Скажут – революция. Стотысячные толпы бедных и ограбленных выйдут на улицы. И я выйду. Буду знать, что это ненадолго. Все проходит – пройдет и это. Буду лелеять в душе гнилой плод неопределенности, и дикая злоба на эту неопределенность будет бушевать во мне. Хочется этих стотысячных толп! Хочется, чтобы сволочь казнили на площадях. Мне хотелось простоты духовной жизни. Были моменты, когда душа распахивалась бесконечно, и было то, что называется счастьем.
Tags: Заметки на ходу
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments