i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Москва. 2014. Октябрь. 6

«Подкову» гостиницы строили французы. Они чудовищную арку и завалили на бок. Внутри все сплюснулось, коридорчики узенькие, темненькие. Двери, ведущие в номера, из настоящего дерева, но материал старый. Кое-где оно затерто, из-под коричневого лака вылезают белые залысины. Электронные замки - на косяках, не на самих дверях. Поселили в двухместном номерке. Тесновато. Телевизоры на плазму поменяли недавно. В каких юго-восточных подвалах лепили эти квадратные доски - неведомо. Теснота комнатушки компенсируется огромным окном. Туалет крайне ужат и рационален. Сядешь пораскинуть мыслью освобожденной, а не получится. Лоб и колени упираются в стену. Под раковиной идут чугунные трубы, крашенные белой краской. Стена в ванной покрыта растрескавшейся краской. Краска свернулась трубочками. Вот-вот послышится монотонная трель сверчка, а из сливного отверстия в раковине выползут черные тараканы.

Часто везет - в номерах ночую один. Босиком расхаживаю по ковролину. Включаю телик на нужный канал. Звук делаю погромче, чтоб было слышно во время бритья. Ботинки, закинув прозрачный тюль на подоконник, пристраиваю сохнуть на батарею. Туда же - выстиранные носки. Вечером ужинаю теплым лавашем, запиваю кефиром, развалившись в креслице. Ноги - на кровать. Могу задремать, а в телике девушки, ласково поводя ручками, станут трындеть про цены на нефть. По мне, так пусть про курс доллара вещает какой-нибудь серьезный мужик: мол, так и так, скоро всем нам наступит пи…ц. Мужик-аналитик нынче лыс и вызывающе небрит. Иногда свиристит некий юнец - тоненькая шейка, волосики немытые, масляные. Борода у такого не вырастет никогда. В неприветливых городах, на постоялых дворах, под казенным одеялом, ты обретаешь кратковременное ощущение свободы. В такие вечера хорошо читать пустой треп Александра Гениса в «Новой газете».

В этот раз не повезло. На столике аккуратно сложены папочки, блокнотики, документики. Сосед – парень хороший, но больно пунктуальный. Земляк. Тут уж и ботиночки на батарею не кинешь, носочки не посушишь. Неудобно перед соседом. Назавтра чувство несвежего носка настигнет тебя сразу, словно судьба, как только начнешь восходить к благородным абстракциям.

Напор в душе - замечательный. Мылся-брился, смывал с плеч вагонную усталость. Долго стоял у окна. Как на ладони - обелиск с ракетой. Воздушный монорельс (лужковская игрушка). Колесо обзора. Мухинский шедевр. За триумфальными воротами, ведущими на главную аллею ВДНХ, широченный бульвар, завершающийся выдающимся архитектурным строением - корпусом №1.

В кинофильме «Свинарка и пастух» Ладынина и Зельдин, посреди праздничной толпы, обрели светлую любовь в Москве на выставке. Праздник этот навсегда пронзил и мое сердце. Сельхозвыставка до войны была украшена павильоном Среднего Поволжья. На нем - памятник Василию Ивановичу Чапаеву - точная копия его нынче украшает Чебоксары.

Катастрофа зазора. Приходит время, когда разрыв начинает говорить больше, чем живое субъектно-объектное взаимодействие. Исчезают опоры: деление на субъект и объект, на истину относительную и абсолютную, на форму и содержание. Человек вынужден думать о мелочах, о случайностях. Обо всем, за что можно зацепиться. В грохочущей пустоте рад и ничтожной зацепке. Кто ответит за непотребство предательства, когда против великих творений советской эпохи какие-то французы лепили черные подковы караван-сараев? Кто начал этот разврат в архитектуре? Пропасть пустоты, как черная космическая воронка, - перед моим окном. Она втягивает во вселенскую ямину (оттого и гостиница - «Космос») людей, трамваи, эстакаду с автомобилями. Весь комплекс выставки сползает в провал. Объявился Собянин, сказал: «Не позволим». Вечером пойду смотреть, как разворачивается сопротивление.

Пришел сосед (все-таки плакали чистые носки). Посоветовал пойти позавтракать. Коробку с сухим пайком, захваченным из поезда, положил в холодильник - про запас. Направился к лифту. Французы пол выстелили сочным покрытием - темно-синее, со знаками, напоминающими королевские гербы. Один этаж - красный. А вот наш - синий. Хулиганю, наступаю на стилизованные державные знаки. Словно по болотным кочкам прыгаю, пробираюсь к лифту.

Tags: Москва
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments