i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Питер. Май. 2014. 21

Внутри Военно-морского собора обнаружил восторженную маму. Она сказала: «Да, потрясающе!» Но она не была бы моей матерью, а я ее сыном, если бы чувство восторга у нее было всепоглощающим. Критические нотки проскальзывают у нее при оценке безусловных вещей. Абсолютного в мире нет. Абсолют это смерть. Все относительно, то есть движется, перетекает, изменяется. И, на закуску, кто-то лепит всеобщее изменение к лучшему. Кто-то спускается медленно под горку и бубнит: ничего хорошего уже не случится. И, наконец, есть люди, движущиеся ради движения. Носит их поток жизни вокруг чего-то, ради чего-то (ради чего, они и сами не знают) - уже хорошо.

Мама человек двойственный. Склад ума у нее и не мужской, и не женский. Если бы мама родилась существом иного пола, то несомненен был бы ее жизненный вектор - нет ничего идеального, а то, что вокруг ползает и хлюпает (жизненный процесс), движется в пропасть (я являюсь воплощением мужской составляющей маминого характера). Но Нина Михайловна - женщина, и женская (животная и страстная) любовь к своим сыновьям у нее беззаветная. В этой части своего характера она - безусловный прогрессист. Завет, заложенный в сознание сыновей: «Бороться и искать, найти и не сдаваться». Будешь жить с этим правилом, и мутный, липкий поток бытия вынесет тебя неизбежно на более высокую ступеньку.

Мама сказала: «Красиво! И пол изумительный, с богатым рисунком. Но, всего год, как открыли это чудо для посещения, а уже покрытие - камень и узоры - в трещинках». Пригляделся: действительно. Тонюсенькие, с волосок, трещинки, словно паутинка, покрыли камень, из которых сложен пол. «И еще, - продолжала мама, - будто напуганные люди возводили церковь. Раскрылась перед ними бездна смерти глубже, чем перед другими. Вот этот страх заглушали яркой росписью, неприличным многоцветием. Создается ощущение избыточности цветов, дешевого праздника, почти балагана. Как-то не очень это хорошо». «Отчего нехорошо, - возразил я, - тут тысячи, десятки тысяч фамилий погибших моряков. Смерть каждого слилась с всеобщей кончиной. Она огромна, непереносима, вот люди в посюстороннем мире и цепляются за то, что ближе глазу, - за яркое».

Подошли М. и В. М. сказал, что фамилии погибших на поминальных досках указаны только до восемнадцатого года. Императорский флот - и никаких большевиков. А если поместить здесь еще и фамилии моряков, погибших в Великую Отечественную? Досок-то понадобится на порядок больше! Но, нет. Не пишут. Будто и не было Советской России. Неправильно это. Намеренно разламывают историю посередине? В. дополнил, что и балаганность, и ранние трещинки на полу - это от надуманности самой идеи тех, кто реставрировал собор, мол, если бы продолжилось царское правление, то Россия бы цвела и пахла. Если, исходя из этого, потратили кучу бюджетных денег, то пусть уж лучше оставался бы в этом помещении склад или несколько гражданских контор.

Отчего в сталинской России День Победы не праздновали столь пышно, как сейчас? Не было парадов ежегодных, не было выходных дней? Потому, что идеологический подход к событию менялся. Сталин поднял тост за великий русский народ. При Сталине и православная церковь задышала, и, наряду с еврейским комитетом, создан был комитет славянский. При Хрущеве славянская тема отошла на второй план, и славянский комитет распустили. При Сталине строили военный союз со странами, которые при Гитлере воевали против нас, - румыны, венгры и прочие болгары. День Победы - зачем раздражать европейцев на крутом переломе? При Хрущеве стала выдвигаться идея единого советского народа. Всплыли «братья по оружию» из западноевропейских стран. Мол, «Нормандия - Неман» и Сопротивление, генерал де Голль и югославские партизаны. В «Нормандии - Неман» воевали 70 французских летчиков, а в дивизии СС «Шарлемань» (состоявшей из одних только французов), состояло семь тысяч французских подонков. А хорватские усташи? Да наши же, бывшие советские. При Хрущеве - советский народ. При Брежневе тема Победы и вовсе замылилась, превратилась в удобное воплощение мысли – «лишь бы не было войны». Тема великой войны превратилась в убогое блеянье малахольных старушенций - война - это страшно. Не будем воевать. Уляжемся под любую сволочь - пусть насилуют, грабят, убивают. Только не война! А как может огромная страна, у которой было и будет множество врагов, беспрерывно блеять: «Не надо войны, не надо…» А придет такая ситуация, когда сама история скажет: «Война - нужна. Без нее - край. И, временами, она – дело веселое». Замусолили день 9 мая. Ничем не отличается, по сути, от сомнительного дня «пожилых людей».

Мы стояли под ярко горевшей сотнями огней люстрой. А на Якорной площади вновь яростно светило солнце.

Tags: Питер
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments