i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Выставка. 13

Павшие на войне - жертвы сталинских репрессий. Бандиты - актеры. Крест Ваганьковского. И, несомненно: Есенин - Высоцкий. Как рязанский мальчишка попал к графине Клейнмихель? Почему (у него времени много было, чтобы тратить его на юнцов из деревень?) неплохо принял Сережу Блок? Парень читал не очень много - словарь Даля да Святое Писание. Так все, кто из деревенских научились читать, знакомились с Новым Заветом. Четьи-минеи близки были и Орешину, и Клюеву. Десяткам других грамотеев, варакавших стихи. И, вдруг - Блок. Сережа сам вспоминал, что знаменитый поэт принялся просвещать сельского паренька в области литературных сложностей. Мол, интриги, происки, зависть и глупость. И отчего случилось чтение сладких деревенских стихов перед императрицей? Как так?

Хорош ли надгробный памятник? Сразу, после входа, налево. Идти довольно далеко. По пути к Есенину застреваю у могилы Саврасова. А на могиле - цветы. Живые. Могилка великого пейзажиста скромна - не чета роскошным мавзолеям нарушителей закона. Шепотом (хотя и не было вокруг никого) благодарил и говорил о любви к великому живописцу-пьянице. Каверин. «Два капитана». Вот он, лежит. И снова, шепотом, слова благодарности. Книга захватила меня, маленького, давным-давно. В душу влил солидную толику добра, благородства, мужества. Почему-то - настольные тяжелые лампы - настоящая любовь. Но, и настоящая подлость. В наши времена - ни подлости классной, ни стопроцентного добра. Муть какая-то тепленькая.

Могилы расположены друг к другу близко. Проникаю вглубь, между железных оградок, протискиваясь боком. Фамилии усопших незнакомы, но надгробия встречаются великолепные. Ботинки вновь промокли, но снег в оградках лежит чистый. Как-то так получилось, что к Есенину вышел с тыльной части надгробия. Хорош мраморный Есенин, да не совсем настоящий. Русский красавец, с трезвым, лучезарным лицом. Рубашка-косоворотка, пуговички расстегнуты. Из груди, как хотелось бы скульптору, должен постоянно исходить сусальный женственный свет Руси-девушки. «Хороша ты, о, белая гладь! Греет кровь мою легкий мороз! Так и хочется к телу прижать обнаженные груди берез…» Или: «Так и хочется руки сомкнуть над древесными бедрами ив». Голубая Русь, курлычут журавли - и так далее. И про Ленина - старшего комиссара - тоже несерьезно. Для заработка. Для статуса. Мол, певец деревни - а тут новая жизнь: сталь, паровозы с пароходами. Сережа талантлив, но - мечется. Застрял между сельскими просторами и новой, революционной, жизнью. И, в общем, оказался душкой-парнем, улыбчивым красавцем, и тысячи девушек на Руси скорбели о голубоглазом херувимчике (таков он и в надгробии), после смерти Сережи. Многие отправились в скорбный край вслед за кумиром. «Есенинщина», - строго вздохнули редакторы «Правд», «Известий», «Гудков» и «Красной Нови». Есенинщина, переходящая в славянщину. Опять же - бандиты, кураж, дикое пьянство. Люблю и скорблю о другом Есенине - авторе «Черного человека»: «Этот человек проживал в стране самых отвратительных громил и шарлатанов». Все-таки не зря юноша посещал автора «Незнакомки». Тот научил его зарабатывать сладкий капитал литературной славы. Цыганщина, увядшие розы, винище. Вот я кропаю стишки на этом поле - сладкозвучная мурлыкалка о горькой судьбе-злодейке.

Дальше идти можно. Не боюсь. Там начинаются территории, о которых Тарковский снял «Сталкера». «Зона». Сам пришел в этот сумеречный край, как тот Дикобраз - просил добра, а получил кучу золота. И покончил с собой. В тех страшных полях дается тебе, но не по тому, что ты сам о себе думаешь, а по тому, что ты есть на самом деле. Не Айседора Дункан с городом Нью-Йорком (чертовщина великая все-таки: Маяковский и Америка - приемлю, Горький и город Вашингтон - понятно, тем более уместны в прериях Техаса Ильф и Петров, Эйзенштейн и Тиссэ, но чтобы рязанский поэт прогуливался по Манхэттену?). Честно - тень дьявола окуривает сумрачный облик гениального поэта, когда пишет он: «Голова моя машет ушами, как крыльями птица. Ей на шее ноги, маячить больше не в мочь». Пикассо: «Герника» (излом мира). Дали: «Время» (издевательство над миром). Вот это в русском Сереже главное. Вот это увидел в Сереже Блок. Оттого и говорил о страшном. Не зря рядом крутился Блюмкин. Ругают Дзержинского (сносят памятники). О других нужно подумать, о тех, кто знал, с чем, на примере Есенина, имеют дело. Луначарский, староста жутких русских полей смерти. Смотритель «Зоны». Ну, и      Троцкий, конечно. Со смертельной энергией экспериментировали. Как крутило, корежило парней. Но, их выискивали, посылали по Парижам с расхристанными танцовщицами-шпионками. Смотрели, что будет. Знавшие поэта рассказывают: страшен он. Облик его накануне смерти. Пишет страшнее, чем Пикассо, чем Дали: «И глаза покрываются голубою блевотой…» Блевавшие от ненависти к самому себе глаза (зрачки), повернутые внутрь. Водка, море водяры не помогает, и зря: «Может, с толстыми ляжками тайно придет она». Но не помогло. В чудовищном есенинском эксперименте делали черную работу «приделывания поэзии» к сознанию черни, которую срочно научили читать и писать (война на носу). Есенин понял - эксперимент удался. Встал огромной тенью «черный человек». Потом Маяковский ушел. Накопленный материал отрабатывали впоследствии на десятках, сотнях, тысячах. Высоцкий - образец наиболее удачный. А ведь этими страшными людьми и их творчеством (парни-то были из народа) держали в приблизительном порядке и подчинении огромную, обуреваемую опасными инстинктами страну.

Глубоко ранила меня в сердце могила Сергея Александровича. Уже умер человек, а эксперимент все длится. А надо было поставить памятник черному человеку. И закрыть тему.

Tags: Выставка
Subscribe

  • Между прочим

    На улицах садово-огородного товарищества «Майский».

  • Между прочим

    Встреча с членами СНТ «Майский», «Пчелка», «Солнечный». Места там удивительно красивые, дубовая роща, рядом знаменитый на весь Чапаевский поселок…

  • Между прочим

    Сейчас стало трудно вырываться из Москвы в родную Чувашию. Использую каждый подвернувшийся момент. Вот и сейчас довожу до сведения жителей Чувашии…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment