i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Categories:

Заметки на ходу. Второе письмо другу (часть 115)

Пьют, бывает, с радости. С радости я пил в Питере. С Володькой и с Лебедевым. Тогда выпивки были радостными. Сейчас радость при выпивке – редко-редко. Бывают свадьбы, дни рождения, нечастые победы. Когда пьешь водку не один день. Тут похмелье иного рода. Похмелье той же водкой. Наутро – тот же ужас. Опять верный друг, жена. Граненая рюмка. Чтоб холодная. И кусочек соленого огурца. Чувство пакости во рту ослабевает.

При «водочном похмелье» нужны избранные собеседники. Чтоб тоже пили. Чтоб соблюдали ровный баланс. И чтоб им тоже некуда было спешить. Где-то в середине трудового дня нужна миска горячих щей или большой кусок холодца с хлебом. Горячий сладкий чай. И постепенное уменьшение дозы.

По мне, важно – чтоб никаких посторонних людей. Жена. Брат. Еще один брат. Людка Денисова. Альберт. С этими людьми можно поговорить. Поговорить эмоционально. Либо громко, восторженно. Либо тихо, проникновенно. Тут пустой ужас вытесняется в основном чувством человеческого сопричастия, братства. Такое братство «под водочку» ощутил в Питере, после сдачи летней сессии за третий курс. Недавно познакомился с Володькой. А он только что влюбился в Таньку Петрову.

Все в компании друг друга любили. Я любил моих друзей за то, что восхищался Володькой, но был в больших плюсах перед ним. Я-то Таньку знал три года, знал, что это за женщина. Володька же влюбился в нее по уши, но не знал так хорошо, как я.

Все друг другу нравились. Все при этом имели друг перед другом большие преимущества. Эти преимущества никак не могли оскорбить, обидеть собутыльников.

Таня имела преимущество в приготовлении водочных закусок. Малюсенькие огурчики, сладкий перец, маринады, селедка, картошечка, кусманчики хлебца, сладенькие корочки лимона. Все пряненькое, рассчитанное на неторопливое, умеренное потребление.

От Володи и от меня – по пол-литра водки. По пол-литра не получилось. Нашли, из хороших водок, «Посольскую». А она по 0,7. Начинали не с рюмочек. Сессия была тяжелая, выдалось много экзаменов. Сдали недурно. Надо было отметить. В своем кругу. С Володей выпили по первой не рюмочку, а по стаканчику – полумерку. А Таня полную пузатую рюмку. Водка ушла вся. Я сладко спал. Голова наутро не болела.

Пил много и без последствий в Москве, на банкете по поводу защиты отцом кандидатской диссертации. Насел на 0,7 вкусной лимонной водки. Почти всю ее выдул. А рядом брат. Тоже потреблял не хило. И вокруг милые все люди - друзья отца, профессора. Было раннее лето. Тихий вечер с молодой листвой. Светило грустное солнце. Мы с Олегом двинулись от «Новослободской» к Красной площади. Шли солидно, не спеша. Выпитое обязывало. На Красной площади меня совсем разобрало. В торжественной речи, произнесенной перед младшим братом, поклялся вечно любить Советскую власть, всей жизнью служить ей. Призвал, в непосредственной близости от Мавзолея, поступить так же и юношу Олега.

Олег не удивился моей пылкости, ибо сам был хорош. Но поклясться на верность Отчизне не успел. В это время на площади оказался его школьный класс, только-только приехавший на экскурсию в Москву. Я быстро сказал: «Уходим». Не хотел, чтобы счастливого юношу Олега, в поддатом состоянии, принял в шумные объятия родной коллектив. По моему строгому приказу Олег сделал радостное лицо, помахал друзьям, и мы быстро скрылись в улицах, ведущих к Лубянской площади.

Тогда я спал сладко, а наутро не «болел». Бог подарок мне сделал. Все-таки клялся человек. Обещал серьезные вещи на всю жизнь.

Друг мой! И ты стал дозировать потребление самогона, потому что понял: алкоголь – это не совсем серьезно. Вроде дело серьезное – питие водки, а в итоге – балаган. Быстрая смена настроения, некоторое благодушие и даже веселость – ненадолго. И потом вроде все серьезно, вот он, первозданный ужас, вот наше ничтожество и бессилие. Действительно – серьезно. Некоторые не выдерживают – и в петлю. Сережа Есенин не справился. Только для Есенина дело было не в водке. Там – другое. Водка помогла, ослабила подпруги жизни. Талант был. Тяжко было такой груз тащить. Тело, материальная основа, прогнулось, осело, порвались скрепы души. Народ плакал по Есенину не из-за водки. Кто-то плакал о гении, который бы они сами хотели нести, да Бог таланту не дал. Кто-то от бессилия скрепы жизни поломать, вырваться за черту собственной жизни.

В целом – несерьезно. Да и усталость. Времени много теряешь. И теряешь его тем больше, чем меньше его остается у трезвого. Не стоит. Пьют уже не из-за смены настроений. Пьют ради грядущего похмелья. В похмелье находят кайф. Холодное пивко. Жирный суп из потрошков. Это уж и вовсе извращение – жалкие игры людишек с великим – с вечным. Один добрый пьяница повесть об этой тупой игре написал: «Москва – Петушки». Остальные игроки в пьяные игры повесть оценили. Даже памятник творцу поставили.

Битов тоже повесть на эту тему написал. «Человек в пейзаже». Повесть сильная. Лучше Москвы с Петушками. Александр Грин с Олешей на эту тему не писали. Просто спились. Этот шаг честнее всяких повестей. Битов хочет догнать, да силенок красиво спиться не хватает. Больно здоров.

Tags: Заметки на ходу
Subscribe

  • Мелочь, но приятно

    Тамара Арсеньевна Манаева, проявив недюжинные организаторские способности, собрала на Гагарина, 12, руководство Чувашского республиканского Союза…

  • Мелочь, но приятно

    Замечательный спортивный праздник в поселке Урмары по случаю открытия отреставрированного Дома спорта.

  • Мелочь, но приятно

    Посетил предприятие ООО МПО «Согласие». Познакомился с дельным человеком и хозяйственником Сергеем Борисовичем Сабуриным.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments