i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Выставка. 6

Нищий, под промокшим капюшоном, все также неподвижно сидит у ворот монастыря. Настроения это не улучшает. Тоннель входа украшен росписью - исторические сюжеты о Дмитрии Донском и чудесном изгнании крымчаков. Монастырь - лысый. Да еще и бело-розовый. Будто огромный младенец, испещренный черными гвоздями, которые колотили-колотили, да земное дерево не поддалось. Искривленные, торчат они по всему двору монастыря-крепости. Кто-то решил обновить монастырский парк. Мощные, толстые деревья срезали метрах в десяти от земли. Ни ветвей. Ни опавших листьев. А ведь на старых фотографиях Донской монастырь - весь в зелени. Нынче - черные обрубки. Трава, впрочем, начинает зеленеть. Площадь двора огромна, а строений немного. Нет и колокольни, как в значительно меньшем по площади Новодевичьем монастыре. Не слишком ведаю и знаю, что здесь и как, но иду по центральной аллее к большому собору (а рядом есть еще и малый - вот, собственно, и все сооружения). Сворачиваю налево и, через открытый шлагбаум, вдоль стены, направляюсь к беседке, что построена в левом углу обители. Стены настолько высоки и толсты, что и в них самих, и в строениях, прислоненных к ним, расположены кельи, какие-то церковные конторы. Одно запомнилось - отдел взаимодействия с казачеством РПЦ. Ищу остатки горельефов Логановского, оттого и пробираюсь вдоль стены. Помню - в тридцать первом году, когда рванули гигантский храм архитектора Тона, часть горельефов вывезли в Донской монастырь и буквально «вклеили» мраморные обломки в толщу монастырских стен. Нисколько не скорблю по Храму Христа Спасителя. Я, может, скорблю по не осуществленному проекту архитекторов Щуко и Иофана. Если бы Дворец Советов со статуей Ильича на вершине был бы завершен, его бы точно не разрушили. Генплан Москвы тридцать пятого года - тема отдельного исследования. Выдающееся было творение. Довольно долго размышляю на тему: от Шухова и Родченко - к Щуко и Корбюзье (о гениях, подобных Щусеву, не упоминаю). Храм Христа вышел не очень удачным. Настоятельница женского монастыря, что стоял на месте будущей стройки и который был снесен, стройку Тона не одобрила. Сказала - на месте храма будет со временем лужа. И стал бассейн «Москва». Бассейн жалко больше, чем царский официоз николаевской поры. Строили медленно. Расписывали все - и передвижники (Суриков), и академики (враги передвижников - Семирадский, Бруни, Брюллов). В общем, десятки художников, скульпторов, камнерезов осуществляли госзаказ, осваивали бюджетные средства.

Беседка оказалась обширная, пошлая (такие, видимо, строят олигархи у себя на дачах). От нее - каменные дорожки ведут к довольно большому пруду, выложенному большими валунами. К середине пруда выходят мостки, завершающиеся лесенкой, спускающейся в воду. Вода зеркальна, по берегам сидят жирные утки. Еще в колумбарии заметил, что здоровенные кряквы расселись по стеночкам, в которых расставлены урны с прахом. Карканье вороны и толстые, неподвижные утки над братскими могилами. Обожгло - утки такие жирные, поскольку питаются жирным прахом. Мысль чудовищная. Стал гнать ее из головы, а она не уходит. Сама превратилась в «жирную утку» - и сидит себе неподвижно в мозгах. Мостки у пруда кладбищенских уток подбегают к обширному помещению из круглых бревен и стекла. За окнами - ковры, изящная плетеная мебель. Комплекс построен для купания в крещенском Иордане высокопоставленных персон. Окунется белотелое начальство в ледяную воду и, бегом, в зеркальную домушку, греться. От избушки, по траве, вновь проложены каменные дорожки. Одна ведет к двери в стене. Темная, обширная прихожая, низкие потолки. На веревках сушится какое-то черное тряпье. Веет горячей сыростью из каменной утробы. Видимо, монастырская прачечная. Выхожу наружу, а ко мне уже бегут какие-то люди в серой полицейской одежде. За ними спешат священнослужители в длинных черных рясах. Один, в сером бушлате, подбегает, хватает меня за руки, возбужденно шипит: «Кто такой?» Я: «Гражданин РФ». Серый: «Что делаешь?» Я: «Гуляю». Подбегают чернорясники, вблизи еще более бородатые, здоровые, грозные. Тоже пытаются хватать за руки и волочь куда-то. Не двигаюсь с места. «Не видал, что ли, ворота, надпись «Запрещено»?» Я: «Не видел, пойдемте смотреть, шлагбаум не закрыт. И хватит цапать меня за одежду». Попы, возмущенно: «Чего?» Я: «Ничего. Вы - представители рядовой общественной организации. Собаководы-любители. Люди - не стратегические. И что-то уж больно в моей стране, в последнее время, попы волю почуяли». Последние слова церковных и серобушлатников совсем уж вывели из себя. Один - молодой, высокий, с ощипанной бороденкой - все орал: «Ах, собаководы-любители, ах, рядовые общественники, да мы тебя, да мы тебя…» Я: «Ну, и чего вы мне? Пойдемте в ближайшее отделение полиции». Тащат. Выпихивают за какие-то полосатые заборчики. Но в полицию никто не идет.

Tags: Выставка
Subscribe

  • Деловая переписка

  • Деловая переписка

    ПРОКУРАТУРА ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ Депутату Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Молякову И.Ю. Уважаемый Игорь Юрьевич!…

  • Деловая переписка

    ПРОКУРАТУРА ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ Депутату Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Молякову И.Ю. Уважаемый Игорь Юрьевич!…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments