i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Питер. 2013-2014. 45

Памятник Крылову хорош. Сидит грузный человек, а впечатление легкости. Видимо, еще и оттого, что постамент украшен фигурками зверей, сошедшими со страниц крыловских басен. С правой стороны памятника вылезла из общего месива тел персонажей баснописца круглая, сытая задница осла, а если зайти к памятнику сзади, то выставил бивни слон: «Ай, Моська, знать она сильна, коль лает на слона». Тут же вертится и эта махонькая собачонка. Противоположный от слона угол украшает мастерски сделанная голова льва. Царь зверей недоволен, вот-вот покажутся клыки. Лебедь, рак и щука. Участники легендарного квартета да мартышка с очками.

Все ж русская классическая литература удивительно динамична, жива, социальна. Царь думал - все в государстве хорошо. Глупая знать плясала на балах, летом нежилась в усадьбах да варила варенье из малины. Так нет же - вот вам Александр Сергеевич и хороший его приятель и собутыльник Иван Андреевич. Крепко выпив, Иван Андреевич озирал окрестности, на которых возились забитые крестьяне, нищие ремесленники, богомольцы, попы да толстые дворянки возле тазиков с вареньем. Чем севернее край, тем несвободы внешней больше, а внутренняя ярость все жарче. Чувствуя этот дикий разрыв единого народного существования, Иван Андреевич, обмакнув перо, начинал манипулировать не зверушками, а этими мощными, беспощадными стихиями. Делалось это столь легко, гениально, так великолепно преодолевалась языковая несвобода, что вечные сюжеты («Лиса и виноград») оживали. Тысячи жуликов и крохоборов, ослепленных жадностью, клокотали, извивались, хитрили под личиной Лисоньки, которой захотелось сыру. И все понимали, что есть эта самая Лиса. Все унюхивали, что скрывается за этим самым сыром. Не в том загадка гениальной крыловской басни, что есть эта самая Ворона. Море вечной человеческой глупости и тщеславия вполне комфортно сворачивается до образа каркающей дуры. Вопрос: откуда у тупой вороны сыр? Почему дуракам всегда везет? И не есть ли темная глупость явление более вековечное, основательное, непобедимое, нежели вороватая суета алчных хитрованов? Онегин, в итоге, оказался в дураках. Пушкин дал читателю усложненный образ не вороны, а ворона, у которого и сыр в клюве, и никому он сыр этот не отдаст. Трагедия этого глупого господина в том, что он так и сдохнет с этим сыром. Никакая лиса эту тяжелую птицу не достанет, да Пушкин ничего не говорит, а что дальше приключилось с Евгением. «Обломался» с Татьяной, старый вояка Гремин заявил ему о своем счастии - и точка.

Гоголевская «Шинель» не просто недовольное бурчание гения. Вопрос Гоголь ставит принципиально: извечная бесприютность русской жизни как главная тема русского искусства. То «Дед Архип и Ленька», то «Дети подземелья». Людям, воспитанным на такой литературе, и умирать не в новинку. Загробная жизнь - а чего ее бояться! Если уж обречен на нее, то уж скорей бы. Есенин: «До свиданья, друг мой, до свиданья». Толстый дедушка Крылов, обремененный язвительной горечью Новикова да Радищева, опирающийся на изумительный русский язык. Да человек такого таланта, да русский, который умеет писать, любую цензуру, запрет обернет себе на пользу. В России ветер редко дует в «паруса истории». Чаще идти нужно против ветра, галсами. И русское слово - это «паруса», поставленного «против».

Легко сидит Иван Андреевич. Скверик с кустиками ровный, чистый. С одной стороны - чугунная, с золотом, решетка. С другой, сквозь деревья, виднеется двухэтажный домик Петра. Да чайные домики, пестренькие, изящные, по всему голому, пустому саду. Летний, еще и года нет, как отреставрировали. Поставили полосатые будки у входа. Горят зеленые огоньки пропускных устройств. Купишь билетик, штрих кодом приложишь к зеленому глазку. Вот тогда придут в движение серые металлические палки заграждения. Но, это - летом. Сейчас в полосатых будках никто не сидит. Огоньки горят, но билетов прикладывать не надо. Доступ к мастеру русского слова - деду Крылову - свободный. В общем, никто не «докучает моралью строгой». Никто за руку не берет. А то, что в Летнем саду надо хоть изредка гулять, - так это мы и так знаем. Иначе трудно будет вынести беспокойное шевеление эфира - что над Инженерным замком, что над самим Кремлем.

Tags: Питер
Subscribe

  • Заметки на ходу (часть 471)

    Следующий текст: постановление правительства РФ «О праздновании памятных дат в истории России». И снова приписка – пять миллионов человек в год. Все…

  • Заметки на ходу (часть 470)

    Просыпался короб, и посыпались персонажи - Пушкин Кипренского, Толстой на пашне с репинского портрета, жена Карамзина – пышная и в греческой тунике,…

  • Заметки на ходу (часть 469)

    Далек Толстой от наших дней. От цапков и махмудов. Одно и то же. И что, дорогой друг, думаешь легко просыпаться каждое утро с такими размышлениями?…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments