i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Питер. 203-2014. 39

Памятник Петру был третьим, что явлен был нам в маленьком Кронштадте. До этого - Беллинсгаузен, а потом грандиозный монумент, посвященный гибели «Петропавловска» и адмирала Макарова. Многоточие обелисков: камень на месте бывшего Андреевского собора - Беллинсгаузен - Макаров - Петр - Иван Айвазовский – изобретатель радио Попов. Любой образ, слепленный сознанием из того, что удалось выхватить из потока реальности, прошит подобного рода пунктирами. Между камнем (память об Иоанне Кронштадтском) и Беллинсгаузеном - собор Владимирской божьей матери да городской ДК - образец модерновой архитектуры семидесятых. Перед ДК - цветастая, пылающая электрическими фонариками, елка. Сгущающаяся тьма - и огненная елка. Вокруг, на сером асфальте, крутится малышня. Сцена - а с нее ряженые кричат нечто знакомое: чурли-чурли, чок-чок-чок, чурли-чурли, чок-чок-чок, спой нам песню, землячок. Вот это самое «чок-чок-чок» и Владимирский собор - вещи не совместимые.

Между тем картинка мира в голове не разваливается, живет, составляет, худо-бедно, внутреннюю мою жизнь, да и само физическое существование. Беллинсгаузен - Макаров: огромное сооружение кронштадтской верфи и бесконечные казармы. Это не просто верфь - это неприступная крепость. Парк с огромными деревьями, решетка с толстыми прутьями. За ней, сразу же, глубокий провал канала. Вода - тяжелая и глубокая, не видать дна. Из воды вырастает красная стена-крепость. Установлено это все на гранитных обтесанных плитах. Памятник Беллинсгаузену установлен в парке, что бежит вдоль крепостных и казарменных стен. Красная, будто бы гариевая, дорожка выносит тебя на необозримую Якорную площадь. Там - главное. Подходя к сооружению, онемели с братом от восхищения. Никольский собор. Громада его скопирована со святой Софии в Царьграде. Цвет неопределенный, приятный - голубизна с серым. Никольский собор больше, по размерам, храма Христа Спасителя. Он не рвется в небо грубо и властно. Арками - широкими и плавными, прорезанными продолговатыми окнами, восходит храм к небесам. Сооружение настолько огромно, что способно не дерзить небу остротой форм, не ранить его острыми шпилями и крестами (собор в Шартре), а продавливать капризные финские тучи, как бы озаряя их снизу мягким, сильным светом. Тяжелое небо залива, а храм способен легко держать на себе этот свинец. При входе на площадь, там, где кончается канал, стоит спаренное зенитное орудие. Прикрывает казенную часть бронированный колпак. Залез под него - в окнах храма колеблются сотни желтых огней. Напротив - вечный огонь в память моряков-кронштадтцев, погибших в 1917-1921 годах. И, чуть левее, внушительный монумент, посвященный адмиралу Макарову. Как сочетаются в сознании огни в храме и огни в память революционных матросов, которые этот Никольский собор и закрыли? Но линия от Беллинсгаузена к Макарову держит это неловкое сочетание. Все встает на свои места. Все так и должно быть.

Входим благоговейно в собор. В последние годы меня мало что удивляет. Подернуто все паутиной усталости. Еще ничего и не видел в жизни, но свалка лет довольно велика, и едкий дым, идущий с нее, как с помойки, отравляет тебя вонью мыслей о том, что все уже было, все неинтересно и не стоит внимания. В 2013 году удивил Колизей и почти поразил Везувий. Но впечатление от внутреннего убранства кафедрального собора в Кронштадте был необычайным. Все тяжкие камни, поросшие мхом в душе моей, сдвинулись, стали легки и зыбки. Они слетели с места и, словно воздушные шарики, начали весело кружиться в голове - забылись не просто привычные мысли. Поблекли и стали забываться слова. Одно могло выразить то безумие, что завихрилось в душе, - вопль восторга и неземной радости. Красота превращает человека в дикаря высшего толка. Истосковавшийся в зное, неандерталец вопит, достигнув в каменистой пустыне ручья. Высокообразованный субъект, опаленный жаром красоты, орет точно так же. Если бы не огромное количество народа, что сгрудились в этом золотом чертоге, - заорал бы изо всех сил. Стал бы славить жену Медведева (она возглавляла попечительский совет по реставрации собора), патриарха, Матвиенко и видного хозяйственника Якунина. Чувство восторга, сладкой приниженности перед великим, стремительное желание рухнуть на колени перед алтарем было непреодолимым. Темные, драгоценные колонны, пламя тысяч свечей и голубой свет высоких окон. Купол храма, казавшийся огромным снаружи, изнутри превратился в горящую золотом небесную сень. «Здорово!» - решительно заявил брат.

Tags: Питер
Subscribe

  • Деловая переписка

  • Деловая переписка

    ПРОКУРАТУРА ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ Депутату Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Молякову И.Ю. Уважаемый Игорь Юрьевич!…

  • Деловая переписка

    ПРОКУРАТУРА ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ Депутату Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Молякову И.Ю. Уважаемый Игорь Юрьевич!…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment