i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Category:

Заметки на ходу. Первое письмо другу (часть 96)

Я, например, люблю старую одежду. Потертые футболки, рубашки, допотопные штаны. Особенно обувь. Пусть древняя, но удобная и не разваливающаяся. Вплоть до ощущения домашности. Старые зимние ботинки. Да, они старые, но еще крепкие. Темно-желтые импортные. Ношу почти двадцать лет. Стельки только меняю.

Чувство домашности, удобства, которое дает ношеная одежда, связано с добротой и лаской бабули. Сердцевиной моего чувства ко всякому старью выступает чувство бабулиной аккуратности. Я, маленький, стою. Бабуля обмеривает меня клеенчатым метром с металлическими кончиками. Бегут от наслаждения мурашки по спине. Потом, после бабулиных булавочек в уголке рта, шелеста бумажных выкроек, прикосновений ткани к коже - новые штаны. Штаны точно подходят. На спине сходятся крест-накрест лямочки. Ни разу бабуля не ошиблась, когда шила мне одежду. Стрекот швейной машинки как присутствие того, что я понимаю под точностью. Точность не может быть без бабули. И если я ношу вещь годами, значит, по каким-то точным соответствиям. Старая рубаха приняла не только изгибы тела, но и изгибы духа. Точность знакомого, старого друга. Точность швейной машины. Точность времени.

Двадцать лет ношу демисезонное пальто отца-покойника. Я ношу и жилетку (остаток от костюма). Костюм привезен дедом Ваней еще с войны, но "в живых" осталась только эта жилетка. Ирка, жена, пыталась купить новенькое. Что-то шила сама. Напрасно – хожу в старье. Люблю обувные мастерские, в которых всем чиню обувь. Если чувствую, что вещь «не моя», то бесполезно заставлять меня надеть ее. Бабуля умерла, и ощущение точности – ощущение прошлого. Одежда старая. Здесь - точность. И здесь есть прошлое.

Это не значит, что я не люблю красиво одеться. Серое английское драповое пальто. Фетровая шляпа. Темное кашне. Белоснежная рубашка. Шелковый галстук. Чисто шерстяной темно-синий (очень темный) костюм. Блестящие ботинки. Так вот одеться и куда-нибудь выйти. Взять черный зонтик под трость. Потом все это снять – и на полку. А на себя – старые джинсы, вельветовую рубаху и прочные древние кроссовки.

Здесь, как с пирожными. С натуральным, не белковым кремом. Одну-две штуки. С чаем. Раза два в месяц. Хорошая одежда. То же удовольствие, что от пирожных. Но недолго. Нет точности попадания. И – не мое. Чуть поносил – и в шкаф. Дорогая одежда не дает ощущения точности и уюта. Ходишь, как голый.

То же с другими понятиями. С пространством. Со временем. Время есть процесс «завязей» чувств, мыслей, эмоций. Их яркая вспышка. Затем уход в тень. Там, в «тени», вызревание до существенности. Приспосабливание брошенных на мою «почву» камней к неведомому, что зовется инстинктом. Затвердевание, «архивирование» осознаваемого, до неразличимой плотности, до безусловной важности в человеческом поведении подсознательного.

Сверху – мгновения, секунды и минуты, часы и в лучшем случае дни. Это есть мельтешение чувств и мыслей мелких, несерьезных, многочисленных. Пестрые рыбки на фоне морской бездны. «Рыбок» мелкого времени много. Они сталкиваются, резво перемешиваются. От этого мелкого, веселого, несерьезного времени становится страшно. Мелкое-то оно мелкое, но и неумолимое, как фирменный поезд.

Глубже уровень месяцев и лет. Потом неясная темень ранее осознаваемого, но уже никак не формулируемого. Это уровень снов. Пласт времени уровня десятилетий. Выплывают рамки самой жизни, ее продолжительности. Потом - бездонность. Я как часть человечества. Знаю, что есть. И все. Больше ничего. Время как вечность. Никакого мельтешения. Нет тяжелого ворочанья. Концентрация того, что мне ведомо про время.

Но что есть «картинка» времени внутри меня? Бой далеких курантов. Лето. Спавшая жара. Уральск. Образ времени со всеми его вспомогательными машинками – от песочных часов до атомных – был добрый, дедов. На заводе, на котором живет время-куранты, работал мой дедуля.

У меня были претензии ко времени как ко всякому фундаментальному понятию. Его чопорная абстрактность. Заигрывание с этой абстрактностью безумных и физиков, и сушеных философов. Я знал, что чем глубже «абстрактность» понятия, тем больше в его основе живого мельтешения чувств, эмоций впечатлений, переживаний, мыслей.

Долго не хотел носить ручные часы. Казалось – как надел на руку эту машинку, так десятикратно усилился шум мельтешения временного слоя – минут и секунд. В голове и в груди тесно от маленьких эмоций и мыслишек, а тут вдруг на руку чудовищный усилитель этой шумной дребедени.

Первые мои часы были карманными. С цепочкой. В школе я ввел моду – носил старый швейцарский костюм, доставшийся мне по наследству от дяди Вадима (бабуля перешила, когда они переехали жить в Новочебоксарск). Под пиджаком была жилетка от деда Вани. Красная венгерская рубашка и немыслимой расцветки галстук, отвергнутый отцом, видимо, за слишком вызывающий вид. Огромный узел, экзотические цветы. На жилетке был часовой карман. Цепь от часов «расстилал» на животе и важно разгуливал по школьным коридорам. Часы тикали под брюхом, и мне казалось, что грохот «мелкого» времени не так силен. Его назойливые сотрясения уходят внутрь меня. Происходит это где-то внизу, ближе к заднице. Не так страшно.

Постепенно примирился с часами. Понятие времени переплелось с понятием старой одежды. Связь была не такой сильной, как связь точности. Но была. То набухала, усиливалась. То спадала, уходила в тень. От связи времени и старых лохмотьев отслаивались иные связи. Отпочковываются они и сейчас. Будут отпочковываться, пока я жив. Если кто-то из интереса вскроет мою могилу, то связь эта вновь расцветет. Но будет лишена моего живого участия.

Tags: Заметки на ходу
Subscribe

  • Между прочим

    Непростые переговоры в Алатырском районном отделении партии.

  • Между прочим

    Алатырь. Встреча с Викторией Сергеевной Владимировой - педагогом-логопедом, известным не только в Алатырском районе, но и в России, и за границей.

  • Между прочим

    Встреча в Кирском лесничестве Алатырского района с Александром Ивановичем Мартыновым.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment