i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Москва. 2013. Дума. 8

Бурляев с Васильевым только помешали Моцарту и Вивальди. В легкой неудовлетворенности дошагал до ресторана «Прага». Пошел мелкий дождь, асфальт стал блестящим, праздничным. На черном тротуаре весело переливались красные и желтые блики. Если художник Коровин всю молодость бился над изображением темно-синего, спрятанного в черном, то у меня - без проблем. В черном угадываю и серебро, и кроваво-алое. В осеннем сумраке мощно звучат аккорды электрогитары. Молодой парень на мосту, что накрыл автомобильный тоннель, рвет струны, изображает нечто похожее на Хендрикса. Стою. Слушаю. Дождь усиливается. Уличный музыкант поспешно сворачивает нехитрую аппаратуру, грузится на велосипед, едет в сторону Тверской улицы. По подземному переходу пробираюсь к Дому журналистов. На выходе из подземного перехода наталкиваюсь на большую группу молодых парней: черные куртки, массивные ботинки с высокой шнуровкой. Молодчики страшно возбуждены, не хохочут, а прямо-таки ржут. Один, что громче всех разговаривает, сильно избит. Рассечены брови, порвана губа. Алая кровь стекает по лицу, капает на мокрый холодный асфальт. Избитый, между тем, так хохочет, что не может говорить. В Доме журналистов поздний сеанс - дают Ким Ки Дука. В гостинице, в телеке, рассуждают о продаже «воздуха». Оказывается, есть свои акции у «Твиттера». Продавались они по высокой цене, да вот сейчас в цене упали. А здесь и «Гугл» начинает приторговывать бумажками. Нечто рекламное про «Гугл»: маленькая девочка в розовом платье улыбается во весь рот. Видно, рада, что удалось то ли закупить, то ли запродать ее родителям этого самого «Гугла». На старом фильме «Чужой против хищника» умиротворенно засыпаю.

С утра в столовой пришлось заплатить. При оформлении гостиничного счета забыли включить завтрак. Порядок, царящий в «Измайлове» на шведском столе, идеальным назвать нельзя. Цены те же, что и три года назад, но йогурт не в упаковках, а в баклажках (накладывать в стакан нужно самому). Яблоки были целые, а теперь нарезаны в дольках. И груши тоже. Не видно винограда. Хорошо хоть консервированные персики остались. Покушав персиков и пережаренного бекона, срочно направляюсь в Пушкинский. Наметил поход еще неделю назад, на съезде. Групповой голландский портрет. Художественный мир Бриттена. Платья армейского костюмера крошки Юдашки(на). Новая хозяйка Пушкинского, Лошак, начала так вот смело, что, собственно, и ожидалось. (Эх! Не нужно было Антоновой заводить разговор о переводе части Эрмитажной коллекции в Москву). Рассчитывал также успеть в Музей частных коллекций, на Барышникова (выставил рисуночки из своего собрания) и одного из родоначальников гламурной фотографии Ван Мэя. Смесь, устроенная Лошак из юдашкинских нарядов, слепков с Микеланджело и полотен Мурильо (а тут еще и голландцы, и Бриттена со своим любовником Пирсом), что называется - нате вам! Хотели - так кушайте.

За черными всадниками Донателло светится огромная плазма. Вражий канал «Дождь» демонстрирует лекцию Вадима Садкова, заведующего отделом искусства старых мастеров. Вадим, благообразный седой человек в модном пиджаке, рассказывает как раз о голландских полотнах, что гастролируют нынче в музее. На стульчиках внимаем лектору мы - три дамы и я, переполненный персиками. За макетом статуи Давида лестница на второй этаж увита длинным куском темной ткани. Вздрагиваю от неожиданности: из угла на меня уставилась женщина с серым лицом. Волос нет, глаз нет. Лысый манекен. На чудище - броское, избыточно роскошное одеяние. Нехорошо. Белый огромный Давид. За спиной у гипсового парня - целлулоидная серая женщина в суперобновке. Чудовищно - и Давид не натуральный, и девушка-истукан. И - пошло-поехало. Греческий зал - тафта, тюль, цветы из органзы. Римляне - вышивка какими-то блестками. Средние века (надгробие королей) - камни Сваровски и темно-фиолетовый шелк. Имелись и свадебные платья. Нечто для королев - белый шелк - кармоз - и тяжеленные одеяния из тканей с гобеленовыми элементами. Золотая тафта. В греческом зале выстроен помост, обитый ковролином. По этому наклонному сооружению - мертвые целлулоидные бритоголовочки в драгоценных нарядах выстроены по восходящей. В других залах устроены круглые возвышеньица. Они медленно вращаются, давая возможность зрителям оценить юдашкинские умения. Несовместимость предметов музейной экспозиции и дамских одеяний раскрученного кутюрье - полная. Впрочем, идеологические задачи (разрушение остатков здравого смысла у российской публики) - поставлены. Задачи весьма успешно выполняются. Хороша мысль - Юдашкина поставить в один ряд с выдающимися творениями. Не стыдно, что рядом - Мурильо, Джулио Романо, Джампетрино (ученик Леонардо) да хотя бы тот же Бронзино. Показалось - мальчик (слепок с Микеланджело) согнулся в три погибели не оттого, что хочет вынуть из ноги занозу, а от стыда.

Tags: Дума, Москва
Subscribe

  • Мелочь, но неприятно

    Порецкий район, село Напольное. Встреча с жителями в местном магазине. Общая боль – периодическое отсутствие (особенно зимой) чистой питьевой воды.…

  • Мелочь, но неприятно

    Порецкий район, село Напольное. Таким вот образом, местные власти собираются встретить праздник Великой Победы советского народа в Великой…

  • Мелочь, но приятно

    Встреча с ульяновскими активистами чувашской диаспоры. Конкретно договорились о поддержке «Справедливой России» на предстоящих в сентябре выборах.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments