i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Москва. 2013. Съезд. 23

В столице из-за великой плотности талантливых людей (и высокого накала творческих амбиций) сложилось несколько городов. И, если скоморохи и шуты (не глупые, между прочим, люди) в средние века воспринимались несерьезно (их даже селили отдельными группами), то были еще и придворные поэты с музыкантами (то, с чего начинал будущий царь Давид, веселивший Саула игрой на музыкальных инструментах). Но, помимо певцов и музыкантов, коли князь, то громоздит собор. А уж если царь, так возводят по его приказу крепостную стену. Император - город. Римлянин Константин - Царьград. Петр I - Санкт-Петербург. Чего удивляться, если в глубокой древности: Аменхотеп - Фивы. Архитектор-то он в любимчиках, а немного погодя - и нет его. Покончил жизнь самоубийством с горя. Архитектура, конечно, застывшая музыка. Кто музыку в камень вмораживал, чтоб в неподвижную громаду превратилась? Мороз-Красный нос. Царский дикий нрав (глаза зодчим выкалывали, чтобы не смогли у соседних государей что-нибудь подобное их Кремлю сварганить). Потом только зодчие, каменщики, плотники, жестянщики, маляры. Дело - архитектура - хлопотное. Так ведь владыка через домостроителя вмешивался в окружающую природу. Был с ней на «ты». В общем, был подобен языческому богу. Некоторые при жизни считали себя бессмертными. Великий город - возвеличивание и крушение каменных амбиций. Архитектура - это не только застывшая музыка. Это запечатленная в неподвижности гордыня. Сколько Горбач с Ебном ни пыжились, а великих сооружений не оставили. Вот Сталин остался на века, так как упорно, словно Христов лик на Туринской плащанице, проявляется сталинская воля в важнейшем вопросе эстетики - в вопросе долговечности. В Москве - несколько городов. Город Щусева. Город Аполлинария Васнецова. На Ленинских горах - свой сталинский стиль. Окрестности Каменного и Крымского мостов. Плох ли был белокаменный Кремль (Москва до сих пор именуется белокаменной)? Всем хорош. Еще со времен Дмитрия Донского. Тамерлан (железный хромец) на Москву идти не решился. То ли рати Василия I испугался (еще бы - внук Дмитрия Донского). Может, роль сыграло и то, что в белокаменный Кремль доставили из Владимира икону Божьей Матери (а во Владимир она попала из Киева, в Киев же привезли из самого Царьграда). Этот-то белокаменный Кремль чем-то не понравился Ивану III. Он был высок, сухощав, красив, самолюбив. Белокаменные стены спасли. Появился Фиораванти из Италии. Ему глаза не выколешь. Голову не срубишь. Да и работу итальянец сделал мастерски. Ильич, как и все россияне, покорен был красотой Кремля. В Успенском соборе думал не только о сохранении икон. Кто часы на Спасской башне ремонтировал - известно, часовщик. По указанию первого руководителя Советского правительства.

Размышляя над этим, взбирался на высокое крыльцо церкви святого мученика Агапы. Церковь вся из простого, чистого камня. Прихожане играют в футбол (на входе висит расписание турниров). Молодая девушка продает свечки. В храме полутьма, а рядом со «свечной» девушкой призыв к тишине - плакат советских времен: «Не болтай». Ходил вдоль стен. В небольшом дворике - деревянный колодец (впрочем, без воды), и торчит металлический крест. Чья-то могилка. Чья - неизвестно. Небольшая подсобка. Там звуки, похожие на металлическое клацанье.

Мелькнул музей Рериха. Скромная приписка на воротах - содержится при помощи «Мастер-банка». А Цветаевский музей на Волхонке стеснен ремонтной техникой. Чинят дорогу. Кладут трубы. Забор обернут толстой пленкой. На клеенке фотографии - огромное, во всю длину забора, метров на пять-десять - фотоизображение старой Москвы в районе Таганской площади. Музей закрыт, а в нем - голландский групповой портрет и экспозиция под названием «Художественный мир Бриттена».

Через неделю вновь буду в Москве. На Бриттена схожу обязательно (только что слушал его в консерватории). И в музей частных коллекций наведаюсь. Зильберштейн знать не знал меня. А я его ценю и частенько посещаю собранную им коллекцию в музее на Волхонке. А тут еще Ван Мэй, и перебежчик Барышников решил показать - коллекция танцора весьма нехилая.

Через мосты - в Замоскворечье, в Лаврушинский. Хожу вокруг сиротского дома, что построили для вдов и детей бедных московских художников. Оттуда - к знаменитой церкви в Кадашах. Нарышкинский стиль. Храм окружен отреставрированными купеческими домушками. Между игрушечными домиками - такие же игрушечные новоделы. Против этого и восстала московская православная общественность. Не дают церковь под скорую, но аккуратную реставрацию. Во дворе ходят дети и возбужденные женщины. Пошел мелкий дождь, а в низеньких темных зданиях пекут хлеб и зачем-то носят его в помещения храма. Одна прихожанка, увидев меня, отломила горбушку, сказала: «Поешьте. Хлеб горячий еще».

Tags: Москва
Subscribe

  • Между прочим

    В деловом ключе обсудили проблемы Ибресинского района с его руководством. Больная тема: отремонтировали районную поликлинику. Глава республики…

  • Между прочим

    Праздник праздником, но и у урмарских спортсменов есть проблемы и просьбы. Попытаюсь помочь их решить.

  • Между прочим

    Встреча с руководством Урмарского района.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments