i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Москва. 2013. Съезд. 21

Стала нравиться Изабелла Юрьева. Поет под рояль. Голос чувственный. В 97 лет пела, а Кобзон носил ее на руках. И я бы понес, за те романсы, что классно исполняла певица. Русский романс таинственен, не определенен. Вроде бы все хорошо: мужчина влюблен, женщина млеет, но отчего-то необходимо расставаться. То ли он сильно влюблен, то ли в ней не любовь даже, а страсть, и терпеть ее никак невозможно. Исполнитель ничего не объясняет, чем началось, чем закончилось, и куда едет ямщик, и с какой стати он помер. Накал чувств есть, но что из этого вытекает - непонятно. Так и в Москве. Что-то подозрительно непонятное в архитектуре. И крайне неясная ситуация с населением. Раньше говорили: москвичи очень гостеприимны. Это, конечно, преувеличено. Особого гостеприимства в столице не замечал. Но то, что происходит сегодня, - мрак. Сколько ни брожу по улицам огромного города - ни одной улыбки. Сегодня, например, понедельник, и лица у публики откровенно злые. У меня тоже лицо не слишком приветливое, но зверства-то нет. А тут, гляньте-ка на пожилых тетушек. Словно шибко недобрый скульптор вытесывал на этих лицах живописные морщины, собирающиеся в неприятный пучок презрения и ненависти. Во вторник злобы меньше. Выходные (и похмелье) прошли. Надо идти на работу, и с этим ничего не поделаешь. Многим на работу не нужно. Своеобразные русские рантье - существуют за счет того, что сдают в наем квартиры. По вторникам - равнодушие. Сдохнешь - так и будешь валяться, пока не подберут мусора. В среду сдувает равнодушие. Все раздражены - ценами, начальством, толпами в метро. Особо буйствуют пожилые - день жалоб, запросов, писем в редакции газет и на телек. Пресловутые лавочки у подъездов и детские площадки. Занятны, в основном, женщины. С лиц выплескиваются искорки ярости. В четверг все погружены во внутренние ощущения - близятся выходные. Надо подумать, чем их занять. В пятницу москвичи позволяют себе улыбаться. В этот день в мало занятой Москве (фабрик и заводов нет) вообще никто не работает. Куда-то тащится тоскливый поток машин. Пробки. По пятницам страшно пьют. Буквально нажираются. В благостную субботу - опохмелка, стирка белья, телек. По улицам никто не бродит (если только в центре). Развлечение - шопинг. А в воскресенье - ощущение новой рабочей недели. Все по своим норкам, за стальными дверями, железными решетками. Настоящий человеческий планктон, жидкий супчик без мяса и перца. Люди, по квартиркам, снова погружены в себя и слегка агрессивны. Гоголевская «Русь - птица-тройка» сдохла, никуда не движется. Ужасный обморок столицы. Огромные усилия манипуляторов по поддержанию людей не в состоянии народа. Семнадцать миллионов биомасок.

Говорят, революции происходят в центре. Нынешним днем перевороты в столичных городах, наоборот, завершаются, угаснув и утухнув. Материальные амбиции заканчиваются местечком в банке. Общественные притязания вьются в коридорах Госдумы. Зачем богатенькие отправляют детей на учебу в Швейцарию? В Швейцарии русский мало кому нужен. В Москве его ждет форменный костюмчик и место в закутке у компьютера. В подземном переходе рыщут негры. Один сунул мне рекламку: фирма «Елизавета-Премиум». Агентство домашнего персонала. Требуются няни с опытом работы. А также - управляющие, повара, водители, гувернантки, домработницы и, почему-то, семейные пары. Эти-то зачем понадобились в «Елизавете-Премиум»? Маленький, тощий арабчонок дает мне бумажку. На бумажке - галерея «Ореадна», система подвески картин. Продажа и монтаж. Обещают сменить экспозицию быстро и легко. Ага! Морду набьют - вот уже иная экспозиция. Давно нацелился в Музей архитектуры им. Щусева. Музей закрыт. На подоконнике проспект новой выставки - «Новое пространство». К участию приглашены: Маргарита Гуччоне, Джулия Косте, Джованни Карневели, а также некто Сергей Чобан с Петером Шмалем. Люди из мира архитектуры. В следующий приезд постараюсь попасть в это «Новое пространство». Дома - и сухо. Здания - и отсутствие людей. Как в русских романсах: всего много, а зачем - непонятно.

В Доме книги два седых мужика спорили об Украине. Проходя на второй этаж, услышал: «Ты, Николай, ничего мне не говори. Украина развалится. Никакое православие не поможет». Купил Сарнова. Поспешил к библиотеке Ленина.

Tags: Москва
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments