i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Крым. 2013. 54

До XYIII века идеологов как бы и не было. Были монархи, была церковь. У купцов и мануфактурщиков появились капиталы, но сами-то буржуи откуда? Из тех же крестьян. Удивительно, вроде крестьянские сынки, а такая сволочь! Богатый, жирный. Нужны специалисты, погасить конфликт необходимо. Народ-то сволочизм чувствует! Хорошо бы ненависть нищих к богатым гасить этой самой ненавистью. Ну, как бы сделать так, чтобы нищий еще и радовался тому, что его ободрали, как липку. Чтобы бедняк раздувался от гордости по тому поводу, что в его краях есть сытые и баснословные богачи. Тут-то и нужны были люди особого склада - бешено честолюбивые, жадные не до денег, а до знаний, суперэгоисты. Этакие деятели существовали всегда. Конкретного дела им не давали. А тут и денежки появились, запрос социальный созрел. Надо было соединить несоединимое: богатство и нищету. Привлекли разных стихоплетов, алхимиков, составителей летописей, монахов. Даже бродячих музыкантов. Задача стояла одна: изобрести новый язык общения. Лавуазье этот язык изобрел, и, хотя француз был химик, основы были заложены: цивилизация стоит не на идее Бога, а на цифре и слове. Где находится таинственный идеал нового мира? Во Франции, в Гавре - идеальный, обязательный и для китайца, и для негра эталон метра. Культура на ритуале. Культура метрических сочетаний. Метрический язык и метрическая культура мира. Тяжко было, но люди приучились к трепетному обожествлению эталонов - метров, километров. На руке вечный датчик, идентифицирующий человечка с цивилизацией машин, механизмов, прогресса и линейного развития - часы. В храмах иконы светятся позолотой. В витринах блистают иные образы - хронометры: Омега, Лонгин, Сейко, Зодиак. Или четкая денежная градация: копейка, десять, пятьдесят, рубль. В этом пространстве зародилась фантастическая штука, волшебный эликсир, способный творить чудеса: манипуляция идеями. Народились манипуляторы - идеологи. Какие были монстры - Жан-Жак Руссо (любимец Наполеона), Вольтер, Дени Дидро. Наука, говорили они, решит любые проблемы. Робеспьер рубил головы (ради прогресса, конечно!) - Париж ликовал. Отрубили башку Дантону и самому Максимилиану - Париж задыхался от восторга. Кучка избранных идеологов именовала себя «Институтом». Бонапарт, уже будучи членом Директории, подписывался: «Наполеон, член Института». Кончилось войной с Вандеей (гражданской). Впоследствии Наполеон развязал фактически мировую бойню. Сам пострадал, а идеологи остались целехоньки. Цель достигнута: ужас войны затмил ужас неравенства. Миллионами гибла нищета. Нищета не собиралась больше бодаться с богатыми. Голь бубнила (и до сих пор бубнит): лишь бы не было войны! Конечно, против сторонников прогресса тут же выступили противники, так называемые консерваторы. Либералов без консерваторов не существует - те же идеологи, посредники между беднотой и богатеями. Манипуляторы. Но есть совсем уж избранные чудаки - посредники между прогрессистами и ретроградами! Бегают, кричат: и те правы, и эти. А еще сочиняют сонеты и поэмы. Личности амбивалентные. Этим не так интересен Наполеон-полководец, как Наполеон-пленник на острове Святой Елены. Тут недалеко до экзистенциализма. Доктрины - прочь. Милее осколки рухнувших доктрин. Интереснее стружки, образовавшиеся при выстругивании свежих взглядов. Много нынче таких «попутчиков». В моде воспоминания, мемуары, историческая беллетристика. Никто ничего нового не придумывает. Все живут воспоминаниями.

Как закоренелый адепт метрического подхода к восприятию мира, человек, болтающийся между героическими и идейными прогрессистами, а также трусливыми и заурядными консерваторами, во все стараюсь внести временную упорядоченность. В Крым приезжаю во второй половине августа. Листья с каштанов падают, становятся коричневыми, шелестят под ногами вафельными трубочками. Вызревает виноград. По обочинам лежит сорвавшийся с веток инжир. В Алупке страшно раздражает отсутствие денег для размена. Видимо, продавцы мстят за что-то покупателям. В аптеке лекарства - подешевле. Парк - только Воронцовский. Книги - только серьезные. В восемь часов вечера - посиделки под часами Воронцовского дворца. Тщательное наблюдение за всем нелепым, неудобным. На следующий день, после Севастополя, хитрыми путями спускаюсь к морю. Останавливаюсь, внимательно читаю дурацкие вывески. Некие фирмачи обещают: «Ловим зубами бумеранг налогов!» Под плакатиком - «Запорожец» в растрескавшейся голубой краске. «Запорожец» - инвалидный. Сидит хромой водитель с кепочкой в руках. Это он, что ли, что-то там ловит зубами? Санаторий «Солнечный берег». Корпус «Тульский» - серый, покосившийся. Толпа кипарисов, и в комнатах тусклые лампочки горят даже днем. Элемент темного севера на лучезарном юге. Как хотелось бы мне, типу амбивалентному и экзистенциальному, поселиться под такой вот тусклой лампочкой в старом доме с деревянными лестницами. Там так пахнет старым деревом! Из административного корпуса санатория появляется лысеющий грузный человек в белом халате. Очевидно, главврач. Громко говорит: «Ну, конечно, кровища и все такое!» Рядом семенящая спутница, заискивающе: «Осторожнее там, Сергей Павлович!» Сергей Павлович - недобро, в задумчивости: «Э-гм!» Садится в старинную двадцать первую «Волгу». Сизые выхлопные газы, «Волга» со скрипом отъезжает. Тут - семья. Дядька в белых брюках, женщина в ситцевом халате. Девочка - подросток, мальчик - малыш. Дядька тащит два огромных чемодана на колесиках. Пот льет по лбу. Щелчок - ремешок у чемодана рвется, коробка сползает с колесиков, валится на серый бугристый асфальт. Дядька обреченно вздыхает. Бормочет: «И на машину опоздали». Женщина победно-презрительно смотрит на дядьку (очевидно, муж). Девчонка вскрикивает: «Ну вот, я же говорила!» А пацан, с глубоким удовлетворением, кричит: «Давно видел, что скоро треснет - и ничего не сказал!» Покою души моей видеть все это противопоказано. Быстро ухожу по каменной лестнице вниз, в парк. Думаю о приятном: «В. и Ю. уже в Кацивели, в аквапарке. Лишь бы не было войны».

Tags: Крым
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments