i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Крым. 2013. 40

Минут 30-40 дается нам на «мертвый» сон. Говорят, в эти полчаса - весь отдых. Подзарядка из космоса в беспамятстве? Вряд ли. Человек крайне несовершенен и чудовищно случаен. Льет ли дождь, светит ли солнце - всего лишь интерпретация двух этих жизненных свойств. Жалкий набор картинок, слепившихся случайно в безобразный комок - это и есть жизнь. И если бы мы из восьмидесяти отпущенных нам лет целое тридцатилетие не пребывали в этом своеобразном (сладком) анабиозе, существование и вовсе было бы чудовищным. Дряблое, прихрамывающее устройство под названием человеческий организм, как несовершенная батарейка: слишком быстро садится, весьма часто отрубается. Все проявления сознательной жизни довольно убоги: бьется кровавый мешок сердца (подмена этого чудовищного хлопанья - чувства, хорошие и плохие). Электрохимическая шкатулка с названием мозг. Не стоит думать, что поля, которыми слабо истекает эта игрушка, божественны или сверхъестественны. И, снова, маскировка - мысль и слова. Вещи эти трутся друг о друга, летит пыльная шелуха праха. Уже родившись, человечек понемногу, но начинает исходить этой трухой человеческого бытия. Фихте эту-то золу человеческого умирания обзывал «Абсолютным Я». Чем страшно раздражал Шопенгауэра, который силился засунуть в убогий ящичек человеческого бытия нечто более существенное. Этот самый Артур придумал идеальное состояние - процесс, когда сердце и мозги со всей их пылью еще не начали рассыпаться. Этот блаженный промежуток, когда человек-машинка еще не вынут из коробки, и его колесики пока не вращаются, он называл «волей», а то, что будет дальше после приведения машинки в действие, мыслитель наименовал «представлением». Выдумки. Труха человеческой жизни суха, как хлопья каши «Геркулес». Многое, если не все, в человеческой жизни крутится вокруг этого универсального наркотика - сна. 2-3 дня без сонного зелья - и человека начинает «ломать». Одна из самых эффективных пыток - лишение сна в течение нескольких суток. Пакость жизни такова, что неумолимое трение сердец, мозгов, мыслей, отчаяния, любви, горя пожирают человека все быстрее. А страдальцу хочется спать, спать, спать.

Симона Синьоре в «Корабле дураков» у Стэнли Крамера смешивает горькую любовь к судовому врачу с болезненным стремлением ко сну. Заснуть эта роскошная женщина-львица может только после изрядной дозы морфина. Обретение сна для нее возможно только посредством наркотика более слабого, чем сон. Судовой врач, в отличие от Синьоре, засыпает навечно. Его не спасут никакие наркотики. Чудовищная смесь из жующей, ноющей, танцующей сволочи, что хрипит и рыдает, хохочет и танцует на корабле, оставляет после себя слишком много тлетворной пыли. Доктор задыхается. Выход из этого парада разлагающихся чудищ один - с ума сходит вся страна (фашисты). Единственный приемлемый человек на корабле - стареющий карлик, которому вреден чистый морской воздух. И он постоянно курит сигары. Доктор не карлик и не курящий. У доктора взрывается сердце.

Есть люди, в которых жизненная суета явлена ярко. Абсолютное Я в них присутствует в форме настоящей пыльной метели. Таких кличут гениями и восхищаются долгим отсутствием сна у них. У Шекспира в момент метели мыслей и чувства появился «Гамлет». Потом правление Иакова I (опасно было быть чересчур умным). Стареющий драматург (перед возвращением в Стратфорд на покой) пишет приличные вещички. «Сон в летнюю ночь». Последнее сочинение - «Буря». Не о зверюге Калибане речь. О добряке Просперо (антипод  Калибана). Этот «добряк» провозглашает: «Мы сами созданы из сновидений, и эту нашу маленькую жизнь сон окружает».

Блаженны те, кто понимает: сон, главный, дурманящий сон нашей жизни, как нектар         ламехузы для муравья. Хорош тот, кто постепенно и мягко скатывается в пустыню бесконечных сновидений. Много всего нагородил человек вокруг этого дивного состояния: алкоголь, наркотики, экстрасенсорика. Бодрый отряд гипнотизеров. Чарующий мир поэзии. Гениальные стихи, от которых сладко засыпаешь. В «Золушке» Шварца высшее наслаждение влюбленных волшебный сон, в который погружена Золушка и Принц старым чародеем на балу.

Старею и я. Никуда не хочется идти. Хочется спать, и сладостный момент -  это переход от сна мертвого в царство глупых и бесконечных снов. В тот день тяжело спал весь день. Жаркое солнце. Страх - переберемся ли мы через границу. Раньше так постыдно и сонно я не терял золотые крымские дни. И вот случилось.  Ю. и В., Г. и Н. звали меня в Ливадию. Мычал в ответ, пил теплую воду из кувшина и вновь без сил на смятые простыни безразмерной кровати. Белый потолок. Задернутые коричневые шторы на окнах. 

Tags: Крым
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments