i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

За сундучком. 82. Женщина, не пожелавшая переодеться

Г.К. сказала: прерафаэлиты в Пушкинском. Поедешь? Москва - все время морозной зимой или слякотной осенью-весной. В Москве хорошо в старых двориках, летом. И - викторианский авангард. Зачем старушка Антонова привезла надменных островитян? Французы - да, итальянцы - несомненно, даже страстные испанцы (хоть и меньше) - бывают на территории Москвы (в Ленинграде «живут» постоянно). Но англосаксы? В единичных экземплярах, почти исчезая - на верхних этажах Эрмитажа. В темненьких углах, как семейка Брейгелей. Назарейцев - и то больше. И вдруг - вывалили. С подготовкой. Несколько месяцев назад - Уильям Блейк (подготовка), а теперь артиллерийский залп. Россия, то ли не любила, то ли боялась, то ли не принимала холодно-металлической Англии. У нас-то - дерево, распахнутая душа и пламя. У них - дожди, камни, вечно серое море. Мы, со своим внутренним топливом, стремились к теплым морям. Мешали нам тундра, тайга и Арктика (тоже как-никак обживать было нужно). Англичанам (стремившимся к теплому солнышку не меньше, чем мы) ничто не мешало. Подталкивало: островок он и есть (малюсенький) островок. Чего на нем, убогом, сидеть! Чуть от римлян отдышались - и вперед, к экватору. Не с немцами у нас проблемы. С британцами. Причем вечные. Не переносили друг друга на подсознательном уровне. Ни один внятный механик или архитектор в Питере не трудились во славу России. Во флоте - голландцы. В городах - французы да испанцы. Про немцев и не говорю. Ехали на Русь общинами, родами, огромными селами и копались в волжской земле не хуже нашего брата чуваша. Если привезли прерафаэлитов - дело серьезно (осталось выяснить, какого качества представлены полотна). В силу своей испорченности гнилыми тайниками чувствилищ и созерцалищ предчувствовал: что-то у англичан должно быть. Литературу всю, что возможно, излазил: Шекспир, Диккенс, Теккерей, Вальтер Скотт (особенно!), Дефо, Свифт, Лоуренс, По, Сноу, Моэм, Уэллс, Агата Кристи и Конан Дойль. Между прочим, с великим удовольствием - Филдинга и Джейн Остин. Докатился до того, что читал английские памфлеты (о Байроне много чего мог бы рассказать), философские эссе Аддисона, Поупа, Фрэнсиса Бэкона, Гоббса и Локка читал в рамках учебной программы. Сквозь вязь слов чувствовал (у всех, даже у Олдингтона и уж, конечно, у Олдоса Хаксли) течение «подземной реки», абсолютно чуждой нам, живущим в России. Порок - готовность предательски, без сопротивления окунуться, без всякой подготовки, в то, что чуждо и может лично тебя сгубить. Это «иное» тянуло меня в англичанах. «Иное» является нам через живопись. Мы, в России, отчего-то не горели желанием и иметь английские картины, и привозить их на нашу территорию с выставками. Вот - случилось. То ли старушка Антонова - иностранный агент британской МИ-6, то ли сами агенты британской разведки начали массированное распыление «флюидов», истекающих с полотен английских мастеров над зараженными русско-татарскими полями. Зараза - есть зараза. Как денюжка у нашего продажного брата завелась, так сразу в Лондон (домик приобрести, детишек на английской земле выучить, футбольный клуб прикупить). Не зря благоговею перед Семирадским. Чистое художество - и какая великолепная мысль: жизнь - наслаждение красотою. Ну, а «красиво» - мы все сделаем. Архипов, Ярошенко, Пукирев, где-то Перов (бойцы против академизма, передвижники) тоже кое-чего набрались. Подозреваю - у англичан. Лишь прильнул к прерафаэлитам (то, что видел в репродукциях). Волновало и нравилось до не поддающихся разуму и контролю заповедных мест, откуда бьют родники нездоровых чувств, бесстыдства, не побоюсь этого слова - похоти. Парни, провозгласившие служение неким идеям труда и верности природе, на самом деле распахнули запретные ворота, через которые хлестала черная вода той реки, что была чужда нам абсолютно. Эти ребята и были самою водой той потайной и неизвестной реки. Это был не порок и не разврат. Было предчувствие и того, и другого. Конструкция и план неведомого. Узнав, что прерафаэлиты в Москве - напрягся (здесь уже) и тянет неимоверно.   Г.К. это почувствовала, ударила в самое мое порочное сердце: поедешь на выставку? К встрече с дьяволом легко подтолкнуть созревших. Звонит Е. - в Москве срочные дела. Билет. На вокзал чуть раньше (еле ушел от неких пожилых активистов, которым в каком-то дворе, то ли нужна детская площадка, то ли не нужна). Веселые чувашские люди (видно, из села). Толстая женщина кричит: «Сочно жуете». Вваливаемся в вагон. Я с бутылкой лимонада! Наше купе укомплектовано полностью. Какая-то армянка с рябоватым лицом и солидным носом. Русские мужики из многочисленных в последнее время «перелетных» спецов-инженеров. Раньше ездили что-то налаживать на заводах. Теперь заводов нет, но они все равно что-то налаживают, при этом то, что наладили, стремятся продать. Довольны - и наладили, и продали. Армянка (игриво поведя черными, влажными глазами) попросила выйти - переодеваться будет. Мне - не надо. На мне белые пижамные штаны - просторные. Минут пятнадцать стояли в коридоре. Зашли, а женщина и не думала переодеваться, так и сидит в джинсах. Воркует с неким мальчиком        нежно - ел он суп или не ел. Забрался от странной компании на верхнюю полку. Думал, что раны болят не только после того, как нанесены. Настоящие раны болят еще до удара. Почувствуй приближающуюся беду и сам, профилактически, сделай себе больно так, как будто бы рана уже разверзлась. Есть возможность выжить, ведь рану ты нанесешь себе сам. Религиозные фанатики и флагелянты. А как хлещут себя, какие вериги натягивают! И - живут, собаки. Весна (когда солнце легкое) - время нанесения ран самостоятельно. Лето - рана. Осень - боль от раны, что нанесена без подготовки, неожиданно. Солнце в ноябре низкое, кровавое. Сейчас - черт знает что. Небо раскололось. Часть - голубая. Часть взгромоздилась серой грозовой тучей над нашим паровозиком. На нижних полках нашли общий язык. Коньяк. Но чуть-чуть. Армянка с неровной кожей ласково, по-матерински смеется.

Tags: За сундучком
Subscribe

  • Крым. 2 - 18 августа 2017. 38

    Мне кажется: вбираю мир в себя. Маленькие глазки распахиваю шире, мучаю мозг. Смотрю на скалы, обрывы, деревья. А получается – окружающее пожирает…

  • Крым. 2 - 18 августа 2017. 37

    Корявые ветки царапаются, лезут в глаза. Чиркнули по лысине, трогаю, а ладонь испачкана кровью. Не сильно. Кровоточит не обильно. Больно. Больше не…

  • Крым. 2 - 18 августа 2017. 17

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments