i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Categories:

За сундучком. 30. Засосем веселенького!

Канаш. Паровоз казанский. Дали есть - мясо и рис. Ехал с №5 (основной). Думалось - будут песни. По рассказам, при отправке на чужбину поют и веселятся. Местные (лет семь назад) ехали в северные страны (тогда и 1 был). Так увеселились, что один маленький и активный наблевал в дорогие ботинки большому и вялому. Наутро взбешенный местный отмывал штиблеты, то ли в Хельсинки, то ли в городе Турку.

Переживал за брата - встретимся ли у паровоза (переживать - доберемся ли вовремя до Канаша - перестал). Напряжение - и каждая мелочная неясность хлещет по нервам не разведенным уксусом. №5 (основной) спал тихо, надвинув на глаза черную шторку. Венецианской маски пострашнее: глаза залиты черным. До Казанского ворочался, в полудреме мучился о брате. В шесть паровоз медленно вполз в морозный Казанский. Все - с 1-го по 7 (женский) номер хитрованы. В Италии - тепло. Одежда - легкая. Считали - с поезда в микроавтобус. Продрогнешь лишь слегка. Темень. Чемоданы на колесиках скрежещут об оледенелый снег. Пар изо рта. Пролысины асфальта в крупных камушках какой-то химической дряни. Будто бы убивает лед. Дрянь хрустит, как карамелька между зубами. Вместо зубов - подошвы. Нервирует еще больше. Вот и брат. Тройная радость - не виделись, не опоздали, вместе (страшная схожесть характеров) - сразу в несколько раз сильнее. Миша тоже не дурак - легок в одежде. Говорит: «Не холодно. Ведь впереди - Италия». Движемся к выходу, словно из бани в предбанник. Почти голые (маечки, рубашечки), а от тел и из ртов - пар. Воскресенье. Морозная тьма. Спящая Москва. Вот и Внуково. Гигантская стальная коробка с полями-стеклами между сплетений из блестящих труб. Снимать нельзя, но разве мне это указ? Снимаю №6 и 8 (№7 - это она). Прибыли сразу в аэропорт. Кассы - все отечественные авиакомпании и, почему-то, самая выдающаяся: Вайнахавиа (пилоты в кабинах «Боингов» тоже вайнахи?). Думал - цены запредельные. Позже, в Риме, понял - мизерные. Булочка - 150 рублей - тьфу. Ну, и что, что в Чебоксарах такая же 13 р. Кафешка «Му-му». Редкозеленый салат «Цезарь» (это в «Му-му»-то!) всего 130 рублей за плошку. Ни у Вайнахавиа, ни в «Му-му» - никого. Одиноких и без ремней, нас просвечивают и прослушивают. Прямо как доктора-педиатры. Нет часов, а меня так заставили снимать и перстень (знак супружеской верности). В чуть прелых носочках, без ремешка (брючки ползут вниз), вне времени (часики тоже сняли) проплываю сквозь волшебное излучение. Очищение от невидимой ауры запоздалой весны родины. Потом - морда лица. Щелк - и невидимая, но грубая шкура серого, разлохмаченного рассвета падает с плеч. Не свобода, но ноги идут по-другому, слегка пританцовывая. Только бы небесная керосинка взлетела - а там… Свободная зона - все не как у людей: «Абсолют» дороже «Финляндии». Шведская - 10 евро бутыль 0,5. Финская менделеевка - 9 (а литруха 16 и 18 евро соответственно). Если в кармане 1000 евро на мелкие расходы, можно и одуреть от такой «свободной зоны». Пустые металлические лавки (а между тем, кто-то из 7 номеров уже вкусил веселья). От циклопических окон веет холодом. В еле видном сером сумраке проплывают бледно-голубые сигары лайнеров. Алиталия. Аэрофлот. Люфтганза. Внуково. Стадион команды Трансаэро (все хвалились стюардессы - лучшая авиакомпания Европы). Летал в Париж: задняя стенка. Кресло не откинуть. Сейчас - то же самое. Бизнес-класс весь пустой. Да и в эконом-классе есть местечки. Мы с братом, хоть и у стеночки, да вдвоем - легче пить сок, винцо, хрустеть конфетками. Когда понесли горячую картошку с курочкой - и вообще хорошо. Родина уплыла вниз из-под шасси. Стюардесса на себе показывает принцип работы надувного жилета. Стройная, в синеньком, а напяливает оранжевую сбрую. Одновременно детское и воинственное: амазонка-девственница. Нашим уже весело. Литра два - не меньше. Сначала оживление на одном ряду. И только мужики. Потом еще ряд, еще. В ход пошли уже и пассажирки: бурное обсуждение - вы из Воронежа? А мы из Саратова. Голос Чебоксар (женщины Поволжья) - явственнее всех. Чебоксары всех заметней. В теплую Италию нужно прибывать теплыми и свободными от тяжелых раздумий про вайнахов и их авиа (или авизо?). Ели-пили, уже голос: «Снижаемся». Бесстрастное, маленькое солнце, одинокое в плоской синеве. Расплылось, заиграло между белой рухлядью кучерявых облаков. Небо - к дождю. Облака - собраннее, четче. Лучи мешаются с бархатной белизной, и вылезают серые тени, как у пышной красавицы после бурной ночи под глазами и вокруг губ. Рождение туч не успело состояться. Брюхатый «Боинг» поднырнул. Открылось бледно-зеленое море. Вдали - коричневый плоский берег. И - совсем не близкие - горы. В наушниках торжественный Фил Коллинз («No Jacket Required») - Sussudio. Чужая, желанная земля все ближе - разваленные каменные сараюшки, большой песчаный карьер, сочная трава в желтых одуванчиках. Резкий бросок вперед. Ремень - в живот. Промелькнули зеленые пинии. Встал стеной сверкающий на солнце аэровокзал. Старые аэробасы без моторов. Толпа уже на все согласных саратовских-воронежских-чебоксарских взрывается бурными аплодисментами (спасибо экипажу - долетели!). Брат от винца раскраснелся. Серьезен. Говорит: волнуюсь, столько знаю, а ни разу не видел. Отвечаю: сейчас увидим. Рев двигателей стихает. Весельчаки бурно выскакивают из кресел. Кто-то показывает пустую бутылку вискаря, озорно подмигивает - еще по сто! Рукав-гармошка присасывается к овалу выхода. Жадно всасывает разгоряченную массу. Аэропорт Да Винчи. Рим.

Tags: За сундучком
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment