Заметки на ходу (часть 547)
Пробирался не по набережной Сены, но по узкой улице Риволи. Лувр напоминает букву «П», с вытянутыми ножками. Основной корпус, от которого растут «ноги», имеет квадратную форму, с огромным двором посередине.
«Ноги» вытянуты в направлении Елисейских Полей, а заканчиваются в саду Тюильри. Там, где левое и правое крыло отходят от основного корпуса, имеются утолщения – четыре продолговатых двора. С одной стороны они покрыты стеклянными крышами: в этих дворах расположены скульптуры.
Ноги-крылья завершаются двумя башнями со срезанными крышами-пирамидами. Башен десять. На стенах огромные плакаты. Сообщается о временных выставках: мужик в шапке-ушанке и скульптор Jan Fabec, с позолоченными агнцами – то в колпачке, как у клоуна, то в галстуке-бабочке. Барашек на колченогих ножках ожидает удара. Символ Христа в клоунском колпаке. Барашка глупый, трогательный. Жалко неудавшегося христосика.
Можно пройти в музей с улицы Риволи. Арка под названием Passage Richelieu, выводит к высокой башне с круглой крышей. Между аркой и башней располагаются две стеклянные пирамиды. Они маленькие, одна – большая. Маленьких башенок три, а большая –посередине.
Большая стеклянная пирамида с трех сторон окружена треугольными фонтанами. Сами фонтаны невысокие, а водная поверхность водоемов весьма обширна. Берега водоемов отделаны невысокими бортиками, выточенными из серого гранита.
Поражает перспектива, открывающаяся из-под сводов арки. Если разделить пространство прохода на три части, то одну треть занимает маленькая пирамида. На высоте двух третей проема располагается вершина большой пирамиды, а под потолком оказывается округлая крыша башни. Все три точки расположены на одной линии, она делит проем пополам. Эффект сильный, остановил меня в утробе темного, гулкого прохода. Модерновые пирамиды, а сквозь них рвется ввысь крыша старинной башни. Единение старого и нового. Старое – выше. Снимок, сделанный на «Lumix» – самый любимый.
Выйдя во двор, справа увидел памятник Людовику XIY. Конная статуя короля не большая, но «яростная» – конь присел на задние ноги. Передние оторвались от земли. Все было бы грозно, если бы не король. Он добродушный, у него несоразмерно длинные ноги.
Статуя как-то изогнута, перенасыщена игривостью, завитушками и манерностью. Стиль рококо. «Что делать, - задал вопрос, глядя на статую, - плакать или смеяться?»
Лувр в светло-коричневом великолепии слегка эклектичен. Крылья-ноги, отделившиеся от основного здания, выполнены в стиле классицизма. До Михайловского дворца – истинного классицизма – здесь далеко, но все же. Классическая манера перебивается элементами барочного стиля – пышного и невоздержанного. К тому же, эта статуя короля, как из сказки Перро.
Основное здание выстроено раньше, чем боковые. Двойственно. То же самое, что и с Нотр-Дам – христианский храм, но находящийся под присмотром адских уродцев.
Здание Лувра внушительно и торжественно. Три этажа. Но элементы игривости, порочности ощущаются. Дом, будто выставленный на солнце масляный торт, пышный и соблазнительный, за мгновение до того, как он начнет оплывать. Еще чуть-чуть – и дрогнут, задрожат четкие и незыблемые линии.
Мастера, построившие модерновые пирамиды, «отечную» природу здания чувствовали. Опасная «зыбкость» истории в XVI-XVIII веках, когда и возник Лувр воплотилась в строении.
Абсолютизм, Просвещение, захват колониальных владений, войны, кровавое богатство –все отразилось. В глубоких подвалах здания тайно горят адские огоньки.
Современные архитекторы пригвоздили музей к почве твердыми, ледяными пирамидами, заморозили торт от порочного растекания. Залили кубы льда холодной водой фонтанов.
Мастера поработали и внутри здания. Откопаны башни и стены средневекового замка-крепости, каким Лувр был в X-XI веках. Четырехугольное, мощное укрепление с круглой башней посередине.
«Ноги» вытянуты в направлении Елисейских Полей, а заканчиваются в саду Тюильри. Там, где левое и правое крыло отходят от основного корпуса, имеются утолщения – четыре продолговатых двора. С одной стороны они покрыты стеклянными крышами: в этих дворах расположены скульптуры.
Ноги-крылья завершаются двумя башнями со срезанными крышами-пирамидами. Башен десять. На стенах огромные плакаты. Сообщается о временных выставках: мужик в шапке-ушанке и скульптор Jan Fabec, с позолоченными агнцами – то в колпачке, как у клоуна, то в галстуке-бабочке. Барашек на колченогих ножках ожидает удара. Символ Христа в клоунском колпаке. Барашка глупый, трогательный. Жалко неудавшегося христосика.
Можно пройти в музей с улицы Риволи. Арка под названием Passage Richelieu, выводит к высокой башне с круглой крышей. Между аркой и башней располагаются две стеклянные пирамиды. Они маленькие, одна – большая. Маленьких башенок три, а большая –посередине.
Большая стеклянная пирамида с трех сторон окружена треугольными фонтанами. Сами фонтаны невысокие, а водная поверхность водоемов весьма обширна. Берега водоемов отделаны невысокими бортиками, выточенными из серого гранита.
Поражает перспектива, открывающаяся из-под сводов арки. Если разделить пространство прохода на три части, то одну треть занимает маленькая пирамида. На высоте двух третей проема располагается вершина большой пирамиды, а под потолком оказывается округлая крыша башни. Все три точки расположены на одной линии, она делит проем пополам. Эффект сильный, остановил меня в утробе темного, гулкого прохода. Модерновые пирамиды, а сквозь них рвется ввысь крыша старинной башни. Единение старого и нового. Старое – выше. Снимок, сделанный на «Lumix» – самый любимый.
Выйдя во двор, справа увидел памятник Людовику XIY. Конная статуя короля не большая, но «яростная» – конь присел на задние ноги. Передние оторвались от земли. Все было бы грозно, если бы не король. Он добродушный, у него несоразмерно длинные ноги.
Статуя как-то изогнута, перенасыщена игривостью, завитушками и манерностью. Стиль рококо. «Что делать, - задал вопрос, глядя на статую, - плакать или смеяться?»
Лувр в светло-коричневом великолепии слегка эклектичен. Крылья-ноги, отделившиеся от основного здания, выполнены в стиле классицизма. До Михайловского дворца – истинного классицизма – здесь далеко, но все же. Классическая манера перебивается элементами барочного стиля – пышного и невоздержанного. К тому же, эта статуя короля, как из сказки Перро.
Основное здание выстроено раньше, чем боковые. Двойственно. То же самое, что и с Нотр-Дам – христианский храм, но находящийся под присмотром адских уродцев.
Здание Лувра внушительно и торжественно. Три этажа. Но элементы игривости, порочности ощущаются. Дом, будто выставленный на солнце масляный торт, пышный и соблазнительный, за мгновение до того, как он начнет оплывать. Еще чуть-чуть – и дрогнут, задрожат четкие и незыблемые линии.
Мастера, построившие модерновые пирамиды, «отечную» природу здания чувствовали. Опасная «зыбкость» истории в XVI-XVIII веках, когда и возник Лувр воплотилась в строении.
Абсолютизм, Просвещение, захват колониальных владений, войны, кровавое богатство –все отразилось. В глубоких подвалах здания тайно горят адские огоньки.
Современные архитекторы пригвоздили музей к почве твердыми, ледяными пирамидами, заморозили торт от порочного растекания. Залили кубы льда холодной водой фонтанов.
Мастера поработали и внутри здания. Откопаны башни и стены средневекового замка-крепости, каким Лувр был в X-XI веках. Четырехугольное, мощное укрепление с круглой башней посередине.