Сапер

Одичалый деверь Яшка –
Наш, семейный, но какашка,
Трудно это чмо понять,
Тронь такого – он вонять.

Фаталист, паршивец, хлипкий,
Но живуч, как кустик гибкий,
И не пьет, но все грустит,
Сам с собою говорит.

Вдруг взбрыкнет и лезет в петлю,
Горло финкой острой треплет.
На запястье – раны след,
В сердце тычет пистолет.

Тело бито, рожа рдеет,
Сам же он ее имеет.
Разбежавшись, бьется лбом
И орет про перелом.

Ведь давненько должен сдохнуть,
А не в алых струпьях сохнуть.
Но коптит десятки лет
Дохнут люди – деверь нет.

Три жены, пяток любовниц,
Пьющих, трезвенниц, чаевниц,
Пережил же, старый черт,
Хоть и был о шкурку терт.

Он сапер, ходил на мины,
Нюх на бомбы – как у псины,
Чует смерть, ноздря дрожит,
На груди медаль блестит.