i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Сундучок зеваки. 59. Точка зрения

Можно посмотреть: Солженицын, классик, герой школьных учебников. Н. любит этого… ну, как его – в Америку смылся. Во! Довлатов неприятности писал про коллег, друзей. Стиль, говорят, необычный. Неподражаемо емко описывал маленькие гадости. Гадости становились большими. Эта метаморфоза маленькой мерзости, маленьких людей в литературное событие завораживает. А если события выдумать. Я – про Солженицына. Гулаг, конечно, был. Вот «солженицынского» только не было. Нескромность фантазии на горькую тему, цветные перья гипертрофированного «я» посреди многих и многих серых ватников – вот это ложь. Нехорошо.

Подобрал будто бы Твардовский. Он – о «Теркине». Великолепно прибранное в простые рифмы черное русское пламя. О вещах немыслимых, невыразимых – легкой складушечкой, народной частушечкой, смешным (если б тогда можно было) матерком. Элем Климов в «Иди и смотри» - пробовал. Слабовато, но хоть что-то. И неподражаемая Лариса Шепитько в «Восхождении» (кстати, отчего на наших прилавках есть Такеши Китано, а Шепитько – нет?). Вопрос – Твардовский и «Новый мир». Осторожный Лакшин. Редактор запил. Замредактора на работе. Владимиру Яковлевичу вместе с А.С. Берзер. Нужен именно такой деятель «оттепели» - пьющий (а мы простили!) русский талант. Идеальная картинка для господ из Оксфорда и Кембриджа. Хорошо работать с такими стандартными заготовками из России. Порциями эти милые рязанские сюжеты будут слать нам Лакшины. У них там, в Англиях-Америках, свои придурки, которым нужно втюхивать и образы, и искусство, которые они примут и заплатят хорошие деньги. Твардовские на разных концах мира разные (Теркина в Штатах никто не напишет – у них «Рядовой Райан» – его и спасают). Но в разных концах – одинаковые Лакшины, Берзер и Кондратовичи. Вытащили с Матрениного двора не очень и сидевшего учителя математики. Тот писал коряво, нескладно (то ли дело писатель Павленко! До сих пор с удовольствием почитываю перед сном) – в хорошо смазанную «машину иллюзий» - в «Новый мир» шестидесятых. «Кирпичик» Ивана Денисовича хорошенько слепили, крепко прокалили опытным редакторским лазером. Этого Ивана Денисовича (печатать или читать!) обсуждали в партийных верхах. Носил туда этот «кирпичик» в газетке пришедший на короткое время в трезвый ум Александр Трифонович. Печатать! Пошло-поехало, как по команде. Какая-то родня Леонида Андреева в Англии «Ивана Денисовича» переводит-облизывает. Французы, немцы шумною толпой. Почему-то итальянцы (им-то что за печаль?). Солженицын (то ли цену всей этой публике знал, то ли действительно непроходимо глуп) – жахнул своего «теленка». Там сразу ясно, кто люди дубовые, деревянные, а кто герой. В Оксфордах-Кембриджах – будто бы война. Мог так пакостничать обличитель Гулага или права не имел? Солженицын на вопрос Достоевского отвечал - не тварь я, дрожащая, а право имею. Вот так почти девяносто лет всех и имел – и Россию-Родину, и пьяненького творца поэтической эпопеи Твардовского и… А вот Лакшина с Берзер – не сумел. Что-то такое вякнул, а Владимир Яковлевич уже свою книжечку состряпал. Тут и Жорес, и Рой Медведевы, какие-то ученые бабы из Франции. Слепили книжку в ответ. Солженицын мечтал – в Америке, на английском, все мои «кирпичи» про Гулаг (не хуже, чем у Панферова). Но Лакшины в России с друзьями Томасом Уитни и Генри Карлайлом решили – рано. Залпа не будет. Им еще зачем-то нужна была держава под названием СССР. Александр Исаевич же писал: «Мне нужен залп, от которого не выстоит их держава. Вот так патриот! Вот так школьный классик! Лапшиным и А.С. Берзер держава была ох как нужна (пока).

Думал ли кто о настоящих Иванах Денисовичах? Думал Шаламов, да с ума сошел. Гумилев-младший тоже немало исходил в фуфаечке, да умнее был Солженицына. Понимал: империя-Россия от плевков и зловонного дыхания некоторых математиков не разваливается. С этим вечным материалом работают Эткинды и Лакшины. Знают – зачем разваливать великую страну? К тюркам, к хунну отправился мыслить Лев Николаевич. Россия – это не исторический фронт. Россия – это сам исторический поток. Где-то у истоков этого вечного потока и пытался побродить сын расстрелянного поэта-белогвардейца. А может, действительно, Довлатов-то не дурак был. Ведерко с черной краской и у него было. Черной краски на великий поток не хватило. Вот он и мазал настолько, насколько хватит. От обиды и малости ведерка и запил, и умер.

У Солженицына ведерко было не больше довлатовского. Время выдалось подходящее. Брызнул – далеко разлетелось. Твардовский был нетрезв. Лакшины ведерко помогли поднять и плеснуть именно в направлении ветра. Можно сказать, помогли «мастеру» оправиться. Да и над маляром этим неумелым тут же и насмехаться начали.

Кончилось все в суде. В американском. У престарелого судьи Вильяма Швартцера. Ну, прямо Абрамович и Березовский – в Лондон. Позорище-то. Уберите вы этого Солженицына из школьной программы. Верните Островского «Как закалялась сталь».

Tags: Сундучок зеваки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments