i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Сундучок зеваки. 52. Прокурорское одоление

Трое их было: Тверитинов, Посошков, Татищев. Тверитинов с «Новыми философами» - врач (русским доверяли больше, чем иностранцам). Скептик. Вроде как тянуло его к протестантам – да не вытянуло. Смеялся и над тем богом, и над этим.

Посошков – разумные законы и образование. Отвергал суеверие старообрядцев, но презирал и западную любовь к роскоши. Трезвый расчет. Умер сразу после Петра.

Татищев (вместе с Прокоповичем и Кантемиром) – война и современные технологии. Русский рационализм – с этих троих. Были и прежде, да писали мало. Эти - создавали труды.

Думаю об этой троице возле Республиканской прокуратуры. Несчастные прокуроры. Что там, что у нас. У Ларса фон Триера (в «Поющей в темноте») несчастную Бьорк судят, а потом вздергивают в петлю не за что. И где в суде прокурор? Полицейские – молодцы. Адвокаты – красавцы. Присяжные – душки. Судья – орел. Но что случилось у них там с прокурорами? В лучшем случае невзрачные людишки, в худшем – негодяи и уроды. В наших фильмах – то же самое. Серость и простота. В книгах вообще прокурорских мало. Уж как в «Человеке, который закрыл город» Нахапетов вытягивал образ прокурорского следователя! Вроде, вытянул, но все равно чувствовалось – вытягивал.

Между тем, прокурор – надзиратель за правильным применением закона. Важнее судьи. Судья разделывает «мясо» права. Иногда вострым ножичком, иногда ржавым топором. Как получится. Прокурор же следит, чтобы «мясо» закона всегда было свежим. Санитарный врач мясных рядов.

Совокупность законов – совокупность норм рационального порядка. Высшая концентрация абстрактной мысли, повернутость на дело упорядочивания стихии человеческих отношений.

В «стихии человеческих отношений» недостатка в России никогда не было. Стихии человеческого только православие и противостояло. Сначала (в конце XYII в.) появились новые религиозные ответы на бездну дикости. Помнит ли кто Василия Волосатого? Сравнительно недавно жил Василий. В корке грязи и гнойных струпьев бродил сей праведник. Программа простая: сжечь все книги и поститься до смерти. Так и умер с голодухи. Царь Алексей скончался через несколько дней после взятия Соловецкого монастыря. Знак. Конец света не за горами. Козьма Андреев – презрение к греховному миру – на все вопросы – ответ: «Нет» (Нетовщина). Уж Аввакум с Никоном были мертвы, но битва фундаменталистов и теократов все разгоралась. И те, и другие не желали нового порядка и по-своему стремились к старине и божьему уложению.

Подлинный раскол Руси – в расхождении замкнутой окско-волжской цивилизации (сторонники и Никон, и Аввакум) и новыми порядками, что настали после 1667 года. Удар в сердце православного христианства. От фундаменталистов – не благочестие, а беззаветная ненависть ко всему западному, а от теократов – не христианское правление, а железная церковная дисциплина.

Страна искрила гигантскими крестьянскими восстаниями (Стенька Разин дважды на Соловках был, молился). И – куда же без него – антисемитизм. Старообрядцы вопили – Никон позволил евреям переводить церковные книги. Царь вступил в греховный западный брак, любовные зелья врачей-евреев. Кто там был в космополитах при Сталине? Красавцы! Прет страну на этом топливе до сих пор. Были три безумца – Тверитинов, Посошков, Татищев. От них – досужие разговоры о грамоте и разуме. И уж совсем потешные заведения, вроде российской прокуратуры.

Tags: Сундучок зеваки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments