i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Category:

За сундучком.18. Кавказцы в Большом

Подморозило. Мелкий снежок. Светло, тучи высоки и не тяжелы. Часто бываем с И. в Питерском Доме художника. Жена идет впереди, а я наблюдаю. Рождественские торжества в кабачке, что устроен прямо у входа в Союз. Томные женщины (художницы). Одеты небогато (золота и брильянтов не наблюдается), но изысканно (деревянные резные украшения, шерстяные платья и высокие сапоги на стройных ногах). Расслабленные седоватые мужчины (бородатые, джемперистые и в темных джинсах). Вкусно курят. Сигареты кладут небрежно в толстые хрустальные пепельницы. Не водка. Коньячок. Не сок в тетрапаках, а кувшинчики с морсом. Нет пластиковых бутылок. Есть «Боржоми». Сердце мое слабеет. Революционный гул души смолк. Близка богема. Люблю ее и не вступил в это заранее проигравшее войско только из-за ложно понятого статуса победителя. Они лучше меня. Они - художники, а я нет. Завороженно смотрю на     слегка пьяных людей, что не матерятся, не бьют друг другу морды, а женщинам говорят тонкими голосами: Душечка, Милочка и даже - в особом подпитии - Мадам.   И., незаметно подойдя сзади, - что, своих увидел? Я - не увидел, почуял. И. - пойдем уже. По традиции - в лавку художника. Долго рассматриваю рулоны холста, багет, кисточки. И. ищет некий кукольный клей (для подружки Люды - та на пенсии, шьет смешных кукол). Появляется веселая толпа, несется по широкой лестнице наверх. Слышатся слова - бенефис, итоговая выставка. Точно - юбилейная выставка. Народ прибывает. Кто? Любовь Нарышева? «Байкальская коллекция»? Проект «Свободные художники Петербурга» (на этих «свободных» и затащила меня И., прослышавшая о них вчера в Русском, пока я млел с Ильичем). Может, «Русский Север»? Творческий отчет о поездке на Белое море и на Ямал? Дом Союза художников - грязноват и простоват. Грязь - не запустения, а чрезвычайно плотного присутствия людей. Жена говорит, что плотность культурной жизни в Питере тяжела и труднопереносима. В каждой церкви - беспрерывные концерты, а такого Союза художников ни в какой Москве не сыскать. Пять выставок сразу, постоянная смена декораций. Соглашаюсь. Безумие и игра, а улицы - декорации под открытым небом. В каждом дворе-колодце можно устраивать камерные выступления (какова акустика!). На площадях могли бы играть концерты, а по проспектам вытягивать оперные массовки. Трагики могли бы произносить монологи у подножия памятников, а персонажи комедии дель арте рассекать в гондолах темные воды каналов. Художники, что в большом количестве работают под открытым небом, делают это не только от нищеты и неустроенности. Чуют - город-фабрика умирает. Призраком - в бледных отсветах мониторов и телеэкранов, раздвигая трели сотовых телефонов - раздувается фантастическое поселение. И этот переливающийся перламутром пузырь с веселящим газом искусства, превращенного в изысканный товар, был предсказан Белым в романе с одноименным городу обозначением. Блок видел будущее этого монстра, но надменно оставался на берегу веселящего океана (в соседнем доме окна желты). Бугаев, в простоте (был не так талантлив, как Блок) и жадности, бросился в смертельную пучину. Тянул за собой хохотушку Любу. Тоже оказалась проста - ринулась за Бугаевым. А.А. было это грустно. Может, вот он - истинный итог и достижение революции?

Выяснилось, что открывают вернисаж Галины Железняковой. Бесплатно, бесплатно - громко оповещали смотрительницы большого зала. Сегодня - открытие. Столы с недорогим шампанским. Пирожные. Кофе. Фуршет. Старенькая художница в черном блестящем платье. Глаз острый, не старый, молодой. Галантные старики, в грязных пиджаках и разбитых ботинках, галантно целуют юбилярше (сколько ей - 100?) ручки. Фантастическое обилие работ. Скульптуры небольшие, своеобразные. Хотя бы одну такую - домой, навсегда. «Свободные художники». Огромный зал. На большом полотне - мясо тел. Все темно и залито красным. Лысая голова. Маковая головка в левом, темном углу. Название: «Маковые поля». Дикая и завораживающая композиция из искореженного нервно металла: «Кавказцы в Большом». Скомканный в гармошку звероподобный бородач режет по горлу расправленную в гладкость листа балерину. Жутко. Уже не хочется революций. Ужас и удовольствие.

Решено. Драматический театр. Билеты успели перехватить в Академический, им. Комиссаржевской. Дариус Фо. «Один голый, другой во фраке». Клоунада, фарс в жарко натопленном зале. Там кавказцы, режущие балерин. Здесь - голые аристократы в мусорных бачках. Большие окна вестибюля выходят в переливающийся тысячами огней огромный питерский Пассаж. Бродят люди с цветными коробками в золотых лентах. Там. А здесь, по полу, словно сорванные новогодние флажки, рекламки спектаклей, идущих в Академическом: «Дон Жуан», «Буря», «Мыльные ангелы» и так далее.

Tags: За сундучком
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments