i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Categories:

Крым. 2 - 18 августа 2017. 113

Платон про Эйдос, как концентрацию смыслов. Я - концентрирую. Не совсем смыслы (скорее - интересы). Концентрация неполная, посудина, где идет «замес», протекает. Смыслы, рожденные природой, являются реже, чем подготовленные вещами. Пастернак про образ, входящий в образ. Процесс беспрерывный. Поскольку образ иного покидает неизбежно образ принявший, то надежда на слабое зрение - что уловило в процессе, то и есть картина мира. Откладывается в памяти. Про предметы у поэта Бориса так: предмет сечет предмет. Раскаленный самовар - неизбежно кипяток. Иронично об высекателе образов высказался Сартр: «Он стоит всех - его стоит любой». Всунуть все человеческое в одного хмыря - немилосердно. Сказка об Аладдине и волшебной лампе - дух в медном узилище. Духотища, скованность, безнадега. Правда. Импрессионисты - художники мещан и мелких буржуйчиков - фривольно швыряли предметы в наспех выкрашенное пространство. Анестезиологи. У меня - хуже: любитель салонной живописи - Деларош, Канабель, богатенький поляк Семирадский. Вот уровень концентрации смыслов. Люблю подглядывать, подслушивать. Хорошо, мать научила (она, по молодости, один из лучших колористов в стране - несколько невиданных ранее цветов запатентовала, создав). Попробуйте изобрести цвет, не подглядывая! Мама обожает лиловое, переходящее в фиолетовое, сумрачное. Я тоже мозгами из сумеречного. Она вбила в сознание (почти по Пастернаку): сочетаются формы предметов ближних, дальних, объемных (надутый шар), необъемных (серебряный перстенек). Главное - форма воздушного пространства между многообразными вещами. Воздух сочетается с ближними, дальними формами. Мать всю жизнь предпочитает формы воздуха. Отсюда несбыточные мечты, спонтанные идеи и разочарования в несбывшихся фантазиях. «Подскочить» на материнский уровень не удалось, играюсь с грубыми предметными формами. Яркие воспоминания, не случайно отпечатавшиеся: пароход, мешки с песком на палубе, бегаю, маленький, по мешкам в тумане, стелящемся над глиняными берегами. Волга. А вот река Урал. Песчаные намывы раскаленного песка, одинокие деревянные баркасы, валяющиеся на берегу. Бивень мамонта в краеведческом музее Уральска. Сурок, торчащий в степи, около норки. Башня Казанского вокзала в Москве. Исаакий в Питере. «Фиат» на московской улице в экспортном исполнении. «Фольксваген-жук» у общежития Академии общественных наук. Сухие пятки отца. Розовая газовая косынка матери. Брат, ныряющий в Кувшинское озеро. Пахнущие молоком жены распашонки сыновей-младенцев. Дети хранят ненужный, с точки зрения взрослых, хлам - фантики, шарики из алебастра, сломанных солдатиков, осколки цветного стекла. Но «вскройте» мозги взрослого - увидите там все ту же любимую кучку фантиков. В сознании матери было больше цвета. У меня - солдатиков с поломанными сабельками. Чем старше, тем неподъемнее хлам жизни. Знаешь: до этого никому нет дела. Все теснее, уже становится отверстие в «боку» лейбницевской монады. Тьма туч, разрыв, по деревьям стремительно несется свет навстречу холодным окнам. Сердце чуть оживает. Но и «скручивается» от отхлынувшей световой волны.
На вершине горы, на опушке леса, залитой красным солнечным сиянием, оказался у подножия великого сцепления смыслов. Не понял ничего, но почувствовал: здесь - иное. Искал его давно, неожиданно оказался в центре и - ничего не понял. Может ли почти белая трава расчленять каждым стебельком лавину алого жара? Но вот он - вибрирует, бежит рябью в соответствии с каждым стебельком. Годами притирается головной мусор к нагромождению форм внешней среды. Лихорадочно расшвыриваю кучу хлама в сознании - нет соответствия. Может, раскаленная палитра Ван Гога? Пожалуй. Но он и Сезанн, и Гоген - не импрессионисты, а наоборот. Не мое. Привык к уютному мещанству. А тут - лес, трава, солнце чудищем свалились на голову, приоткрыло солнечный глаз. Обуял трепет верующего перед истуканом. Искал пещеры, а набрел на иное. Навсегда в памяти, как ледяная вода на солнцепеке. Бежать - не могу. Слишком красиво и чуждо. Оглянулся - на дне ущелья, под каменным навесом, темная дыра, узкая, как ножевая рана. Пещера. Если доберусь, опарышем втиснусь в пораженный гранит - может, и спасусь от чар чуждой красоты.
Tags: Крым
Subscribe

  • Мелочь, но приятно

    На Чебоксарской автобазе АО «Водоканал» состоялась прекрасная встреча с трудовым коллективом.

  • Мелочь, но приятно

    Встреча с гражданами, проживающими на бульваре Миттова, дом №5, города Чебоксары.

  • Мелочь, но приятно

    Вместе с братом Олегом на заседании Высшего экономического совета под руководством Анатолия Геннадьевича Аксакова.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments