Крым. 2 - 18 августа 2017. 94

Лавочка с чаем расположилась на краю провала. Были на вершине хаоса, но теперь видна захватывающая дух глубина. Пока Л. делает покупки, стоим с Петром на краю пропасти. Мальчик потрясен, прекратил поток слов. Слышу разумное: «Дядя Игорь, ведь хаос, он всюду одинаков. Как же так! Неразбериха наверху, совсем другая - внизу. Хаос на высоте приятнее. Значит, есть один хаос и другой?» Надо отвечать. Вопрос непростой. Ответ помогает искать не математика с физикой (там хаос однороден). В культуре есть вещи выше хаоса, мощнее. Утробное хаотичное мычание зверя упорядочивает слова. Но есть гармония. На границе безобразного и прекрасного гнездится хаотичность, неразбериха. Разрушили труды Микеланджело, нашедшего гармонию античности и христианства. Дело трудное: греки эротичны, христиане стыдливы, гонят Эрос в дверь, а он пролезает в окно. Завершил разгром Делакруа. Энгр, воюя с ним, выполнял ту же миссию. Хаос. Себялюбец и циник Делакруа (всю прибыль - в свой карман, учеников не держал) в мутной воде буржуазного сознания отлично научился рыбку кормить. Но появился литограф, сотрудник журнала комиксов «Шаривари». Опора Домье. Рисовальщик-сатирик. Бальзак: «У этого парня под кожей мускулы Микеланджело». Художественный критик Добиньи, увидев роспись потолка Сикстинской капеллы, глубокомысленно заметил: «Это как Домье». Журнальный рисовальщик издевался над буржуями. Луи-Филиппа изобразил в виде безобразной груши. За это посажен в тюрьму. Давно известно: гражданский подвиг опаснее и труднее военного. Художник продекларировал бесполезность разговоров о гармонии, если общество расколото на богатых и бедных. Горе здесь безобразно, бедность ничтожна. Бедность - не порок, а достоинство. В хаотичном мире капитала восстановить Микеланджеловское равновесие труднее, чем во времена Ренессанса. Домье этого добился неимоверным талантом. Делакруа, Теофиль Готье, Гонкуры не афишировали своего отношения к революции 1848 года. А вот Виктор Гюго написал о павших героях. Домье был на баррикадах, где саблями рубили рабочих. Хаос революций XIX века подготовил неизбежную неразбериху века двадцатого. Преодолевать его труднее с каждым разом. Необходимы не только взгляды, но и действия. Не теоретизируй, возьми в руки булыжник, подставь под удар жизнь. Оноре Домье придал достоинство бедности и плечом к плечу бился с голытьбой на баррикадах. Есть сегодня «грушевидные» морды. У Луи-Филиппа Орлеанского скопился жир, вот задница и больше плеч. Художников таких не осталось. Не жаловали немцы французских «свершений» в области искусства. Их хаос «заковали», «законопатили». Бонапартизм - религия мещанина. Это Бисмарк, железом и кровью прекративший мешанину раздробленных германских княжеств, королевств, вольных городов. Даже Брехт возвещал: «Бодлер - певец страстей мелкой буржуазии». Исторический хаос столкновения немцев и французов. Наполеон III не желал усиления Германии за счет объединения. Втянул страну в неподготовленную бойню против пруссаков. Позорный проигрыш. Французские буржуи оказались настолько бессильными и трусливыми, что пригласили прусскую армию подавить восстание рабочих в Париже в 1871 году. Парижская Коммуна пала. Рейнская (угольная) область отошла к Германии. Хаос в обществе напоминает хаос в природе. Выше общественной неразберихи «дух народа» (Маркс). Парк - место, где сталкиваются сила природы и вожделение человека, желающего ее переделать. Из малюсенького немецкого княжества Зигмаринген в Алупку прибыл на место природных руин садовник Карл Август Кебах. Потрясение от полученного задания - упорядочить, очеловечить буйство скал. Вырвался молодой человек из Зигмарингена, словно из темного чулана (южных морей-то не видел). Лучшего паркового специалиста нельзя было и придумать. Всю жизнь посвятил Кебах битве с суровым камнем.
Петру сказал: «Важен не «верхний» или «нижний» хаос. И там, и там он будет всегда. Ты лучше подумай, есть ли у тебя силы одолеть его». Л.: «О чем разговариваете?» Я: «О Кебахе и скалах».