i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Заметки на ходу. Первое письмо другу (часть 40)

Вид возвышающихся гор меня завораживает. Классический набор – море, пляж, горы, жара. Что за море без гор! Что за море, если в него не с чего нырнуть! Ни одной скалы, ни одного камня – только волнорезы. Какие могут быть песчаные пляжи? Нужна волна, шуршащая камушками. Нужны раскаленные голыши, горячие, овальные тельца которых можно положить на поясницу или живот. И крымские леса, в которых так замечательно гулять. Может, в Коктебеле или Судаке хорошо. Но там нет дубовых рощ. Там пологие склоны холмов и низеньких вершин, покрытых желтой, выгоревшей травой.



Среди нисходящих к морю отрогов вскоре должна была показаться Алушта, а там и раскрыться море. Мне хотелось, чтобы Ирина увидела море в лучах заходящего солнца. На небе не было ни облачка. Небо стало сиреневым внизу и почти белым, чуть-чуть голубым в вышине.

Въехали в шумную Алушту с ее высотными жилыми домами. На минуту притормозили на суетливом, многолюдном автовокзале. Здесь, в Алуште, в 69-м году я впервые отдыхал с родителями и маленьким братом Олегом на море. Из Уральска к нам приехали бабуля с дедулей. Море мне понравилось, особенно его голубая, какая-то легкая, бархатная вода. Можно было купаться сколько угодно, и при выходе на берег тебя не колотило от холода. Я много купался в Волге и в Урале, и в самый жаркий день после купания в тяжелой речной воде все равно пробирал озноб. Спасал только горячий песок – желтый на Волге, почти белый на уральских отмелях.

После Алушты дорога вновь пошла в гору. Впереди нас ждала Ялта. Море при закате мы все-таки увидеть успели. Ирина чуть не вскрикнула от неожиданности, увидев огромную вдвинувшуюся прямо в темнеющее море гору. Она разглядела в этом чудище настоящего медведя, будто прильнувшего мордой к воде, чтоб напиться. Это был легендарный Аю-Даг.

За ним, сообщил я жене, - Артек и древний Гурзуф. Вновь на душе стало хорошо и чуть горько. Старый уже.

Когда объезжали гигантского медведя сзади, показалось, что обозначилась сквозь лес дорога, по которой мы поднимались на вершину горы.

Когда в 73-м я впервые был в Артеке, то в первый раз поднялся так высоко по горной тропе. Что может быть прекраснее бескрайней морской шири, открывающейся с вершины.

Проехали Гурзуф, ротонду Никитского ботанического сада. Спустились в гигантскую чашу между вздыбившимися вершинами горного кряжа. В этой чаще, как в створке раковины, лежит жемчужина – праздничный город Ялта.

Небо стало темным и лишь в морской дали, у горизонта тлело сиреневым светом. Ялта была залита огнями. Видно было, как огни высотных жилых домов взбегают по краям.

У ялтинского автовокзала, еще более людного и шумного, чем Алуштинский, стояли минут десять. Окрестности я знал хорошо. Мигом добыл две бутылочки запотевшей

«Оболони». Дядька-шофер уже не ворчал, видя, что мы попиваем пиво с орешками.

Вывеску, обозначающую, что проехали Ливадию, я не успел разглядеть. Упала мгновенная черная ночь.

Автобус петлял по старой крымской трассе. Непередаваемое чувство – вокруг огромные горы. Но ничего не видно. Не видно бескрайнего моря, которое тут же, по левую руку. Глазам твоим доступен только квадрат дороги, вырезанный автомобильными фарами в кромешной тьме. Этот противень света, присобаченный намертво к шустрой коробочке микроавтобуса, скользит по дорожной поверхности, плавно вдвигаясь в крутые повороты.

При подъеме в горы закладывает уши. Ирина выдохнула: «Ух, ты! Как на самолете!»

Пошли узкие улочки Мисхора, Гаспры, Кореиза. Квадрат света, отбрасываемый автобусом, блекнул, растворялся в уличных огнях этих городков. Они похожи. Невысокие дома. Вторые этажи отягощены выдвинутыми над улочками деревянными навесами, верандами, мансардами. Замысловатые лесенки со стертыми каменными ступенями, убегающие вверх. Стены домов, ограды увиты виноградом, плющом, чайной розой.

Мелькают магазинчики. По узеньким тротуарам идут легко одетые люди. Мужчины в шортах. Женщины в легких сарафанах или полупрозрачных сари.

В шалманах под открытым небом играет музыка. Вкусно пахнет жареным мясом, рыбой. Переливается светомузыка. То грохочут мощные балы санаторских дискотек, то несутся жалобные стоны ресторанных исполнителей про «Владимирский централ». Поют на русском. Вывески на русском. Всюду русская речь. Русских здесь любят и ждут. Крым – русская земля.

Предупредил водителя, чтоб в Алупке он высадил нас у горсовета. С этого возвышенного места дорога уходит вниз, к главной городской площади, к морю, к парку и Воронцовскому дворцу. Дорога узкая, подпертая с обеих сторон старинными домами.

Отсюда же идет дорога дальше, к автостанции, на Симеиз. А вправо убегает широкая дорога к верхней, главной трассе.

От остановки до академической дачи нужно пройти метров двести, мимо бывшего дома градоначальника.

На дачу, отделенную от дороги стеной, слепленной из неизменного ракушечника, ведет калитка, сделанная из сплетенных в узор кованых прутьев. Возле калитки – мемориальная доска из белого мрамора с барельефным портретом Архипа Ивановича Куинджи.

Куинджи не был женат. Детей не было. Землю в Алупке он купил в собственность. Построил дачу. Завещал землю и строение Академии художеств в Петербурге. Так и получилось, что в Алупке есть участок земли, принадлежащий российскому учебному заведению. С мая студенты проходят здесь практику – под руководством преподавателей и профессоров рисуют крымскую природу. К сентябрю здесь в основном отдыхают преподаватели, получившие курсовки через профком Академии художеств. То есть по смехотворным ценам.

На практику после второго курса попал сюда и Миша. Так и ездит уже несколько лет с мамой во второй половине августа. Покупают курсовки и нам. В прошлые годы я ездил с детьми. Теперь вот приехал с женой.



Tags: Заметки на ходу
Subscribe

  • Между прочим

    Встреча с руководством города Алатыря.

  • Между прочим

    Тамара Арсеньевна Манаева проводит ликбез с руководством СНТ «Энергетик» Моргаушского района.

  • Между прочим

    Вместе с Манаевой слушаем о болях и бедах СНТ «Союз» Цивильского района.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments