November 24th, 2021

Крым. 2 - 18 августа 2017. 184

В плавках так никто и не купается. Долгие годы мужики натягивают, то ли трусы, толи шорты. Лет десять на мне вольные спортивные трусы (черные, с белой окантовкой). Из них торчат мускулистые ноги, что очень нравится. Плотная широкая резинка не дает трусам сползать при прыжке в воду. Ценно. Вода прозрачная, и сверкать голой задницей неприлично. Если трусы сползают, то следует суетливая манипуляция - натягивание кусочка ткани на место. Плывешь с ластами под водой, а края колышутся, ласкают кожу. Материя быстро сохнет. Вылез из моря, заграбастал пригоршней все, что можно, отжал. У брата - длинные импортные шорты, с забугорными нашивками. Стоит на волнорезе, волна, ударившись, грозно взмывает вверх белой пеной, и О. по пояс мокрый. Однако, сдвинуть братишку-толстяка с места не просто. В одной руке у него плотный пакет с белым сухачом, в другой - стаканчик. Мощный родственник-тяжеловес задумчиво смотрит вдаль. Належавшись под тентом, он пришел ко мне. Женщины и Петр остались на лежаках. Стою на набережной, возвышающейся над волнорезом. Возле крутятся визгливые собачки - пуделек, игриво подстриженный, лохматый пекинес. Пудель трется призывно о мою ногу гладко выбритым животом. По бетонной лесенке, от моря, поднимаются две грузные тетушки в сари. Хозяйки шикают на собачек, командуют отстать от меня, следовать за ними. Сочные. Грешно, но мыслишка проскользнула: «Сами не прочь о мою ногу потереться». Полненькие, взглянули ласково - умеют читать мысли? Женщины, с которой вел беседы в первые дни, уже нет. Видимо, все-таки уехала. Вместо женщин спускаются на волнорез, туда, где глубоко задумался над пучиной О., двое - такой же толстый, как и он, грузин и рыжая хохотушка. Снова греховное: «С грузином, волосатым и толстым, - молодуха. Мой брат не хуже. Денег у него маловато. Зато умен. Задумался не на шутку о мировых стихиях. Ум компенсирует недостаток финансов. Если есть талант, слетаются к такому деятелю прелестницы, словно мотыльки на огонь». Горло пересохло. Воды не захватил. Горячий ветер выветривает изо рта влагу. Хотел попить в шалмане - не дали. Дядька, что готовил плов, крикнул: «Нельзя! Вода не питьевая». - «Так дайте, хоть стаканчик, питьевой», - огрызнулся я. - «Покупай, - предложил повар. - Видишь же, пол-литровая «Крымская», сорок рублей». Сорок! Не лох. Гордо удалился. Пить хочется, не будешь же лопать морскую. Слюна - продукт чудесный. Эксклюзивный товар. Не имеет постоянного коэффициента вязкости. На выходе из харчевни столкнулся с немытым, лохматым дедушкой. Узнал. Раньше он сидел возле общественного туалета и брал за вход двадцать рублей. У Хафизы, хозяйки, дочь Алика работает в Алупкинской администрации. Обратился к ней, старика сдуло. Теперь вход в пахучее заведение свободен. Там и пью воду из умывальника. Лохматый субъект сладенько пропел: «Доброго вам здоровья, улыбок на весь день». Не знает, бедный, кто его с насиженного места согнал. А он, вслед, что-то вовсе несуразное: «Как сегодня рыбка ловится, лов нормальный?» Хотел спуститься к брату, как зазвонил телефон - мама из Питера. Сообщает, что неожиданно получила письмо с «Химпрома», за многие годы начислили дивиденды: 1850 рублей. Спрашивает, с чего бы это. Отвечаю, что мною проведена определенная работа. Хозяева предприятия взвыли от проверок, инициированных мной. Может, оттого и смахнули крошек с барского стола. Взял трубку М.. Рассказывает, как Ю. терпеливо позирует, а М. ему бутылочку пивка в оконцовке покупает. Ю. доволен. Для огромного полотна «Основание императором Константином Царьграда» позируют обычно бомжи. Требуют денег. С племянником работать удобно, не накладно. Архитектор, показывающий императору чертежи, срисован братом с кудрявого, седобородого нищего, что стряс с живописца двести рублей. Говорит, дорого. Возражаю: за несколько часов неподвижности - это немного. С Ю. удобно. Один раз позировал на песочке, напротив Крестовского острова. Но выбирались и на Фонтанку.
Спускаюсь к задумчивому О., сообщаю о звонке из Питера: «Мать говорит, что спаиваю тебя», - рассказываю содержание маминых претензий. О. показывает рукой со стаканом на пляшущий в волнах буй. Заявляет: «Думаю о коррозии. Разрушится трос - разрушится металлический шар. Что в морской воде гниет быстрее? На, подержи вино», - просит О.. Беру стаканчик, пакет. Брат, словно грузная торпеда, уходит в глубину. Только шорты мелькнули.