September 6th, 2021

Крым. 2 - 18 августа 2017. 133

Пострел нехорошо завизжал, словно воробью удалось стронуть с места чайку. Понравилось. Дрон накренился по-боевому, пошел в атаку на меня. Наглый малыш! Человек взаимодействует с природой и с людьми. Жизнерадостные материалисты талдычат о преобразовании мира человеком. Эта работа приобретает смысл в труде. Когда человек выделывает человека, атеисты уверены: переделка природы важнее. Младенцы счастливо сочетают эти особенности, испражняясь под себя. Тут тебе и природа, и маме - покой. Способность мыслить - следствие наивной наглости. Маленький нахал уверен: переделать ближнего - главное, а совершить воздействие можно путем прямого действия. Проказник послал машину с острыми винтами на меня. Уверен: буду уворачиваться, негодник возбудится еще больше. Девка же подчинилась. Стою, не собираюсь уворачиваться. Слышу легкое шипение вращающихся винтов. Ближе. Еще… Тут возгласы. Стокилограммовая тетя, вскочив из трюма, хватает юного «квадрокопца» за руки, тянет пульт управления на себя. Машинка, с сожалением искромсав воздух, резко ушла вверх. Огромные груди тетки колышутся, головенка любителя похулиганить вдавлена в живот. Дрон превратился в черную точку. Из воды показалась голова ныряльщицы. Башка бесенка плотно прижата. Слышны звонкие шлепки. Девица в воде оживилась, купальник в воде кажется раскаленным: «Ты же видишь - дядя. Мог покалечить. Говорила: не смей направлять на людей». Тут и седой дядька бросил парус, шумит, будто булькает: «Нюра, сдурела… Не смей… Ты же знаешь!» - «В мальчонке дело. Он бы искромсал мне лицо. Где-то в Бразилии бабочка махнула крыльями. Чудовищное переплетение взаимозависимостей, и вот - не хулиган, а маленький вертолет ушел за пять метров от меня ввысь. Судьба. Спасибо бабочке - избавила от боли», - мелькнуло в голове. Наглость - мать мысли, безотчетная уверенность, что это не мне «делают», а я «делаю». Причем, моментально. Пройдут десятилетия. Мальчишка запаршивеет кожей, облысеет, поймет: не человек преобразует мир, а он методично «делает» человеческую обреченность. Обидишь по глупости соседа - обиженные объединятся, сомнут в пять минут. Могут и не уничтожить. Но здесь-то, что царит над всем? - Судьба. Даже Маркс»… Плеск воды, брызги - знакомая, презрительно на меня посмотревшая, не менее грациозно (несмотря на возраст) сиганула ласточкой в прозрачное море. - «Дрон испугался моей красной лысины. Мальчику не дали кайфануть - причинить другому боль. Урок - в красных пятнах на попе от материнских шлепков и запрет на наслаждения. Пройдет лет десять, двадцать - и уже взрослый парень за штурвалом настоящего вертолета пойдет, поливая все вокруг смертоносным свинцом, в атаку на город, деревню. Ох, лучше бы его игрушечная машинка достигла меня сегодня. «Меня яхтсмены, не видя, с высоты сняли», - перемалывал в голове лихорадочно завихрившуюся метель чувственных эскизов. Основное время «внутренней жизни» - пурга, похожая на то, что происходит со мной сейчас. Четкая мысль, яркое чувство вырастает из этого навоза. Четкость предполагает контрастность. Мысленная дребедень - замаскированный контраст. Механически помогаю соседке выбраться на волнорез. Взгляд у нее вопросительный: «Может, сегодня у нас получится?» Другой возбудился бы, а от меня нелепость: «А знаете, Каналетто прав: перспектива имеет окрас. Он искажается - солнечный или лунный свет - в зависимости от удаления. Просто - к одиннадцати часам утра солнце выглядит компактным шариком. Расстояние меняется - на закате оно мягкая клякса». - «Да вы, действительно, ненормальный. Вам - про Фому, вы - про Ерему», - фыркнула, свернула подстилку, ушла. Я, дурак, вслед: «Но ведь ваше лицо вблизи не такое, как издали, хотя фигурка…». - «Глупый, глупый, - развернувшись, бросила в мой адрес, - вот и ходите ободранным до скончания…». Нырнул, пошел под водой в сторону яхт. Седой дядя поймал дрон, крикнул соседям: «Пошли, нечего здесь делать. На моторах, все равно ни ветерка». Три судна медленно заскользили к Ялте. Корабль с толстой мамкой, малышом, русоволосой девушкой задержался. Подплыл под брюхо посудины. Схватившись за водоросли, повернулся лицом в маске вверх. Дно у корабля тяжелое, темное. Взбудоражил воду. Тяжелая рыбина проползла надо мной, затаившимся подводником.

Между прочим

Деревня Малый Сундырь Чебоксарского района. Ранним утром селяне провожают на выпас стадо коров. Тут как раз я с Сергеем Матвеевым. Сначала относятся с недоверием, но потом завязывается мирная, заинтересованная беседа.

Мелочь, но приятно

Московский район города Чебоксары, сердце» чувашской земли Чандрово. Селяне дружно отмечают день деревни, поздравили их и я, и директор Чапаевского завода Резников. Огромную помощь оказывают мне помощники: Федор Степанов и Ефимов Саша.