April 15th, 2021

Крым. 2 - 18 августа 2017. 36

Встал на колени, смотрю сквозь воду. Камушки на дне чистые, живые, ни травинки. Ничего яркого, светло-желтого или зеленого. Есть серый, коричневый. Пунктирными точками светятся белые камушки. Словно в стекло «залиты». Покойно. Напоминаю молящегося мусульманина: приближу лицо, отодвинусь. Мысль о слабости восприятия не тревожит - и так сойдет. А если бы острота зрения была помощнее? Иметь бы механизм - покрутил рычажок где-нибудь на затылке, разрешающая способность восприятия увеличилась. Или уменьшилась. Мог бы приглядеться к молекулам, даже атомам. Частички бегают, дрожат в напряженном противостоянии, исчезают, появляются. Мир наполнился бы шуршанием, мощным, грохочущим. Каковы бы были мысли?
Шум, веселые крики. Кое-кто из туристов решил повторить бросок через забор. Женщины: «Зачем через забор? Есть же проход!» Мужчины: «У людей получилось, попробуем». Пора подниматься в гору. Сократ начинал диалог с простых вопросов. Добирался до сложнейших силлогизмов. А я? У водопада превратился в рефлексирующего язычника. Чуть ли камушкам не молился. Глубокого проникновения в окружающее не жаждал. Тупо радовался каменному разноцветью, чистоте источника. В примитивном находил удовольствие. Шумящие люди - способны ли они покинуть уровень беззаботности? Зачем им Спиноза? Рембрандт? Связь между предметами, как драма? Мне же неймется. Соблазняет метод Сократа: от простого к сложному. Одоление. Путь. Что в конце? Мрачный сумрак Рембрандта или светлая радость победителя?
Кряхтя, встал, перебираясь с камня на камень, двигаюсь вправо. Узкая насыпь из камушков, как вздувшаяся жилка под твердой кожей, намечает путь. Другого пути нет. Лезу. Скользко. Ноги срываются, камушки летят из-под кроссовок. Круто забирает тропинка, опираюсь на руки. На четырех конечностях медленно продвигаюсь вверх. Выгляжу толстой, грузной обезьяной. Наблюдающие снизу в недоумении крутят пальцем у виска. Если бы ориентировался по реакции других, так бы и топтался со всеми за оградкой. Борьба с самим собой, словно схватка Евпатия Коловрата с быком. Камни, отлетая, звонко щелкают, как монеты в песне «Рink Floyd» «Money». Начинаю потеть. Только бы не сбилось дыхание. Оно и так тяжелое. Плююсь. Сморкаюсь. Близко невысокие кусты, куда заползаю все так же, на четвереньках. Там - светло. Тень, создаваемая деревьями, отступает. Грохоча, выползаю с другой стороны зарослей. Снова лысая поверхность - блестит. Если опереться лишь на ноги - проскальзываешь, дергаешь ногой, так что мышцам больно. Опасно, как на чешуйках искусственного снега на трамплинах возле Московского университета. Много сил отнимают холостые усилия. При проскальзывании ног сбивается дыхание. Те, кто лазил по горной тропинке раньше, - не дураки. Кончаются силы на крутом подъеме. Резкий поворот. Тропинка становится ровной, камешки исчезают, черная потертость от бесчисленного количества ног ведет к водопаду.
Пыхтя, но забрался высоко. Встаю в полный рост. Покачивает. Грохнусь - смерть. «Язычок» дорожки, ведущей к водопаду, упирается в хрупкую, с высоты, загородочку. Люди, как разноцветные гвоздики, торчат. Несколько ударов молоточком - войдут в серую поверхность. Водопадное озерко, как потерянное зеркальце, поблескивает. Подбираюсь к слабой водяной струйке. На другой стороне водопада вздымаются ввысь здоровенные сосны. Чуть слышная капель. Мою ладони, утираю лицо. Кто-то решительный добирался сюда, ополаскивал щеки, лоб. Забыл легкую штангу, на кончик которой надевается фотокамера для снимков на расстоянии. Находка напоминает телескопическую удочку. Зажим, к которому подведен проводок. На рукоятке нажимаешь клапан - язычок, выведенный из проводка, нажимает на кнопку аппарата. Снимок готов. С такими палочками сейчас можно ходить в музей. Снова ползу вверх на четвереньках по горбатой скале. Скрыт низкорослыми дубками. Стесняться некого. Карабкаюсь, как придется. Смешное же это зрелище!

Мелочь, но приятно

Уникальные специалисты воспитывают молодежь в стенах 1-го колледжа. Но ведь можно же работать, можно возродить нашу промышленность! И название Чувашской Республики вновь зазвучит достойно и гордо.