January 15th, 2021

Не ко времени. 5

Маленькие городишки – ночью, как воришки. Чуть показались в свете автомобильных огней, поставили подножку в виде «лежачих полицейских» - да и скрылись. Ввинчиваюсь в световой тоннель искусственного света. В лесу, в поле, оплюет разбившимися о лобовое стекло мотыльками (зимой – снежными хлопьями). Какой-нибудь город Дериглазов появился, исчез, но что-то успел стырить. Когда темень, думаешь не об окружающем, вынужден дремать, либо разбираться с собственными мыслями и чувствами. В башку влезают, вместе с усталостью от дороги, тени родни, знакомых. Рассматриваете друг друга, молчите. Никаких диалогов. Шекспир, из-за малости островка, на котором обитал, «подпитывал сюжет», сжимал. Не пьесы, а гармошки. Остальных драматургов перепортил. Какой, к черту, разговор Гамлета с тенью отца! С тенями не разговаривают, но на темной дороге, на скорости в 150 км/час, образы посещают. Маленькие ночные городки тырят дрему, обмишуривают с тенями. Голова остается пустой.
Москва ночная – иная. Ничего не крадет: мелькают обнаженные сизыми фонарями дома, автострады. С тобой рядом несутся мотоциклисты, автомобили. Раз – перед глазами фургон с надписью: «Понять и простить». Или стоит легендарный Волк из мультфильма, опершись на плетень, приговаривает: «Ты, есси чё, заходи». Иногда дорогие спорт-кары, в специальном окрасе, напоминают то ящера, то льва. В основном же дешевые «Логаны», «Кияшки». Распространены китаезы – страна крепких мыслителей и ворованной технической цивилизации. Собянин построил туннели, эстакады, дорожные развязки на нескольких уровнях. Умишко не играется в тени. В длиннющей автомобильной трубе представляю себя пассажиром авто, несущегося не в Москве, а как в «Солярисе» у Тарковского, а в Токио.
Двор на Варшавке, где обитаю временно, среди казенной мебели и фужеров, перекрыт шлагбаумом. Полгода не могу встать на учет в ЦКБ (жена не хочет приезжать в Москву, ей тоже необходимо прикрепиться к тому же лечебному учреждению, а также написать заявку, чтобы по моей просьбе по мобильному автонабору открывали шлагбаум). Жду для этого жену, а она не едет. Слезаю возле автомойки, расположенной в цокольном этаже высотки. Из аэропорта обычно успеваю доехать до дома чуть позже двенадцати ночи. Сегодня «причалил» к часу. У наших подъездов шикарные авто. Шустрые пацанята в резиновых сапогах, в клубах белесого пара моют черный невиданный агрегат производства Нижегородского автопрома. Не «Хантер», вепрь. Такая игрушка потянет лимонов на 10-12. Водяной пар похож на то, во что превратился мозг. Грязные воды утекают в водоотводящие канавки. Очень напоминают мне медленную зигзагообразную походку. С шоферами всегда прощаюсь ласково (не значит, искренне).
Поднимаюсь по лесенке, ведущей с цокольного этажа к дому. Консьержку уволили недавно. Два лифта – пассажирский, грузовой. Оба чистые, работают. Сделаны в Щербинках. На грузовом ежедневно съезжаю с велосипедом – обязательная ежедневная поездка. Скинув кроссовки, куртку, включаю электрочайник. У меня есть халва (27 рублей упаковка), плитка шербета (за 36 рублей) из соседнего «Перекрестка». Лимон. Штук пять бананов (обожаю их). Валюсь в кожаное кресло в зале. Пью чай, сосу шербет. В телике прыгает раздувшийся, словно пузырь, Володя Соловьев. Ноги кривоваты. Сам напоминает не терпящего возражений хозяина женской пошивочной. Там и Шахназаров. Бледный, измученный Станкевич – все его пинают, издеваются. Соловьев, имеющий официальный годовой доход в 60 млн. рублей, гогочет по-барски с Жириком. Тот постарел, плох. Понимает, что Соловьевские игрища центром имеют вот это Солово-Жириковское глумление. От этой говорливой компании замутило. Кинул в рот таблетку снотворного, решив выспаться на следующий день до упора и лишь затем ехать в Думу.

Мелочь, но приятно

Состоялось заседание партийного актива. Вела его руководитель Вурнарского районного отделения партии. Обсуждали насущные проблемы. Нужно формировать предварительные списки кандидатов в Государственный Совет Чувашской Республики по одномандатным и партийным округам. Кто будет поддержан, зависит от партийцев района. После дискуссии и обсуждений предполагаемые кандидаты в депутаты вносятся в список секретарем районной организации и направляются в Чебоксары, в бюро регионального отделения политической партии. Ну а потом, в ходе конференции, будет закреплен окончательный список. Важно, чтоб это было гласно, открыто. Попросил завершить процесс обсуждения в ближайшие десять дней.