September 10th, 2020

Питер. 2 - 7 2017. 80

Полы каменные, потолки высокие, коридоры узкие, в просторных мастерских печки (хотя кое-где их разобрали). Живопись - радостна, поскольку прильнула душа человеческая к краскам, несмотря на формы, что сдерживают ее. Но дух суровой строгости, выматывающего многомесячного сумрака навечно поселился в стенах Академии. Высокие окна помогают с мая по июль. В остальное время года они и наполняют внутренние помещения застывшей темнотой. Лишь керосиновые фонари боролись с беспощадной северной природой, пробиравшейся в здание. Живое пламя в печах собирало вокруг оборванных, продрогших студиозиусов. У ректора Репина в помещении, куда вела узкая винтовая лестница, был устроен отдельный кабинет. Много месяцев провел он в мрачных чертогах. Пламя, шумевшее в печах, выработало в нем несгибаемую, страшную силу. Огонь творчества перехлестывал телесные границы. Он еще, как русский человек в парной, подбавлял водички, швыряя ее на раскаленные камни. Работал беспрерывно, сутками, а питался капустой да репой. Спал на морозе, с поленом под головой. С утра с усов свешивались сосульки. Чурбачок под голову - это у Репина, философа, и библиотекаря Федорова. Не зря рвал глотку Вассиан Патрикеев. Не сломили огненного Аввакума, гнившего в холодной яме.
Минуем винтовые лесенки в толстых стенах здания. Таинственные объекты. Ведут наверх, а куда - неизвестно. Самая ценная учебная аудитория в полном распоряжении брата. Бесценные экспонаты хранятся в застекленных шкафах. На стенах анатомические рисунки мастеров. Человеческие скелеты обладают неповторимой ухмылкой. Но здесь, рядом с чугунным утопленником, с которого сняли кожу, костяные весельчаки выглядят серьезными. В провалах глазниц - печаль. Май месяц, но М. расхаживает по амфитеатру учебного класса в толстом свитере, напоминает капитана норвежского китобойного судна. Показывает нам свои печатные и уже законченные работы. Являются студенты-прогульщики. Доцент М. суров. Сижу за верхней партой, в уголке (В. в это время пьет кофе в закутке, за шкафами). Строгость преподавателя по душе: я, проработавший долгие годы в университете, был мягок. А что? Если китайцы прибыли к русским учиться - так вот вам! Желтолицие создатели хитрых электронных игрушек не возражают, терпеливы. Тысячелетиями выработанное уважение к старшим.
Жилище для человека главное. В омываемой Гольфстримом игрушечной Европе Возрождение (опора не на Бога, а на разум и человеческое творческое начало) естественным образом началось с Дома. Научились у средневековых мастеров - крепкий свод. Но не стреловидный, а куполообразный. Строили виллы, дворцы. Но не для Бога, а для человека. Вздох строгости и свободы. Владельцы дворцов являлись флорентийскими банкирами и венецианскими купцами-барыгами. Бабло в итоге победило. Уже с эпохи Браменте проникает в архитектуру дух формализма, условности. Смена приоритетов - поклонение не Господу (тут - формализм), а золотому тельцу - доказала: бескорыстная вера в Бога лучше почитания золотой монеты. Строение Питерской Академии выполнено в стиле академического периода в итальянской архитектуре (XYI век). Типы, воспитываемые в этих толстых стенах, - своеобразны. Дворец-палаццо Фарнезе архитектора Антонио де Сангалло младшего в краю редких грубых шведских крепостей и финских оленей.

Мелочь, но приятно

Встреча с коллективом ООО «Хлебозавод» райпо Комсомольского района. Подарили объемную сумку мягких вкусных пряников. Ем. Испытываю удовольствие.