?

Log in

No account? Create an account

September 19th, 2019

Дворцовая площадь - прекрасна. Перебивает впечатления от питерской тьмы, облезлых домов, мутных дворов. Канал Грибоедова безнадежно измучен. Подморозит - ледок, а на него мелкий снежок белым саваном стелется. Все - смерть, зима пришла на Неву, на каналы до пронзительного балтийского апреля. Ночью теплее, и смерть природы оказывается ненастоящей - каналы освобождаются от бутафорского льда, мрачная вода пожирает белизну снежка. Саван расползается, открывается сизое, но живое тело, тяжело дышащее между гранитных берегов. Кромвеля закопали, выкопали, повесили. В Питере нестойкой зимой хуже: труп закопали, выкопали, повесили, а труп-то еще жив. Опять закопали, выкопали, мертвец - не совсем мертвец. Гришка Распутин вжился в нездоровый ритм странной столицы на семи ветрах. Травили - не до конца. Стреляли - не застрелили. Вроде пустили под лед, а он как бы снова жив. Когда жгли - труп-то встал со смертного ложа.
Смерть - безусловна. Мысль эта - основа любой цивилизации. Страх перед абсолютным концом существования - вот вам религиозные фантазии, которые вынужден обслуживать мозг. В Ленинграде смерть теряет свою главную особенность - безусловность. Город разрушения мрачных аксиом. Блокада. Гитлеровцы с финнами думали - каюк. Люди неспособны на мрачный подвиг. «Разум Запада» - легковесен в своем рационализме. Их мысль - слаба, ведь бессильно сдается перед инстинктами. Мы вынуждены существовать в зверином теле. Рацио - раб лохматого чудища под названием гомо сапиенс. Уж больно покорно разум, западнее белорусской границы, сдается. Слабая надежда - редкий «полет» возбудившихся разумом гениев. Совсем не часто, своими башками, пробивают они свинцовые плиты инстинктов. Страшная штука - мышление под неподъемным слоем животного. Пресмыкающийся раб. В Ленинграде не одиночки, а, до недавнего времени, многомиллионное население упиралось силами мысли и гвоздило, взрывало, пережило безусловность смерти. Смерти нет – вот бессмысленный вопль ленинградской толпы. Кто-то мечтает о голове, освобожденной от сального тела. А народ, поставивший на разум, взлетевший гордо над тюрьмой животности. Но - было! Люди, поднявшиеся над коллективным телом. Жрали трупы, чтобы сохранить разум и сыграть-таки в не сдавшемся городе Седьмую симфонию. Больные фантасмагории Гоголя, прожектор разума, бьющий сквозь грубую материальность в «башне Иванова». Попов послал радиосигналы из Кронштадта. Менделеев с почудившейся таблицей химических элементов.
И сегодня (бог с ней, с рыхлой Москвой!) - все в Питер (в тяжелый город). Но мало - из Питера. Путина ругают, а ползают перед ним на коленках. С одной стороны - крыло Казанского собора. С другой - храм Спаса на крови. Отрезок узкого канала, словно термометр улицы. Бултыхается то в мороз, то в оттепель. Канал, на своем упругом теле (словно зарубки на ружейном прикладе), фиксирует колебания: сдох - не сдох. Гранитные стенки. Нужно держать «водную ртуть» термометра. Глянешь - канал измочален, истерзан. У гранитного берега - серый, толстый, край льдистой корки. Штука на вид неприятная. Сало валяется на жаре, приобретает желтовато-серый цвет. Такова «окраина» оледеневшей воды. Чуть дальше - месиво, тонкий лед. Большие пластины перемежаются хаосом мелких осколков. Кое-где, на осколочках, - мокнущий снег. Как ледышки превращаются в неподвижную воду - загадка. Видно - ледок, как стекло. Потом исчезает и сама стеклянная тень. И воды оборачиваются таинственными зеркалами. Такие же видим у Тициана, у Веласкеса.
Странные здания, бегущие вдоль каменной набережной, наклоняются над руслом, задумчиво смотрятся, отражаясь. Все неярко, все оцепенело.
В доме покойника зеркала завешивают. В Питере притоки Невы не завесить. Случается страшное, то, чего боятся люди увидеть в зеркалах в доме умершего. В этом городе можно бесконечно смотреть в черные стекла и в то, что отражено. Там - подтверждение: смерти нет! Все может сползти в бездну. Каждое мгновение. А может, этого не произойдет никогда. Потому что Александрийский столп, что вознесен над Дворцовой площадью, с великим напряжением держит лохматую шкуру зверя, имя которому - Ленинград.

Tags:

Деловая переписка

Волжская межрегиональная
природоохранная
прокуратура

Депутату
Государственного Совета Чувашской Республики
Молякову И.Ю.


Уважаемый Игорь Юрьевич!
Волжской межрегиональной природоохранной прокуратурой рассмотрены Ваши обращения о нарушениях природоохранного законодательства в Чувашской Республике.
ВRead more...Collapse )

Latest Month

October 2019
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner