February 4th, 2019

Москва. 27-29 октября 2016 года. 14

Рафаэль и толпа - не соединимо. Одиночество - вот условие созерцания прекрасного. Очередь. За колбасой. Хватит ли? Чем ближе к обретению мясного ломтя, тем сильнее нетерпение. Желание приобщиться к прекрасному – та же суета. В основе - животная жадность. Книжки, картины или Площадь святого Петра в Риме: основанием является «колбасное» начало. Человеческое ожидание мечется на пятачке: сверху - высокое, переходящее в фанатизм. Снизу - голод и смерть от отсутствия хлеба, воздуха, воды. Многим хорошо между фанатизмом и голодом. Крайности не нужны. Но есть харизматики, желающие жить на окраинах.
Понятие прогресса исчерпало себя. Необходима новая глубина проникновения в святость. Или в смерть. Прыгаю с камерой за спинами престарелых дам. Сохранение приличий: они стараются подольше постоять у картины (будто бы наслаждаются). Боюсь толкнуть притворщиц.
Рафаэля нужно не смотреть, а «прочитывать». Способ оживления персонажей состоит в том, что это - персонажи. Огромные фрески композиционно безупречны. Рафаэль мастер выстраивания сцен. Предшественник кинематографа. Пьяный киномеханик оборвал пленку, на которой запечатлен фильм «Парнас», «Афинская школа». Но пленка, на мгновение замершая, вставлена в аппарат, а кадры вновь побежали друг за другом. Философы жестикулируют, спускаются и поднимаются по лестнице великолепного здания - декорации. В экспозиции, привезенной в Москву, нет фресок, обширных полотен (за исключением святой Цецилии). В этом ее слабость. Здесь «этаж», на котором успешно работали иные великие мастера (тот же учитель Перуджино). Но великие деятели Возрождения несли неслыханную тайну (Дюрер - разочарование в точных науках, Леонардо - поиск несовершенств в христианстве, Микеланджело - революционное ниспровержение основ). Рафаэль велик Богом, который «крутил» фильм, да порвал пленку.
Справа от входа размещена картина с изображением Аньело Дони (галерея Уффици). Чуть дальше портрет женщины – та же галерея. Рисунок головы. Бумага, от ветхости, желтовата, а само изображение легкое, «испаряющееся». Черты нанесены красным, но, кажется, исчезают, и черты девушки стираются. Леонардо рисовал лучше. Работы Микеланджело, выполненные углем, страстные, четкие, «вгрызающиеся» в бумагу. Не «растворяются», не улетают. А здесь крепкая работа мастера. Подобных набросков у него - пруд пруди. Набросал в профиль человека и - забыл.
Восторженные зрители. Согбенная бабушка с тросточкой (редкие седые волосы на подбородке) шевелит губами, словно молится перед образом. Посмотрел портрет «Немой женщины», Элизабеты Гонзалес, тронул графический рисунок ангела (Брешия, Пинакотека), погрудное изображение молодой женщины (рисунок из галереи Уффици). Добрался до главного: липовая доска, знаменитый «Автопортрет». Небольшое изображение - великое. Тут Рафаэль выходит за пределы расчетливой мастеровитости. Он здесь и не сценограф. Тут - чудо, собравшее и резкость Микеланджело, и подозрительное лукавство Леонардо да Винчи. «Мону Лизу» - творение, равное «Автопортрету» Рафаэля, знает каждый. Она на футболках, на пластиковых пакетах. Но «Автопортрет» - столь же таинственное, чудесное, затертое до дыр произведение – не превратили в объект массового потребления. Леонардо - хорош. Не порочен. Знал о темных сторонах своего времени, но, в силу того, что итальянец (солнечный человек), ремесленник и мыслитель, не мог впасть в «меланхолию» (Дюрер). Тут мне люди из очереди - не указ. «Вперился» в изображенное, «жру» глазами, как голодный мясо. Вокруг шипят: «Гражданин, сколько можно! Дайте другим». «Можно, - думаю, - и дать, а посмотреть шипящим не дам». Жадность, несмотря на силу, не универсальна. У каждого уровень ее проявления свой. Чувствую - пихают. Выталкивает кто-то мощный. Оглядываюсь: толстенный парень. Понял: шутки плохи. Бочком выбрался из толпы страждущих.

Между прочим

Приехали в указанное место. А жители-то правы! Действительно – мусорная катастрофа. Понаехала полиция. Но здесь очень жестко и умело в общении с правоохранителями проявил себя Алексей Владимирович Никитин.

Мелочь, но приятно

Хороши люди в Шумерле! Однако раньше посещали наши встречи в основном просители. А в последний раз удостоились посещения граждан активных, думающих, задающих порой неприятные вопросы, но и предлагающих конкретные решения. Вот бы нам таких по всей Чувашии побольше!