January 15th, 2019

Москва. 25-28 июня 2016. 63

Утром в телике ругали Пушкова и «Постскриптум». Будто бы он и его «эксперты» несут «пургу». Пушков - крайне неприятный тип. Хуже Гозмана. Тот разыгрывает роль простака-либерала: Ленин - зверь, Сталин - упырь, Гайдар - солнце. Ельцин - достойный человек. Под простыми лозунгами Гозмана – долгие годы ходили Старовойтова, Политковская, Немцов и т.д.. Но гораздо хуже «путинские» патриоты типа Старикова. Они не создают внятной идеологии. Они разрушают возможность ее создания в принципе. Мол, Ельцин разрушитель и коммунисты дураки, но есть еще люди, способные спасти Россию. И получается, человек-то только один.
Люди склонны верить выдумкам, но ленятся пораскинуть мозгами, а уж осознать очевидные факты - смерти подобно. Пушковы и Стариковы особенность эту используют на сто процентов. Лепят, хитрицы, конъюнктуру. Пушков: Сталин подыгрывал Гитлеру. Доверился. Западные границы к боестолкновению не подготовил. Разведчики предупреждали - не верил. Первые дни войны - в прострации. А в действительности – вовсе не в прострации. Западные границы готовил, о войне знал. Перестраивал промышленность и сельское хозяйство задолго до начала войны.
Хороши западные «права человека», но перед Гитлером лишь Франция продержалась сорок дней. Бесплодные «трепыхания» поляков. Подлая покорность чехов. Прибалтийская, скандинавская мелочевка.
Переключил канал: «Алые паруса» Птушко. Хороший фильм, но одолевающее, в последнее время, предчувствие алого, недоброго, а не жизнеутверждающего, радостного, возбуждается автоматически при виде этого цвета. В мозгу стучит: война на дворе, война. Второй день беспрерывных речей. Под вечер - странный концерт. В КПРФ было так: закрыли мероприятие, потом - концерт: Губенко с женой читают стихи, Михайлов с Ножкиным поют под гитары. Военные ансамбли.
У «Справедливой России» иной подход. И характер номеров, и музыка - иные. Чуть закрыли мероприятие - выскакивают стройные мальчики, девочки, бьет барабан, партнеры, пританцовывая, вожделеют. Устроители считают: так человечнее.
На банкет не остаюсь. Ныряю в городскую духоту. Один, с тяжелым рюкзаком, набитым литературой. Спешу в скверик, где спрятался Театр «Моссовета». За забором из чугунных прутьев - женщины. Не старые. Редкие мужчины молодятся, в рубашечках с коротким рукавом, джинсиках, макосинчиках. В руках - цветы. Театр московского среднего класса. Играет Домогаров. «Странная история мистера Джекела и доктора Хайда». Здание театра имеет балкон на втором этаже. Там - праздная публика, с удовольствием разглядывающая толпящихся внизу. Перед дверями - бурление. Пробившись к кассе, понял, чего суетятся: ищут лишний (и дешевый) билетик.
Есть билеты! Четыре штуки. Кассир: «Бронь сдали. Берите скорее». Я: «Сколько?» Кассир: «Шесть тысяч». Снова я: «За четыре». Она: «Вы что, молодой человек! За один!» Почувствовал себя далеко не молодым. И почти не человеком. Быстро покинул «передний край», переместился на асфальтовую площадку двора. Несколько десятков раз спросил у дамочек лишний билетик. Презрительный отказ с оттенком ужаса в глазах, словно просил о стыдном. Бойкие старушки суют рекламки: «Театр эстрады! Суперкомедия - «Сирена и Виктория»! В ролях: Татьяна Кравченко, Олеся Железняк, Николай Добрынин. Цена - от 800 рублей. Одна из актрис играет в сериалах заразительно ржущих дам бальзаковского возраста. В тройке она, как лицо медийное - коренное. Задыхаясь, бегу к концертному залу имени Чайковского. Билетов нет: концерт-то замечательный - Симфонический оркестр Москвы исполняет произведения Мусоргского, Рахманинова, Чайковского. Последние зрители заскакивают за тяжелые двери, ведущие в фойе. Старушка в черном и белой шляпке пыталась всунуть билетик за 750 рублей. И эта цена для меня неподъемна. Поехал на Курский вокзал, в «Киноцентр». Посмотрел бодренькую вторую серию боевика «Иллюзия обмана».
В купе - дядька в трусах и голубой майке. Также парень в черном - джинсы, рубашка. Напоминает монашка. «Монашек» - командированный инженер. Все время говорит о какой-то металлической упаковке. С ней что-то не то.
Заказал чай с лимоном. Мужик в трусах также взял чай. Вздыхает. Позвонила какая-то Лида, и он долго извинялся, доказывал: не повторится. Лида клокотала так, что была слышна на все купе. Неожиданно дядя сказал: «А иди ты!» и, пузатый, отправился на верхнюю полку. Чай пил странно: слезет, глотнет, опять залезет наверх.
Двое на ужин взяли голубцы с картошкой. Я - котлетку с макаронами. Расстроенный мужик съел холодные голубцы утром, когда тепловоз подтянулся к Чебоксарскому вокзалу. Я, после котлеты и бутылки воды, уснул. Приснился совсем одряхлевший Морган Фриман.

Деловая переписка

Депутату
Государственного Совета Чувашской Республики
Молякову И.Ю.


МИНИСТЕРСТВО
ЗДРАВООХРАНЕНИЯ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Департамент организации экстренной медицинской помощи и экспертной деятельности (далее - Департамент), рассмотрев Ваши обращения от 12.11.2018 № 11-93, поступившее в Минздрав России, и от 12.11.2018 № 11-91, направленное в Минздрав России из Администрации Президента Российской Федерации, содержащие коллективное обращение жителей Чувашской Республики от 18.10.2018 по вопросу восстановления в Российской Федерации системы лечебно-трудовых профилакториев (далее - ЛТП), сообщает следующее.
Collapse )