January 22nd, 2018

Питер. Декабрь-январь 2015-2016 года. 107

Снилось, что некто принес много денег. Мне должны немало, а тут принесли меньше, чем рассчитывал. Гражданин дал и несколько почтовых открыток. Из Америки. С красочными марками, а текст на английском языке. Спрашиваю: «Зачем мне открытки? Если для меня, то что написано?» Должник: «Внимательно всмотритесь». Смотрю на марки, перевожу взгляд на деньги. 500 рублей, 1000 рублей. Настоящие, красивые, как марки на забугорных открытках. Только маленькие и на несерьезной бумаге. Похожи на иностранные почтовые марочки, и это придает им значение. Поднимаю купюрки, пропускаю между пальцами, а они падают на стол, хлопотливо вращаясь, как новогодние конфетти.
Снова спрашиваю: «А хлеб на них дадут?» Некто солидно отвечает: «Дадут. Это же марки. Не слышали, что в Германии так деньги называются?» Хотел возразить: там не марки, а евро в ходу, но неожиданно проснулся. Солнце пробивалось через плотные шторы. Включил телик, в Ленинграде указывают температуру на улице. 21 градус мороза, и рекламируют «Гевискон». Лекарство бежит в кишках, гасит пульсирующее воспаление. Накануне в «Север» не успел. Тортик (с названием «Полет») брал в «Ленте». В. и М. уже позавтракали, ждут. Съел котлету. Вкус торта возбудил воспоминание о сновидении. Название - «Полет», как в кондитерской «Север», а вкус омерзительный. Словно несерьезные бумажки.
Собираемся в Пушкин. На улице солнце - цвета медного, конкретного. Снег мелок. Блестит серебряной пылью, хотя - ни ветерка. Тепло оделись. Хорошо!!! Когда снегопад накрывает город, город немеет, здания становятся серыми, скукоживаются.
Видел снегопад в Париже. Лувр превратился в нечистое подворье, стал сурово прост. Перестали играть уличные музыканты. Чего играть-то: звук потерял прозрачность, звонкость.
Когда зимнее солнце плавает в морозном молоке, лица у прохожих красные, распаренные. Дышат паром, словно лошади, тянущие возки на горку. Окна возбужденно бликуют, словно вопят, ошпаренные. Снежок - жесток, хрустит, словно нарезают арбуз острым ножом.
В электричке нацарапано гвоздиком: «Если ты решил бросить пить в это трудное для страны время - это подло». В. дремлет. М. допытывается: что у нас в стране - капитализм или средневековье. Отвечаю, что в девяностые - дикое ограбление государственной собственности. Как в Англии в XYI-XYII веках. Сгоняли крестьян-земледельцев, нарезали землю, разводили овец. У нас нарезали на наделы землю и «на куски» предприятия. Производство губили - производить что-либо конкурентное не хотелось: дорого. Дербанили производство до нуля. В цеха запускали фирмачей и торговцев. Норма прибыли - дикая. А начиная с нового века, зарождается «убогий», но, все-таки, какой-никакой капитализм. Наша власть стремится брать нормальную прибавочную стоимость. Мешают чиновники, криминал.
Взять хотя бы «государственную» контору «Газпром». С таким монстром довольно скоро доиграемся до беды.
От вокзала почти бегом поднимаемся к Гостиному двору. Традиционно смотрим, что сделано в храме, взгромоздившемся на месте памятника Ленину. Бетонная коробка церкви медленно, но пополняется новодельными образами и хоругвями. Потихоньку отогреваемся. В. говорит: «На Украине фашисты валят памятники Ленину. А в Ленинграде их давно валят, взрывают. Чем мешал местный монумент? Свалили и церковь построили. На Московском вокзале - был Ленин, теперь царь Петр. У Финляндского вокзала памятник вообще взрывали. Откуда в Питере такая страсть к царской фамилии, к великим князьям и фрейлинам?» М.: «Пыжатся. Культурная столица. На самом деле все на продажу. Туристов приманивают. Москву попрекают. Свиным рылом - да в Калашный ряд». Выскочили на улицу Московскую. Черные деревья продрогли. Проносимся мимо дома, где три года жил с семьей.

Между прочим

Между прочим, с каждым месяцем все больше личных автомобилей у проходной заведения, где нынче квартируют омоновцы. Они мне, как родные - молодые, крепкие, на каждом нашем мероприятии толкутся. А вот случись что, пойдет эта молодежь за свои жестянки «давить»?

Мелочь, но приятно

Шумерля – город неординарный. Схож с Новочебоксарском. Есть самостоятельно мыслящие люди. Мысль местного населения освежают сокращения, которые идут на ШЗСА. Ко мне обращались с вопросами относительно поддержки Путина. С сомнением цокали языками. Доводы мои, чувствую, людей особо не убедили. А вот выступление Тамары Арсеньевны Манаевой после большой удачи в Верховном суде Чувашии вызвало огромный интерес.



Деловая переписка

Депутату Государственного Совета Чувашской Республики
Молякову И.Ю.


Уважаемый Игорь Юрьевич!
Управление муниципального контроля администрации города Чебоксары (далее - Управление), рассмотрев в пределах своей компетенции Ваше обращение от 23.10.2017 № 10-222 поступившее через Управление архитектуры и градостроительства администрации города Чебоксары письмом от 25.12.2017 № М-15695 (вх. № 15695 от 26.12.2017) по вопросу проведения в рамках муниципального земельного контроля проверки правомерности застройки участков по улицам Энергетиков и Волжская города Чебоксары, сообщает.
Collapse )