November 9th, 2017

Питер. Декабрь-январь 2015-2016 года. 60

Добрался до Итальянской улицы. Намеревался попасть в Театр марионеток Домини, а билетов не досталось. В музыкальной комедии усатый мужчина предлагал билет стоимостью в пятьсот рублей за две тысячи. Сумасшествие. Город проснулся, повалил в театры. Фокин в Александринке пугает. Смотрел несколько его спектаклей: впечатление тяжелое. Шекспиром, «Сном в летнюю ночь» буквально раздавлен до сих пор: длинно, нудно, заумно и не понятно зачем. Если бы в «Глобусе» четыреста лет назад показали фокинско-литовскую стряпню, то сначала повесили бы автора, а потом постановщиков. Задыхаясь, примчался в театр Комиссаржевской, но там в первый день года отдыхали. В этом заведении работают упорно, есть выбор: «Двенадцать месяцев» Маршака, «Страсти по дивану» Тульчинской, «Ночь Гельвера» Ингмара Вилквиста, «Графоман» по Володину. Выбрал Шекспира. «Буря». Времени остается не очень много (жизненного). Побольше увидеть классики. Вот упражнения Вилквиста могут подождать. «Буря» - завтра, 2-го января. Спектаклей нет, а касса работает. Небольшая очередь движется быстро. Беру билет и - никуда не деться - тащусь в «Аврору». Смотрю кино про Джобса. Агитационная американская поделка. Джобса в молодости играет сладенький мальчик. Ходит в ковбойке, кедах и с рюкзачком. В университете ведет себя вольно, кочевряжится. Сразу ясно - талант с большим будущим. Студиозусы валяются на траве под каштанами. Джобс ходит босиком, а кеды ставит на ветерок (выветривает запах). Тяжелый конфликт с другом-подельником (он-то и изобрел «макинтош»). Сам Джобс ничего не изобрел, но идей у него, как шкварок на сковороде. Брызжет, словно раскаленное сало. Сложная цэрэушная затея преподносится, как беспрерывный каприз чокнутого студентика.
Дома доедал вчерашние салаты. Тортика нет. После кинотеатра забежал в «Север». Ни «Киевского», ни «Полета» нет. Бисквитные изделия не потребляю. Наелся, обложился яблоками, мандариновыми корками. Смотрю нечто дурацкое про одинокую девочку, у которой нашлось несколько отцов. Мужчины соперничают за внимание «доченьки». Незаметно засыпаю, выронив не доеденный мандарин. В сонном зазеркалье бреду в темном подвале. Стеллажи. Снаряды капсулами наружу. Появляется М. М. в военной кожанке, как в Первую мировую. «Я комендант склада. Кто такой?» - строго спрашивает меня моя давняя девушка и вытаскивает из кобуры маузер. «Я Игорь, - осторожно представляюсь (вдруг пальнет) - прекрасно знаешь». «А вот сейчас посмотрим, как я тебя знаю», - грозно предупреждает девушка в кожанке.
Пронзительно звонит телефон. Просыпаюсь, локтем давлю мандарин. Брызги долетают до лица. Звонит В. Предупреждает: ночевать будет у Тарасовых. Снова погружение в сонные подвалы под бурчание соперничающих папаш. Во сне перемены. Все белое, светлое. На мне медицинский халат, шапочка. Лысина исчезла, а вместо нее длинные волосы, забранные в лошадиный хвост черной резинкой. Снова М. В медицинском халате. Вместо маузера стетоскоп. На полках что-то вроде снарядов. Только теперь они светлые, картонные. С торца бумажки, надписи по латыни. М.: «Не бойся. Я это. Но бежать не смей. Нам еще с порошками работать. В картонных тубусах на полках - все порошок. Пистолета нет, но стетоскопом придушу быстро».
Снова просыпаюсь. Мама убирает шкурки, яблоки, говорит: «Ложись. Чего сидя спишь? Неудобно». Укрываюсь толстым одеялом. Долго не идет сон. Когда наваливается забытье, перед внутренним взором светлая комната. Пусто. В дверь стучат: «Кто? - кричу». «Это я, М.», - из-за двери. «Уходи. Не пущу», - грозным голосом каркаю на дверь. Самому горько. Текут слезы по щекам. Все пропадает до самого утра. Проснувшись, шевелю пальцами. Ничего из 1-го января не приснилось. Лишь длинные волосы, как у музыканта из кафе. Говорят, что пережитое накануне приснится. У меня, наоборот. Один хвост волос. Денек серый. Брат лежит на кушетке, хитро смотрит в мою сторону. Читает «Красную линию» Максима Кантора. Завтракаем. Отправляемся в город. Дворцовая набережная, Лебяжья канавка. Инженерный замок. Выставка царских портретов (маслом, карандашом, из мрамора). И «Клады Древней Руси» из собрания Русского музея. Во дворе Инженерного замка памятник Павлу I. Скульптура изображает монарха, сидящего на троне. Царь горбатенький, а ноги у него длинные. Ботфорты, словно водосточные трубы.

Мелочь, а неприятно

Жуткие истории поведала мне Надежда Юрьевна Феофанова о гиблом месте – Янтиковских очистных сооружениях. Собственно, самих сооружений давно нет – одна дурная слава. Многие уходили в эту темную зону и больше не возвращались.

Деловая переписка

Центральная
избирательная комиссия
Чувашской Республики

Депутату Государственного Совета Чувашской Республики Молякову И.Ю.

Уважаемый Игорь Юрьевич!
Ваше обращение №09/358 от 27.09.2017 года, поступившее из Центральной избирательной комиссии Российской Федерации, рассмотрено, при этом нарушений избирательного законодательства не установлено.
Collapse )