October 30th, 2017

Питер. Декабрь-январь 2015-2016 года. 52

Новогоднего мусора перед Смольным собором не было. Пьяные не добрались. В площадь грубо врезаются, обложенные мраморными плитами, здания Ленинградской областной администрации. Консульство Великобритании. По окончании строительства Смольного собора повесили колокол - 12 000 пудов. Год назад посреди Соборной площади поставили деревянную конструкцию из толстенных брусков и на нее повесили такое же басовое, голосистое чудо. Колокол молчит. Порывы ветра, обдувающие его с разных сторон, этому гиганты безразличны - не шелохнется.
Церковь возбудила фантазию. Идет реставрация. Здание аккуратно обито со всех сторон тканью. Издали кажется, что бетонная скала стоит на месте Смольного. Конструкция напоминает космическую ракету. Корабль готовится стартануть к звездам, а перед ним холодно поблескивающий колокол. Ударь в него - взовьется горячее пламя из невидимых форсунок. Соберется поглазеть весь Ленинград. Медленно пойдет ввысь ракета. Только в колокол некому сегодня ударить. Один я здесь.
Прошел мимо городских контор, которые расположены в помещениях бывшего монастыря (помнится, был там и Комитет по собственности, где руководил друг Чубайса, которого застрелили, и рыжий клялся над гробом, что убийцу найдут и накажут). Хлопнул рукой в перчатке по краю, по которому вязью «текла» надпись. Громадина не шелохнулась. Пролез, изгибаясь, между стропилами. Попытался толкнуть медную круглую тушу. Приставил ухо к металлу, прислушался. «Медные атомы» чуть колыхнулись, породили гудение. Быстро отпрянул: ухо заломило от холода.
Колокола всего мира плачут. Изнутри тянется «язык», который пробуждает металл. Нелепое название - «язык». Лучше - «крупная слеза». Соприкасаясь со своей слезой, металл рыдает. Мелкие колокольчики, рассыпчато звеня, не смеются. Умываются слезами счастья. На кончике слезы есть скоба для веревки. Самого каната нет. Не ударю медь в медь. Корабль не уйдет в звездное небо.
Около ограды замечаю мешок. В нем штук триста только что отпечатанных журналов «Морское наследие». Еще лежат одинаковые проспекты голландских верфей. Рекламируют яхты, вперемешку с часами «Tissot», мужской туалетной водой, трубочным табаком и галстуками. Печатные издания великолепны, но оказались никому не нужны. Их решили раздать бесплатно. Взяли и, не распаковав, с вызовом выбросили напротив Смольного. Голландские яхты - не плавсредства, а плавучие «пирожные» с взбитыми сливками.
Захотелось есть. Сунул номер «Морского наследия» в рюкзак. Почувствовал (с холода): страшно хочу кое-что сделать. А как? И где? Площадь пуста, а сад, что открывается за собором, утыкан голыми деревьями. О кустах не стоит и мечтать. Все сильнее необходимо подумать где-нибудь в уголке. Бросился во двор монастыря. Все двери закрыты. Даже вход на социологический факультет университета, что расположен в одной из монастырских построек. С трудом сдерживаясь, бросился к последней надежде - к церкви. О. говорил, что Смольный в лесах, но вход на колокольню открыт. 150 рублей билет. У боковой двери строительные вагончики, измазанные бочки, ведра. Нет сторожа. В нише двери разглядел: плотная ткань, железные конструкции с досками, по которым ходят штукатуры, стена. Сдирают голубого цвета штукатурку. Много ее нападало на булыжник. Можно протиснуться сквозь леса. Что я и делаю. Пачкаюсь сильно мелом, да делать нечего - прижало. Прямо перед глазами - колонна с толстой решеткой, наполовину ушедшая в землю, обсыпанную штукатуркой. Огромное облегчение, однако. Устроился. Затих. Ветер не поддувает. Он - с другой стороны. Пришлось вырвать первую страницу «Морского наследия». Время есть, изучаю. Главный редактор, П.В. Козырь, в передовице утверждает, что 7 октября 2015 года знаменательная дата. Ударили с российского корабля по боевикам в Сирии аж с Каспийского моря. Здорово. Тоже ударяю, но не ракетами, а бомбами. Козырь также утверждает, что сохранение исторических знаний и опыта не является исключительной прерогативой государства. В «Морском наследии» монархически-православный патриотизм, а в «Дилетанте» - глумливо едкий либерализм. Столкновения не избежать.

Мелочь, но неприятно

По оценкам экспертов, треть бюджета (5 трл. рублей только в открытой части) идет на правоохранительную оборонную деятельность. Число сотрудников МВД – 800 тыс. человек, Минобороны – 900 тыс. человек. То есть все эти гигантские собранные народом деньги получают меньше 2 млн. субъектов. Остальные 110 млн. (пока еще не находящиеся в заключении) довольствуются 15 тыс. рублей в месяц. Чебоксары – город бедных. А новое здание МВД горделиво взмывает ввысь. Когда огромные деньги делят среди «своих», «свои» очень скоро становятся чужими и побеждает сильнейший. Посмотрите-ка на здание прокуратуры, которое «приютилось» напротив МВДэвского небоскреба. Угадайте с трех раз: кто ускакал на Боливаре?



Деловая переписка

Руководителю Управления
Федеральной службы судебных приставов по Чувашской Республике - Чувашии - главному судебному приставу Чувашской Республики - Чувашии А.Ю. Иванову

Депутата Государственного Совета Чувашской Республики И.Ю. Молякова

Обращение

Уважаемый Анатолий Юрьевич!
Жители Чувашской Республики обеспокоены ситуацией сложившейся вокруг организации ООО «Коммунальные технологии». За период с 2015-2017 гг. было возбуждено большое количество исполнительных производств в отношении должника ООО «Коммунальные технологии» на общую сумму более 1 млрд. рублей.
Данная организация имеет многомиллионные долги перед поставщиками энергии. Деньги до поставщиков так и не доходят, в связи с этим существует угроза срыва отопительного сезона в Чувашской Республике.
Прошу Вас дать официальный ответ по ходу исполнения судебных решений в отношении ООО «Коммунальные технологии». Были ли исполнены все действия по исполнению решения суда судебным приставом-исполнителем?

С уважением,
депутат И.Ю. Моляков