March 25th, 2016

Крым. 2015. 9

Мужик в трусах, в телике, висящем у нас над головой, стал интересен. Десятки раз наблюдал его возле унитаза. Множество раз встревоженная потертая тетка интересовалась у страдальца - что с ним? Аденома простаты. Поскольку у тетушки в постели на данный момент отсутствует запасной хахаль, то она прется в аптеку, берет чудо таблетки, и вот пара мирно укладывается под стеганое одеяльце. Реклама лекарств раздражает сильнее, чем втюхивание кошачьего корма, а вот здесь, перед погружением в лайнер, она не достает. Пусть спит престарелый плейбой. Пусть дремлет его старушенция. У меня тоже печень на износе, но я готов жадно сожрать постмодерновое чудо - мгновенное перемещение к морю на фантастическом агрегате «Боинг 757». Теплое голубое море также может быть «симулякром», но я этому не верю. Бескрайняя соленая вода, сверкающая на солнце, превращается в миф, лишенный сказочности при долгом проживании на его берегу. Жители побережий, погруженные в быт, редко ходят на пляжи. Вот небо. Оно всегда. Постоянно синяя вода за окном. То, что есть, но чего не видят - стопроцентная бражка для хорошей самогонки повторяющихся фантазий. Для религии, наконец. Раньше с «опиумом для народа» было построже. Теперь - множество безумных проповедников, сектантов, пустопорожних мечтателей и анархистов.
Не почувствовал опасности в отсутствии отторжения от созерцания счастливого избавления от аденомы простаты. Смог бы вынести даже пошляка Шнурова, рекламирующего конский возбудитель. Бодриаровское словечко «симулякр» (кривляющееся, как пьяный шут) не коробит меня. Плохой признак. На что уж все предусмотрели. Летаем редко. Для нас полет - праздник.
В посадочном талоне указано время: 11.30. И все. Думали - начало регистрации. А когда прошли сквозь рамки металлоискателей, выложив все металлическое (И. еще спросила: «А если зубы железные?»), когда застегивал ремень на сумочке с фотоаппаратом, когда, словно солидные буржуи, приперлись к пункту пропуска, нас уведомили: «Посадка завершена». «Как завершена! - кричали в отчаянии. - 11.30. Мы пришли. Пустите!» Прямая, как березовый прутик, девица отчеканила: «Все. Посадка окончена пять минут назад». Упрашивали, увивались (я чуял, что непреклонность девицы влетит в копеечку) - бесполезно. Голос жены дрожал: «Игорь, что же делать? Я устала, хочу на море, на солнышко». Она вот-вот горько разрыдается, и жалость хлынула в сердце мое вперемешку с гордостью: «Не плачь, И., не унижайся перед молодухой. Чтоб ей век в девках ходить! Пойдем скорее к кассам. Обменяем билеты. Завтра полетим. А может, и сегодня. Переночуем в гостинице». И., сквозь слезы: «Какие деньги теряем! Новые билеты. Возврат маленький. В день вылета все страшно дорого. Потратимся на гостиницу. Так нужны деньги! Их так мало! Сядем в поезд. Поедем домой?»
«Не кисни, старушка», - бодрился я, а у самого на сердце кошки скребли от перспективы потери средств. Поперлись, сопровождаемые недовольным фырканьем девушки-прутика, на верхний этаж. Теперь мне ненавистна была маленькая мерзавка с майонезом, которая с телика орала: «Мечтать нужно о великом». Чувствовал мерзость «симулякров». Ведал изжитость привычных мифов. Человек, живущий среди выдумок, счастлив, когда выдумки (как предполагает человечишко) скрывают горькую истину. Выдумка идиота - это и есть та искомая правда, маскирующая то, что она отсутствует вовсе. Маленькая поганка с лучистыми глазенками, из телика, орала в толпу, мне, дураку, именно об этом. Ничего вокруг. Только жгучая жалость к И.
Нас должны встречать через два часа в Симферополе. Звоню Д.З. Сообщаю, что облажались, не летим из-за опоздания. Надо предупредить людей в Симферополе. В кассах «VIM авиа» билеты приняли с огромной уценкой, качали головами, сочувствовали, сказали: «На сегодня билетов нет». Но, увидев, как расстроена моя спутница, женщина-кассир снова начала рыться в компьютере: «На три часа есть бронь, два билета. Придут - не придут, не знаю. Ждите».
Ждем. Два места не выкупили. Рейс в три часа. Доплатили десять тысяч (И. опять чуть не разрыдалась). Получили чемодан из груза. Снова прошли регистрацию. Сдали по новой чемодан и за полтора часа уселись прямо напротив стойки, откуда осуществлялась посадка.