March 21st, 2016

Крым. 2015. 5

Сергач и Арзамас в сером сумраке. В Арзамасе под гармонь топочут ногами бабки в ярких нарядах китайского происхождения. Дедушка лыбится, а зубов нет. Еле различимый жених в сером. Брачующегося пошатывает. Он пытается хлопать в ладоши, но одна ладонь попадает в другую редко. Невеста обширна, высока, властна. Волос крашен в платиновый цвет. Легкий ветерок с дождичком колышет пышные складки платья.
Сплю без снов, но слышу, как колеса считают стыки. Будит пронзительный солнечный свет. Матрасы свернуты. Тетка напротив поела огурцов и скрежещет зубами. И. читает. Увидев, что проснулся, говорит: «Через двадцать минут Москва. Завтракай. Все готово». Как глубинные бомбы, уходят в пасть очищенные яйца, куски хлеба и помидор. Заливается чай и запечатывается сверху мармеладом.
Серьезное мышечное усилие, кряхтение, и вот чемоданище низвергнут на пол. Шпалы не сливаются, становятся различимыми. Взмывают складские помещения, виден шпиль гостиницы «Ленинградская». Минуем проводниц, выкатываемся на платформу. И. прощается с ними, но те еще более вялы, чем с вечера. Лица стылые, мерзлые.
Нас встречает стройный молодой человек, весь в черном и выглаженном: «Моляковы? В Домодедово?» - сухо спрашивает и, получив утвердительный ответ, ловко перехватывает у меня ручку чемодана. С Казанского выбираемся через боковые полукруглые арки, и я успеваю купить в ларьке «Советскую Россию» и «Завтра» с «Новой». Спрашиваю: «Вы с Думы?» - «Нет, - отвечает встречающий, - автомобиль предоставлен Администрацией Президента России». Услышать такое доводится не каждый день, от этого приятно. Площадь трех вокзалов бурлит. Казанский, словно расписной пряник, в лучах утреннего солнца. Небо голубое, промытое ночным дождем. Тучки маленькие и в том состоянии, когда превращаются в лохматые облачка. Ветра нет, но довольно прохладно.
Стоянка для служебного транспорта. Блестящий, как концертный рояль, «БМВ». Грузимся, а я размещаюсь на переднем кожаном сидении. Внимание привлекает приборная доска. Ее дизайн – роскошь и одновременно рабочий пульт всего механизма. Все хорошо в немецком авто, все по уму. Слегка погладил переднюю панель, отделанную темно-коричневым деревом, цокнул языком, сказал: «Как красиво!». Водитель лишь хмыкнул, но ничего не сказал. В виду грядущих событий, понимаю, отчего Д.З. проявляет ко мне внимание.
Немецкий агрегат, мягко шурша, легко набирает скорость. Выскакиваем по свободным улицам на Садовое кольцо. Хорошо знакомы здания. Американское посольство с неизменно запыленными окнами. В столице много понастроили. Хорошо знал Москву начала семидесятых. Потом - восьмидесятые, когда отец учился в Академии. Грязнотца большого города девяностых. Болезненно-лихорадочное разрастание нулевых.
Москва семидесятых - низенькая, желто-стенная. В подворотнях и пивных, «схвачена» у Говорухина в фильме про Глеба и Володю. Кособокую, малоэтажную, в купеческих подслеповатых домушках, люблю. Так же сияло солнце, и лучи пробивались сквозь пыльную листву сквера на Миусской площади. Как я гулял по Москве тогда, ранним подростком! Нравились горбатые церквушки, сараюшки, крашеные заборы и темноватые подъезды!
Летим сквозь солнечный свет, как через стекло. Бесконечные серые цеха завода «ЗИЛ». Жилые корпуса. Ресторан «Борисовский». Водитель включил радио. Два молодых обалдуя, захлебываясь, рассуждают о ценах на иномарки. Объем двигателя - доллары. Полтора миллиона рублей. А вот эта моделька обойдется в два миллиона сто. Поет Натали про бородатого ухаря, который пленил ее бородой. «Говорящие головы» переходят на недвижимость. Шутят: «Женщины - это такие смешные зверьки, которые питаются купюрами».

Мелочь, но неприятно

Точечные удары наносила российская авиация по террористам, окопавшимся в Сирии. Признает это и Запад. Но я-то знаю, информация не совсем точна. Одна «сушка» все-таки прорвалась и к Чебоксарам. Сбросила бомбу на «Мега Молл», да летчик чуть просчитался – огромная ямина на улице Калинина есть прямое свидетельство правоты поговорки: «И на старуху бывает проруха». Когда теперь засыплют воронку, никто не знает.

Деловая переписка

Государственный Совет
Чувашской Республики
Депутату И.Ю. Молякову


АППАРАТ УПОЛНОМОЧЕННОГО ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Уважаемый Игорь Юрьевич!
По поручению Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации Ваше обращение по вопросам, касающимся получения религиозного образования и защиты персональных данных лиц при использовании электронных карт, внимательно изучено.
Collapse )