December 2nd, 2015

Питер. Май. 2015. 7

К Дворцовой пробирались дворами. Тетушка-экскурсовод - детишкам: «В Санкт-Петербурге строили ансамбли, регулярные парки. Воля монарха. Централизованное финансирование. Летний сад - шедевр. Реформы Александра второго. Капитализм. Доходные дома. Большие деньги, но централизация ослабла. Посреди великолепных садов, парков - вырастают уродливые многоэтажки. Дворы-колодцы. Подворотни. Никакой зелени. Сейчас нас ждут такие вот дворы и переходы. Они отреставрированы и превратились в приемлемую среду обитания. Выйдем во двор Капеллы. За мной! Не отставать!»
Мы продвигаемся в толпе школьников. Обгоняем галдящую детвору. Возле частных художественных галерей бородатый человек раздает приглашения: Михаил Едомский. Апрельские тезисы. На плотном листочке деревянная скульптурка крестьянки, платье которой раздувает ветер. В арт-галерее «Март» Едомский выступит лично. Тезисы: о льдах и кошках, о бабках и внуках, о кошкиных свадьбах, о повреждении нравов и так далее. Вход свободный.
Словно два тяжелых шара выкатываемся во двор Капеллы. Продолговатый двор окружен одним зданием. Оттого солнце беспощадно и ярко, что ветер с залива идет по верхам. Во дворе тихо, щебечут воробьи. Говорю М.: «Вытаскивай картину, что я привез. Освещение замечательное, а я буду снимать на камеру». Брат тащит свой шедевр. Племянница, как живая.
Из подворотни, догнав нас, вываливается шумная ватага школяров. Тетушка-экскурсовод: «Видите, ребята, как полезны городские дворы. Ветра нет, и, если здания отремонтировать, то вполне можно жить. Появляются художники, галереи и покупатели». Школяры весело орут: «Чего продают? Где?» М. быстро прячет картину в пакет. За воротами из чугуна и в кованых завитушках в грудь ударяет холодный ветер. Чисто и светло, взбудораженные облака несутся по бледному небу. Если бы не черная спица Александрийского столпа, что скребет и цепляет ватные громады, белесые глыбы неслись бы беспощадно, сильно. По площади едут грузные кареты. Для таких нужна шестерка лошадей, а тащат экипажи две лошадки. Велорикши крутят педали и везут двух пассажиров в одной корзинке.
Сворачиваем в арку Генерального штаба. Вход в Новый Эрмитаж закрыт, а в Зимний - огромная очередь. В Египтах-Тунисах - опасно. На майские средний класс рванул по Золотому кольцу и в Питер. Люди толстой змеей вьются от начала Невского, через Дворцовую площадь, до ворот Зимнего. Охрана пропускает порциями. Однако нашелся вход и в Генштаб. Когда попали внутрь реконструированного здания, то увиденное потрясло не меньше, чем фондохранилище. У строения в стиле Николаевского классицизма, раскинувшегося полукругом от квадриги, что вздыбилась над аркой, суперсовременная начинка. Стекло, металл, мрамор. И - свет. Стеклянная крыша устроена так, что нарезает солнечный свет пластами, и ты идешь от одного светового «водопада» до другого. Полукруги, квадраты, косые прямоугольники, всунутые между клепаными стальными балками, чудится, тихо звенят.
Пусто. Таинственно. У кассы человек двадцать. М. удостоверениями обеспечивает бесплатные билеты. А цена не маленькая - триста рубликов. Мне - билеты и музей, а брату - на работу. Брожу при входе в музей по выставке детских рисунков: «Мы рисуем в Эрмитаже». На больших, плотных листах - наивная мазня. Одна работа нравится: бородатый Зевс стучит об пол палкой, раздувает, напрягая щеки, ветер. От Зевса разбегаются смешные людишки, падают. В зале, где гневается Зевс - огромный камень, а на нем декоративные золотые часы.
В залы ведут несколько узких, темных переходов. И над ними - узкие мостики со стеклянными перилами. Открывается величественный зал в форме древнегреческого амфитеатра. Розово-желтый камень. Ступеньки - сидения амфитеатра - невысокие, широкие. На них, как птички на проводах, расселись люди. По центру ступеней - полоса толстого стекла. Оно словно рассекает камень. Французская речь. И - немного русских. Отчего одни французы? Наверху амфитеатра - огромные двустворчатые ворота, вытянутые кверху. Пройдя эти шлюзы, останавливаюсь посреди помещения циклопических размеров. Все та же игра света из-за хитрого стеклянного потолка. Под пластиковым покрытием - макет реконструкции здания в разрезе.
Современное безобразие добралось и до Эрмитажа. Если раньше все ограничивалось бледно-зеленым чудищем скульптора Буржуа в одном из переходов Зимнего дворца, то в обновленном Генштабе безобразие, созданное Ильей Кабановым и его родственницей Эмилией. Красный вагон. Деревянные конструкции, строительный мусор. Хотел забраться внутрь, да смотрители не пустили.

Мелочь, а приятно

На сессии сотрудники аппарата оказывали особое внимание Тамаре Арсеньевне Манаевой. Она – в здании, как ее узнают, провожают до лестницы. Поднимается по лестнице – вопрос: «Вы Манаева? Проходите в зал, а в зале уж ждут». Приветливо проводят до места, усаживают. Ради такого случая, в перерыве, вся наша бригада справедливороссов решила сделать фотографию на память.

Деловая переписка

Председателю Кабинета Министров Чувашской Республики
Моторину И.Б.
Минздрав ЧР
Самойловой А.В.
Главе
Чувашской Республики
Игнатьеву М.В.


Обращение

В настоящее время идет общественное обсуждение проекта постановления Кабинета Министров Чувашской Республики "Об утверждении Положения об оплате труда работников государственных, бюджетных и автономных учре¬ждений Чувашской Республики, занятых в сфере здравоохранения" (проект по¬становления опубликован 19.10.2015).
В соответствии проектом постановления существенно меняются размеры начисления заработной платы: увеличиваются базовые оклады, снижаются раз¬меры компенсационных и стимулирующих выплат.
Collapse )