July 30th, 2015

Питер. 2014-2015. 20

Проголодался. У мамы тепло и котлеты с картошкой. М. - мрачный. Неважно чувствует себя, четыре «пары» в Академии - по классическому рисунку. Первые занятия с иностранцами (в основном, китайцы), потом архитекторы. Брат говорит: «Устал. Голова плывет. Тут строго - одиннадцать часов и никакой выпивки. Одна девица, будущий архитектор, пристала - зачем нам пластическая анатомия. Раньше ее архитекторам не преподавали. Тогда серьезные предприятия проектировали. Теперь заказчик - тупой толстосум. Для него проектировать придется. Должны знать, где человечку полизать, а где погладить художественно. Как тут без пластической анатомии! Хорошо будете это дело знать - денег срубите. А девица обиделась. Все остальные ржали. Один юноша заявил, что замуж девушке легче выскочить, если анатомию будет знать. Где полизать, где погладить. Грамотность нужна. Неграмотные замуж плохо выскакивают. Коньячка не купил - плохо. Но, ничего…»
У М. коньячок был. Ужинаем. Говорю, что завтра - Эрмитаж. Обзорная съемка в Русском удалась. В Зимнем дворце пойду с отделов Древнего Египта, Междуречья, Греции. Италия. Франция. Германия. Центральные залы. И, под крышу - Англия, импрессионисты. Сезанн, Ван Гог, Гоген. Хотел бы конспективно «поймать» на запись весь музей. Размякший брат мурлычет: «Есть у меня знакомая. Сотрудница. У меня 30-го три пары. А она встретит у входа в Зимний. Проведет. Триста рублей есть триста рублей. А будет скоро пятьсот». Советую: «Сходи на выставки в Русский. Лучше бы Самохвалов оставался верным Петрову-Водкину. У того - выходы на русскую культуру. Отголоски иконописи. Конкретность цветов. Детали. Вон, какая замечательная собачка в утреннем натюрморте».
После рассказа о списке с иконы Владимирской Божьей Матери, что представлена в древлехранилище, затеваем разговор о Флоренском. Решаем - не получилось съездить в Москву первого декабря, то поедем в столицу на двадцать третье февраля. Как раз три дня: суббота, воскресенье, понедельник. Двух дней хватит. В первый день «рванем» в Сергиев Посад, в Лавру. Посмотрим места, где прогуливался отец Павел.
Говорю: «Завтра праздник. Странно - Макаревич в филармонии. Англия не любит Россию, вопят про несчастных хохлов, а сами привезли в Эрмитаж скульптуру с Акрополя, что в Афинах. Бог рек. Илисс. Помню по слепку, выставленному в Пушкинском музее. Запястье отбито у речного хозяина. Очень посмотреть хочется. Если твоя знакомая проведет - здорово будет».
Мама кладет еще котлетку. По радио вальсы Штрауса и заискивающие поздравления с Новым годом и Рождеством. Рождество обязательно присоединяют к Новому году. Я - атеист. Мне это - надоело.
Брат ложится спать, ворочается, вздыхает. Мама ставит передо мной миску яблок. Маленьким ножиком режу их на дольки. Кусманчики постепенно поедаются. Валяюсь на кушетке в старых штанах и тельняшке. В телике еще один «оппозиционер». Ефремов младший (гражданин-поэт). Издевались они с Быковым над Путиным, издевались, сидели на «Дожде», сидели, а теперь актер с испитым лицом зазывает население в коммерческую зубную лечебницу. Те же и с «революционеркой» Ксюшей Собчак. Дают ребятам подработать. Смешно это: сначала тявкают, потом сапоги облизывают. По «Ностальгии» - «Black Sabbat». Томми Йоми рассказывает, как записывали в семидесятом «Paranoid». У гитариста нет пальца на правой руке. На обрубок надета пластиковая фистула. Оззи придуривается: «Я плохо читаю по-английски. Начал изучать сольфеджио, а мне говорят - не надо. Иначе будешь петь еще хуже, чем сейчас».

Деловая переписка

Контрольное управление Администрации Президента Российской Федерации

Обращение

Ко мне в ходе депутатского приема обратились работники БУ ЧР "Республиканской станции скорой медицинской помощи" МЗСР ЧР. Ими тщательно проанализированы ответы, пришедшие на мои запросы Председателю Кабинета министров Чувашской Республики. Люди ответами недовольны. Они носят поверхностный характер. Составлены сравнительные таблицы. Высказаны претензии.
Прошу более тщательно рассмотреть вопросы сотрудников скорой помощи.
Приложение: на 7 листах.

С уважением,
И.Ю. Моляков