June 22nd, 2015

Крым. 2014. 132

Две ошибки, совершаемые мной раз за разом. Вот - страшный, горелый лес. Пожары - при Ющенко. Горел карагач. Полыхали сосны. С 2007 года обожженные стволы вымыли дожди, обтерли снега. На такой высоте снег ложится обязательно. Сушили постоянные ветра. Странный цвет - почти белый, но с серым налетом. Жуть. Иллюстрация ада. Деревья, как иглы, колют бледное небо. Тишина - а не звенит. Горельник впитывает любой звук. Если и есть привидения, то цвет их, как у битых огнем деревьев. За последние годы многое спилили, разрезали на дрова. Вдоль разбитой дороги - поленница бело-серого дерева, завалы черных сучьев. Вырваны из земли огромные корневища, и их тоже сгребли в навалы. Ни тракторов, ни трейлеров, хотя работы по санитарной обработке много. Дорога хоть и из мелкого камня, но убита колеями. Шла (и довольно давно) тяжелая техника.
Из мертвого царства испепеляющего солнца добираюсь до деревьев, не тронутых стихией. Золотистые сосны стремительно рвутся в небо. Под ногами длинные рыжие иглы, лохматые сухие шишки, острый камень. Дорога обретает плотность, ровна и не раздолблена. Место первой ошибки: на перекрестке одно ответвление дороги уходит влево и даже бежит вниз. Другое ответвление идет прямо, круто взбегая в гору. Кажется - если в гору, то быстрее доберусь до вершины. А если идти под склон, то выйду за Симеизом на главную трассу, и путешествие окажется бессмысленным.
Карабкаюсь вверх, и это неверно. Та дорога, что бежит влево, сначала действительно уходит вниз. Потом начинается подъем. Дальше снова спуск. И опять подъем. Но подъемы все круче, все дольше. Так постепенно ты подбираешься к вершине. Далеко от вершины Ай-Петри, но, пробираясь по гребню в течение двух часов, все же выходишь к знаменитой хищной короне. Дорога, что сразу и круто устремляется вверх, - путь тяжелых физических испытаний. Здесь вторая ошибка. Попадая под сосновые кроны, не видишь, что за гора перед тобою. Кажется - это и есть бок Ай-Петри. На самом деле это гора - высокая и серая, но значительно ниже. Напряжение огромное. Лезешь, лезешь. Вот-вот - и конец пути. Выворачиваешь на гребень. Высота великая. Вид прекрасный. И тут с отчаянием понимаешь - не то. С одной стороны - море, с другой - глубокая темная пропасть. Вот на эту ложную вершину я все время попадаю.
Сначала - неверная дорога. Потом - не та гора. И сил - нет. Сижу на огромном валуне, массирую икры, ставшие деревянными. Полбутылки воды выпито, и хочется отправиться в обратный путь, домой. Да и солнце высоко. До темноты одолеть дорогу не успею. У ног - палка. Взял - удобная. Упер в камни, и ноги сами пошли в пропасть. Между отвесными скалами выбираю проходы, скупо прикрытые землей. Несколько раз срываюсь, падаю на задницу, несусь вниз, словно на санках с горки. Мелкие камни дерут кожу. Она горит. Цепляюсь палкой и свободной рукой, замедляю полет. Остановка. Боль. Глубокие порезы. Тяжело дышу и снова - вниз. Будто тьма сгущается.
Минут сорок спустя - на дне. Жуткая красота. Средь камней и скал, круто взлетающих вверх с обеих сторон, мягкое покрывало из опавших игл. Темнота. Вверху - жалкие обрывки голубого неба. Подниматься на противоположную стену ущелья тяжелее, но безопаснее. Выбираешь выступ, в который вкладываешь ногу. Подтягиваешься, вкладываешь ногу в новое отверстие. Щупаешь камень посохом. Только бы не опрокинуться назад, не завалиться на спину. Медленное восхождение тянется около двух часов. Дрожат от усталости не только ноги, но и руки. Вибрируют плечи, колеблется раздутая шея, дрожат губы, щеки, а все части тела не складываются. Как пока еще стоишь - неведомо. Срываются из-под ступней камни, предательски перекатываются шишки. Ползешь, плюнув на боль, на коленях. Полз в этих местах не я один. Появляются пирамиды из камушков. Маячки. Слабо пробивается тропинка, а тело ломит. Оно разбито, но хилая тропинка, как нитью, сшивает грудь, руки, ноги. Словно на веревочках, вихляешься, но что-то подталкивает тебя. Ты карабкаешься вверх, в соплях и ссадинах.