April 29th, 2015

Крым. 2014. 95

Окошко кухни, в которой обычно брали чебуреки с мясом, сыром, помидорами, распахнуто, но с мясом чебуреков пока нет. Есть с сыром, помидорами: «С мясом ждать минут двадцать. Мясо кончилось. Фарш должны подвезти», - равнодушно уведомляет чебуречница. Накрахмаленный колпак отсвечивает на солнце медицинской процедурной. От блеска голод усиливается: «Не будем ждать, - говорю И., - дальше пойдем».
Скоро, после недолгих поисков, - ресторанчик. За столиками, на тенистой веранде, две старушенции - маленькие, как девочки, абсолютно похожие друг на друга. Двойняшки. Одеты одинаково: белые тапочки, носочки, голубенькие штанишки и беленькие же кофточки. Волосы коротко острижены, выкрашены в серебристый цвет. На столике - бутылка «Инкермана» крепленого, яблоки. Бабушки миниатюрные (эксперимент природы на экономии одухотворенной материи), а бокалы с винищем солидные, и, судя по содержимому бутылки, по бокалу сестрички уже высосали. Мне до одури захотелось выпить. Следствие: «Возьму тебе грамм сто хорошего коньячку, «под лимончик», - заявляю жене. Она - не против: «Старушки крепленое хлещут. А мы - хуже?» Подскакивает девушка-официантка: «Сто «Коктебеля», лимон, два чебурека с мясом, два - с сыром, один - смешанный, - важно делаю заказ. - Да, и мне газировки». Официантка пискнула: «Сейчас будет».
Было - коньяк, лимон (И. рюмочку выпила сразу же и, посасывая лимончик, чебуреков уже не требовала). Мне же есть хотелось сильно. Чебуреки не появлялись. Почтенные дамы тяпнули еще по фужеру. Будто намекали: «Ага, и вы попались». Говорю И.: «Подождали бы у нашего окошечка. Были бы сыты». «А мне уже и есть расхотелось», - это жена, потягивая коньячок, налив по второй. Только вскочил, чтобы идти разбираться, как наш столик пересек солнечный луч, а в дальнем конце веранды появилась официантка с кормом. Тут навалили на стол салфеток, вилок. В тарелке лежала раскаленная, в яростном, пузырящемся тесте, выпечка. Брать в руки - обожжешься. Желудок стал горячим, шкварчит, требует мяса. Чуть надкусываю, зажав чебурек в салфетки. Прогрыз дырочку. И - запах, здоровый, аппетитный. Не пролить бы сок. Можно обжечь колени. После второй рюмочки «Коктебеля» И. - не горячо. Никаких салфеток - берет чебурек голыми пальцами и начинает не с мяса, а с сыра. В кафе рассчитали по-божески. Съев все, заметили, что ветхие близняшки исчезли. У И. настроение улучшилось, приколола на шляпу еще один цветок.
Отправились в поход по тропе, выбитой в боку высокой горы, о подножие которой плескалось море. В начале пути - солнечные часы. Каменный круг, вертикальный железный штырь, римские цифры: «Как тут время узнают?» - задает вопрос И., залезает на гранитный кругляш, смотрит на тень, отбрасываемую железной палкой. Принцип солнечных часов не разумею. «Не приставай», - говорю И. Пресловутая ясность ума. Текст, вразумительно, составить можешь. Полно воспринять окружающее получается хуже. Не пил, и ум ясен. Стишок могу сочинить. Но, что делает поддатая И. на каменном жернове, понимаю хуже. Подоспела веселая компания. Ум людей, так же, как у И., просветлен выпивкой. И. - людям: «Не подскажете, как время узнать?» «В два счета», - это уже компания. Два мужика залезают на камень, толкутся, ничего не понимают, их спутница весело смеется. Трезвый знает: ясность ума - это способность сомневаться в том, что измыслил. Скучно. Гораздо веселее глупость: уверенность в том, что измысленное тобою - идеально. Оттого у пьяных истины открываются ясно и глубоко. А радости-то сколько! Люди толкутся вокруг солнечных часов - заразительно смеются, вскрикивают. Итог: «Ребята! Айда с нами!»

Мелочь, но неприятно

Чтоб Ледовый стадион до ума довести, нужно 350 млн. Про гостиницу уж и не говорю. И вот совсем печаль. Надумали церковь строить, недели две суетились перед Пасхой. Вырыли огромную ямину и затихли. Похоже, готовят кому-то братскую могилу.

Деловая переписка

Генеральная прокуратура Российской Федерации
Пенсионный фонд Российской Федерации


депутата
Государственного Совета Чувашской Республики
Молякова Игоря Юрьевича

Обращение

Ко мне в ходе депутатского приема обратилась гражданка Базарева Юлия Алексеевна, проживающая по адресу: Чувашская Республика, г. Чебоксары, Юго-западный бульвар, д. 14, кв. 237 с заявлением (дополнение к её заявлению от 8 апреля 2014 года) от 12 марта 2015 года.
Collapse )