March 26th, 2015

Крым. 2014. 71

Автобус на Коктебель уходил в семь утра. Попросил православную смотрительницу стукнуть в дверь кельи в начале седьмого. «А как же завтрак? Он в восемь», - забеспокоилась сердобольная. «Не успею. Но в будущем году поселюсь здесь. Тогда и напьюсь чая с булками».
По лестнице спускались отроковицы в белых платочках и темных платьях. Не по себе от воцерковленых. Еще тяжелее наблюдать черные кульки, в которые превращают себя женщины мусульманки, укутавшись в паранджу. Как узнать о стройности женских ножек? О крутизне бедер? Об округлостях, сами знаете чего? А губки и глазки? Женился, а ноги оказались кривые и тощие. После первой близости с ужасом видишь ступни сорок пятого размера, отсутствие талии, плоскую грудь. Холодея душою, осознаешь - у молодой жены не губы, а куриный огузок. Завопил бы от ужаса, а нельзя. Ревнивый тесть услышит. Свекровь (вдобавок к уродине жене) смертельно обидится. Традиционные ограничения в одежде, мера, упрощающая процесс выдачи дочерей замуж.
В келье включил телик, сбросил грязные после Аджимушкая штаны в душ. Украинский канал «Интер» заходился в истерике: на высоковольтных проводах, высоко над землей, лежит обугленный труп в военном камуфляже. Лопочет на украинском девушка (ни платочка на ней, ни паранджи): сепаратисты захватили солдатика-укропа, закинули мальчишечку высоко на провода под напряжением. Он и сгорел. А сепаратисты смеялись и стреляли по сгоревшему.
Истерика, по поводу сгоревшего, длилась минут пятнадцать, пока мылся и стирал штаны. Прошлепал на балкон. Повесил брюки на просушку. Поглядел вниз, прислушался. Гробовая тишина. Лишь тренькает сверчок где-то рядом. В доме через дорогу на балконе заскулила собачка. Подскочила. Поставила лапки на перила. По асфальту прошелестел шестисотый «мерс». Две девицы переходят дорогу в неположенном месте. Тишину взорвали крики насилуемой женщины. Это на «мерсе» сработал «оригинальный» гудок. Девчонки взвизгнули, как собачка на балконе, а из открытых окон лимузина послышалось мужицкое ржание. Испугалась и собачонка. Затаилась. В освещенном окне показался осторожный мужик в очках. Посмотрел на псинку. Поднял одутловатое лицо на меня. Блеснул очками и, как улитка, спрятался за портьерой.
Вскрыл пакет кефира, поломал лаваш. Переключил телик. В ярко освещенной студии, загребая воздух ногами, перемещался кривоногий сын Сиона с соловьиной фамилией. Там же брызгал слюной, заламывая крючком большие пальцы рук, Жирик. Колыхалось бурдюкообразное тело русского патриота-путанника с сальными, редкими волосиками. Эта теплая компашка надоела до чертиков. Никого не слушают. Отвергают все доводы. Патриотическое зарабатывание денег в телевизоре - худший вид бизнеса. Читают и слушают только себя, раскалывают общество не хуже либералов. Впрочем, время нынче безумное, и даже я, непримечательный насельник православных приютов выгляжу явлением бытового авангарда. Он, сволочь, видите ли, не пьет вино. Ему милее хлестать кефир.
Раньше главная черта положительного персонажа заключалась в том, что он «хорош вообще». Теперь ты на коне, если «хорош для чего-то». Речь козлобородого старца, на которого наткнулся в телевизионном мареве, была кислой, как кефир. Правильные вещи всегда кислые, нудные, безалкогольные. Козлобородый советовал возрождать страну с полной «правды». Сказать людям все. А потом восстанавливать (и срочно) армию, флот, промышленность. Коллектив выше личности. Папа Иннокентий III еще в начале тринадцатого века запрещал Польше, Швеции, Германии возить на Русь стратегический продукт - железо. Шведский король Магнуссон - то же самое. Горькая история саксонских купцов на Руси. Революция во Франции - масоны (их выкормыш Наполеон). В шестнадцатом веке негодяй Генрих Штаден и его письма к владыке Священной Римской Империи Рудольфу Второму: Россию расчленить, «натиск на Восток».
Старик на экране распалялся все больше: а Версальский договор, а Милошевич, сказавший: Запад - цепная бешеная собака. Берегите Россию, иначе будет то же самое, что с Югославией. Уж если засыпать, то под рассказы о том, какой урод был Наполеон. Не хуже Гитлера.
Во сне видел черную землю. Дождь и грязь. Сказали: русские и украинцы в степи бьются. От укропов – крымский татарин. От русских - горный боец. Тюрки и аварцы хорошие борцы. Пусть борются, проигравшая сторона уйдет. Две вещи - сообщить нашим о предложении и высказать протест - отчего с русской стороны аварец. Но - дождь, небо закрыто, а у меня на руках голенький младенец. Надо ждать, когда мальчик вырастет. Он и будет бороться. Малыш громко заплакал, и я проснулся.

Между прочим

Неделю назад, ночью дорожная бригада заливала горячим битумом мокрый асфальт на улице Декабристов. Прошла неделя, и вот результат. Все опять выбито до глубоких ям. Руки бы отбить тем, кто занимается подобным отмыванием денег. Подозреваю, бессмысленные работы сделали на копейку, а денег за нее огребли по полной.



Мелочь, но приятно

Автобус 23-го маршрута. В салоне маленький экран, на нем реклама. Кто-то умелый подбирал очередность роликов: ритуальная компания «Память» - антитеррористическая памятка «Вещи убивают» - депутаты от «Единой России» Горбунов и Калмыков. Логично.